Кодекс Молчания - Шанталь Тессье

Я быстро оглядываюсь, когда он заезжает на парковку. Похоже, это двухэтажное здание из красного кирпича с белой дверью. Машина остановилась, и дверь открылась. Я принимаю это за сигнал убираться к чёрту.

Открываю дверцу машины как раз в тот момент, когда открывается задняя дверь в здание. На пороге стоит парень в черном костюме-тройке, придерживая её для меня. Он выглядит на миллион долларов. Ни один уличный бандит не носит костюмы от Armani и часы Rolex.

— Ты мне звонил? — спрашиваю я его.

Он не отвечает. Его черные очки скрывают от меня его глаза, но он мотает головой в сторону здания.

Я делаю глубокий вдох и захожу внутрь. Он хватает меня за плечо и тянет дальше в коридор.

— Эй, — огрызаюсь я, пытаясь высвободиться, но он только крепче сжимает меня. — Отпусти меня! — кричу я.

— Делай, как она говорит, — приказывает мужчина, когда мы входим в комнату.

Я резко останавливаюсь, и вздох срывается с моих губ, прежде чем я успеваю его остановить, когда вижу человека, который заговорил. Он сидит за столом, скрестив руки на груди, и небрежно откидывается на спинку своего черного кожаного кресла. Его темные глаза смотрят в мои, бросая мне вызов.

Ох, блядь!

Я совершила серьезную ошибку. Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но мускулистый человек встает между мной и дверью, удерживая меня в заложниках.

— Выпустите меня! — кричу я.

— Так вы меня знаете? — небрежно спрашивает парень, сидящий за столом. Его сердце явно колотилось не так, как у меня.

Я поворачиваюсь к нему лицом. Всё, что я могу сделать, это кивнуть. Лука убьет меня, если узнает, что я здесь. Если этот парень не сделает это за него сам.

— Почему я здесь? — я с трудом сглатываю.

— Я думаю, мы можем помочь друг другу, — говорит он, оглядывая меня с ног до головы.

— Я не стану тебе помогать, — рычу я.

Есть только одна вещь, которую этот парень может хотеть от меня, и я отказываюсь давать ему какую-либо информацию о Луке. Или, может быть, он хочет узнать о Миа.

— Что, если я скажу тебе, что знаю, кто твоя мать? Твоя биологическая мать?

От его слов моё сердце замирает. Мои мысли мечутся.

— Моя мать? — спрашиваю я, моргая. Внезапно мне становится интересно, что он хочет сказать.

Твоя мать бросила тебя. Бросила тебя. Неважно, кто она, она не хочет знать меня. Или я не хочу знать её. Я качаю головой.

— Я знаю, кто моя мать.

Я задавалась вопросом, почему моя биологическая мать отказалась от меня, и лучшее, что я смогла придумать, это то, что она знала, что без неё мне жилось бы лучше. Возможно, у неё была неизлечимая болезнь и она не могла заботиться обо мне. Может быть, она была наркоманкой. Может быть, её изнасиловали, и она не могла смотреть на меня, вспоминая о том, что с ней случилось. Или, может быть, она просто не хотела меня. В любом случае, я смирилась с её решением давным-давно. И я смирилась с этим.

На его лице медленно расплывается озорная улыбка. Альберто Росси совсем не похож на отца Луки. Он может быть лидером второй по величине организованной преступной группировки в Лас-Вегасе, но у него нет большого живота и покрытого испариной лба. Он поддерживает себя в форме. Он много лет враждовал с семьей Бьянки и каким-то образом знает мою настоящую мать? Это, должно быть, уловка.

Это ложь, ловушка, чтобы заманить меня сюда, и я попалась на нее.

— Это верно. Ты действительно знаешь свою мать, — он наклоняет голову набок, и его темные глаза пробегают по моему телу сверху вниз. От этого у меня волосы на затылке встают дыбом. — Ты очень похожа на нее.

Я моргаю. Мои ноги хотят развернуться и убежать, но разум не позволяет мне уйти. Я словно парализована на месте. Я всегда задавалась вопросом, где она была и почему бросила меня. Похожа ли я на неё, или мой голос звучит как её. Это была мысль, которая всегда была у меня в голове.

Росси встает со стула и обходит свой стол. Мое сердце учащенно бьется, когда он приближается ко мне. Но, кажется, я все ещё не могу найти в себе силы уйти. Вместо этого я жду, застыв на месте. Мне нужно, чтобы он заговорил. Чтобы он рассказал мне всё, что знает.

Протянув руку, он заправляет несколько каштановых прядей мне за правое ухо, и я прерывисто вздыхаю.

— Она лгала тебе все эти годы, — он вздыхает. — Я хотел сказать тебе. Я подумал, что ты заслуживаешь знать. И теперь… — он замолкает, и его губы сжимается в жесткую линию, — …пора — рявкает он, заставляя меня подпрыгнуть.

— Для чего?

Мне удается вырваться.

— Чтобы ты все знала, — он мягко улыбается мне. — И не волнуйся. Мы с ними разберемся. Они даже не заметят нашего приближения.

Лука

Я сижу за своим столом в «Glass», а Боунс сидит напротив меня. Он пересчитывает наличные, которые Марко доставил первым делом этим утром. Забавно, сколько денег может найти человек, у которого сломаны кости. Дверь в офис распахивается, ударяясь о внутреннюю стену. Боунс уже вытащил свой пистолет из кобуры на бедре, а я тянусь за своим под столом, когда мы видим, как в комнату врывается Хейвен.

— Что ты здесь делаешь? — требую я ответа, вскакивая со стула. Я ничего не рассказывал ей об этом клубе, так как же она меня нашла? Она следила за мной этим утром? Неужели она следила за мной?

Её широко раскрытые глаза переводятся с моих на Боунса. Он остается сидеть на своем стуле, но его брови приподняты и он все ещё держит пистолет, но теперь тот лежит у него на бедре.

Хейвен нервно сглатывает, когда за ней закрывается дверь. Её кожа, некогда оливковая, теперь белая. Она выглядит так, словно увидела привидение. Я делаю шаг к ней, огибая стол.

— Хейвен…

— Я не знаю, что сказать, — она отшатывается назад. Её спина ударяется о закрытую дверь. — Я… он…

— Что? Кто он?

Она прижимает руку к груди, и в её карих глазах появляются слёзы.

— Он хочет твоей смерти.

Я замираю.

Её взгляд перемещается на Боунса.

— Всех вас.

Это заставляет его вскочить на ноги.

— О ком, на хуй, ты говоришь?

— Альберто Росси.

Я сжимаю кулаки, и брови Боунса сходятся на переносице.

— Хотя это не новость,