Хэппи-энд - Кэтрин Стоун

Неожиданно зазвонил телефон, напомнив ей о том, что сегодня вечером в ее доме должны были бы веселиться гости.

У нее был день рождения. Ей исполнилось ровно сорок лет.

На этот раз Кэролайн хотела отметить свой день рождения не так, как всегда. Она решила никого не звать гости и провести весь вечер в спокойном уединении перед телевизором, где должны были показывать торжественную церемонию вручения наград Академии киноискусства. Кроме зрелища, она собиралась наслаждаться холодным шампанским и шоколадным печеньем.

Чтобы не вызывать ненужных расспросов, Кэролайн сказала всем своим друзьям, что уедет праздновать свой день рождения за город, и теперь, когда в ее домe раздался телефонный звонок, она не могла поднять трубку, не раскрыв тем самым свой обман.

После четвертого сигнала включился автоответчик, и Кэролайн услышала свой записанный на пленку голос:

– Здравствуйте, это Кэролайн! Сейчас я не могу подойти к телефону, но если после сигнала вы оставите ваше сообщение, я непременно вам перезвоню. Спасибо!

Послышался тоненький сигнал. Потом низкий мужской голос, который она уже не надеялась еще раз услышать – если, конечно, не считать видеозапись, которую она многократно смотрела в течение последних десяти дней, – отчетливо произнес:

– Привет, Кэролайн! Это Лоренс Элиот. Я просто хотел поздравить тебя и пожелать...

– Лоренс! Привет! – моментально схватила трубку Кэролайн.

– Так ты дома? Ну, с днем рождения!

– Спасибо!

– Почему ты так тяжело дышишь? Тебе пришлось бежать от двери к телефону? Ты уже собиралась в ресторан к своим гостям?

– Нет, – смутилась она. – Просто аппарат стоит в довольно неудобном месте...

Это было полуправдой. Полная же правда заключалась в том, что прерывистое дыхание было вызвано его голосом. Напомнив себе о том, что в человеческих отношениях нет ничего важнее прямоты и честности, Кэролайн заставила себя произнести:

– Сегодня не будет никаких гостей и ресторанов. Я собираюсь весь вечер провести у телевизора. Давно мечтала посмотреть всю церемонию вручения наград Академии киноискусства с самого начала до самого конца.

– Ты предпочла телевизор веселой вечеринке с друзьями? – недоверчиво переспросил Лоренс.

– Да, – ответила она и, немного поколебавшись, несмело добавила: – Кажется, я купила слишком много шампанского и шоколадного печенья. Действительно, многовато для меня одной, а вот для двоих в самый раз...

За этим откровенным приглашением последовало молчание, показавшееся ей целой вечностью. Наконец Лоренс спросил:

– Ты уже открыла бутылку?

– Еще нет.

– Тогда, может быть, ты приедешь ко мне? У меня тоже есть телевизор. Так что ты сможешь смотреть церемонию... в перерывах между появлением на свет десяти щенков спаниеля.

– У тебя сегодня родятся щенки?!

– Собственно, не у меня, а у черно-белой суки по кличке Кати, – весело рассмеялся Лоренс, и она вдруг поняла, что собака, о которой шла речь, находится рядом с ним. – Я только помогаю ей… Пять минут назад она уже родила первого.

– Ты сказал, их будет десять? Откуда ты знаешь?

– Я сделал УЗИ.

– А мое присутствие не помешает собаке?

– Вряд ли. Некоторые спаниели действительно очень чувствительны к присутствию чужих людей, но только не Кати. Собственно, ты будешь не единственным свидетелем появления на свет щенков. Ее хозяйка живет в пяти милях отсюда, в районе, где много семей с детьми. Многие из них хотят взять в свой дом щенков Кати, и практически все хотят увидеть, как они появятся на свет. Сначала я собирался принимать роды непосредственно в доме хозяйки Кати, но три дня назад она случайно повредила себе спину и теперь должна лежать в постели как минимум еще дня два. Поэтому я привез Кати к себе, и с минуты на минуту сюда начнут съезжаться дети и их родители.

– Как это мило с твоей стороны!

– Думаю, это событие станет для детей ярким и незабываемым.

– Знаешь, за все сорок лет жизни я ни разу не видела, как рождаются щенки!

– Значит, тебе тоже будет очень интересно.

Подробно проинструктировав Кэролайн, как найти его дом, он добавил:

– Дверь будет открыта, так что не надо ни стучать, ни звонить, просто входи – и все.

Когда Кэролайн вошла в просторную светлую кухню, Кати как раз рожала второго щенка. На стене висело написанное от руки крупными буквами объявление с просьбой снять обувь, что Кэролайн и сделала, поставив свои ботинки в один ряд с другими, большими и маленькими.

По дороге к дому Лоренса она заехала в свою любимую кондитерскую и купила еще шоколадного печенья и прочих сладких штучек, чтобы угостить детей, будущих хозяев щенят Кати, и вообще всех собравшихся в доме Лоренса.

Осторожно поставив большой белый пакет, от которого вкусно пахло корицей и ванилином, на кухонный стол, она увидела еще одно рукописное объявление с просьбой тщательно вымыть руки. Скрупулезно выполнив и это требование, она с улыбкой остановилась возле большого снимка. Насчитав десять крошечных черепов и позвоночников, она осторожно вошла в соседнюю комнату, откуда доносился радостный и взволнованный детский шепот.

Дети с широко раскрытыми от изумления глазами склонились над большим клеенчатым коробом. В нем Кати энергично облизывала своего второго щенка, тем самым не только приветствуя его появление на свет, но и стимулируя крошечные легкие новорожденного, которые должны были теперь, после перехода из жидкой среды материнской утробы в воздушную, полностью раскрыться.

Пока Кати облизывала щенка, Лоренс с помощью специального шприца очищал гортань новорожденного от остатков слизи. Потом стянул пуповину, чтобы остановить кровотечение.

Не только дети, но и взрослые смотрели на все это с благоговейным восторгом. Когда крошечный комочек внезапно чихнул и ожил, все собравшиеся вздохнули с радостным облегчением.

Новая крошечная жизнь отважно шагнула вперед на непослушных пока еще лапах, на глазах у всех превратившись из безжизненного комочка шерсти в самого настоящего черно-белого щенка спаниеля! Его мокрая шерсть блестела, крошечный носик порозовел, широко расставленные для равновесия лапы то и дело подгибались, но щенок храбро двинулся навстречу новому миру.

Убедившись в хорошем состоянии новорожденного, Лоренс бережно перенес его из большего короба в другой, поменьше, где уже мирно спал его брат, родившийся первым. Кати нисколько не протестовала, когда Лоренс отнял у нее малыша, потому что инстинкт велел ей сначала родить всех щенков и только потом заняться их тщательным вылизыванием и кормлением.

Когда Лоренс бережно переносил щенка в другой короб, взгляды всех собравшихся невольно последовали вслед за ним. Детям хотелось как можно скорее взять щенков на руки, чтобы погладить их.