Твоя наследница - Рина Беж

— Слушаю, — произношу, не глядя на экран.

— Юля, привет, это Альбина, — здоровается одна из моих девочек из салона. — Прости, что отвлекаю, хоть и обещала Владу этого не делать… Но твой друг не отвечает на звонки, а мне срочно нужен ключ от кладовки. Я там запас перекиси оставляла, а теперь он понадобился.

— Привет, — отвечаю на автомате, не совсем понимая всё, что на меня выливает говорящая скороговоркой Мамаева. — Так, давай по порядку. Ключи от кладовки… один у меня, а второй у вас с Мариной. Не понимаю, причем здесь Зубков?

— Ну как же? Ты сама разрешила ему забрать наш экземпляр, — уверенно тараторит девушка. — Разве нет? Влад пришел сразу после твоего ухода, недели две назад, если не ошибаюсь, сказал, что ты в машине ждешь и не хочешь возвращаться. Мол, примета плохая. Я и отдала… Юля, что-то не так?

На последних словах голос Альбины затихает и становится очень неуверенным.

Я же просто пребываю в недоумении.

— Пока не знаю. Ладно, я тут недалеко с ребятами, сейчас к вам заскочу и привезу свой ключ, — говорю в итоге.

Решаю вначале помочь с открытием двери, а уж потом разбираться и вести беседу с Зубковым по поводу… совершенно странному поводу.

Зачем ему понадобилось что-то в моем салоне? Глупости какие-то, да и только.

Может, Мамаева напутала?

Вполне реально, потому что… Влад и был-то у меня на работе всего пару раз, не особо вникая что и как. Так, забегал на минутку, чтобы просто поздороваться.

До «Примы» доезжаю за пятнадцать минут, еще пять уходит на то, чтобы припарковаться и войти с детьми внутрь, еще десять, чтобы прояснить запутанную ситуацию.

— Марина, присмотришь? — оставляю три любопытные мордашки рядом с аппаратом, умеющим готовить не только кофе, но и горячий шоколад.

— Конечно, — соглашается вторая помощница, отпускающая клиентку.

Мы же с Альбиной устремляемся в конец коридора, где в небольшом закутке, заставленном металлическими стеллажами, хранятся запасы материалов и красителей.

Вот только при внимательном осмотре оказывается, что кроме наших вещей в нем присутствуют совершенно незнакомые.

— Это что? — киваю Мамаевой в сторону двух больших плотно запакованных мешков, лежащих на самом верху под потолком.

— Не знаю, может, кто-то из девочек что-то убирал? — пожимает плечами работница. — Хотя странно, с нашим ростом придется табуретку использовать, чтобы дотянуться.

— Ладно, бери перекись и иди работай, — отпускаю её, сама же не ленюсь и топаю в кабинет за стулом.

Почему-то в голове очень четко всплывают слова Давида по поводу всего необычного. Но относятся ли к этому странные действия Влада…

— Похоже, да…

Выдыхаю пораженно, когда снимаю один из герметично запакованных мешков и обнаруживаю в нем какой-то белый порошок, расфасованный по пакетикам.

Пусть я не особый любитель телевидения, но фильмы с бандитами иногда на глаза попадаются…

Ходящими ходуном руками с третьей попытки попадаю на нужные значки в телефоне и, кусая губу, чтобы не заплакать от непонимания и бессилия, произношу:

— Давид, кажется у меня проблемы.

Глава 30

ДАВИД

Дрожащий голос Юли мне совершенно не нравится. Сжимаю и разжимаю кулак правой руки, в то время, как левым стараюсь не раздавить телефон.

В груди что-то колет, а в затылке сводит от напряжения. Разминаю шею и на секунду прикрываю глаза.

Неимоверно бесит ситуация, что прямо сейчас не могу оказаться рядом с теми, кого пообещал оберегать, обнять их и еще раз уверить, что всё будет хорошо. Я сумею защитить.

Ублюдок Зубков не придумал ничего лучше, чем использовать Котову, точнее ее салон, работающий с утра до вечера, в собственных целях. Под схрон. Даже в невесты позвал, гаденыш, чтобы иметь повод светиться у нее в любое время.

И пусть Юля только догадывается, что именно упаковано в тех мешках, которые она обнаружила в подсобке, я знаю точно. Пашка, молодец, успел вовремя нарыть инфу.

И за это мудак ответит.

Серьезно.

Так просто этот финт ему с рук не сойдет.

— Так, Юля, соберись, — говорю, твердо чеканя слова, хотя больше всего сейчас хочется ее обнять и пожалеть.

Но нельзя.

Если расклеится, заплачет или хоть как-то привлечет внимание персонала, те смогут случайно проболтаться бывшему женишку. Не думаю, что малышка делится личными отношениями с коллегами, но глаза и уши есть у всех.

— Сейчас ты как ни в чем не бывало закроешь кладовку, натянешь на личико беззаботную улыбку, попрощаешься с работниками и поедешь с детьми домой.

— Но…

— Не спорь, милая, так надо. Я прилечу через пару часов, дождись меня.

— Х-хорошо. Поняла, сделаю, — произносит чуть увереннее моя смелая девочка.

Беззвучно выдыхаю.

Знаю, она — умница и приложит максимум сил, чтобы справиться с задачей.

— И еще, — добавляю, слушая в трубку более размеренное и легкое дыхание, — к твоей машине подойдет Иван, начальник охраны, ты его уже знаешь. Передай ему, пожалуйста, все ключи от салона.

— Но он посторонний, девочки не пропустят его на служебную территорию… — пытает убедить меня Юля.

Я же как воочию представляю ее в этот момент. Милую, красивую, нежную, с румянцем на щеках и припухшей нижней губой, потому что имеет привычку кусать ее, если нервничает, голубыми, как небо, глазами и шелковистыми белокурыми локонами, стянутыми в хвост.

— Не переживай, он знает, как поступить.

— Я могу…

— Конечно, можешь, но лучше пусть этим займутся мои парни. А я как приеду, всё-всё тебе расскажу.

— Правда?

— Конечно. Поезжай, Юль. Ребята тебя проводят и останутся дежурить возле дома, как всегда.

— Ладно, — соглашается и, будто решившись, добавляет, — тогда я буду тебя ждать.

— Замечательно. Вернусь как можно скорее, обещаю, — стараюсь передать голосом тепло и поддержку, которые просто топят, когда ее слышу.

— То есть, мы, — быстро исправляется Котова, — Амина и ребята тоже…

— Я понял, — не скрываю улыбку.

* * *

— Иван, за МОИХ головой отвечаешь, — подвожу итог, дав вводные начальнику охраны. — Я уже в аэропорту, скоро буду у вас.

— Понял. Машину вышлю, встретят.

— Само собой. И скажи парням, чтобы глаз со входа в салон не спускали, но и не светились. Шума нам не надо.

— Обязательно.

— Всё, до встречи.

Отключаю связь и упираюсь кулаками в тонированное стекло, которым обшито все помещение зала ожидания вип-клиентов. Смотрю вперед, но ничего не вижу.

Я все еще в Италии, но мысли уже целиком и полностью в России.

Рядом с НЕЙ.

— Сеньор Цикал, борт готов, машина ждет у крыльца, — привлекает внимание невысокий итальянец в форменной