Репит - Кайли Скотт

— Клем. — Его голос хриплый со сна. — Ты что задумала?

— Ничего.

— Ммм… Не верю.

По совету статей из интернета, я начинаю с того, что увлажняю головку члена языком. Это должно походить на облизывание мороженного. Я не совсем понимаю взаимосвязь, поскольку член не похож на мороженое: у него вкус мускуса и пота. Это уникально, хотя и не неприятно. Лобковые волосы жесткие, а яички мягкие в моей руке. Во всех статьях рекомендовалось «поиграть ими», и, судя по довольным звукам Эда, они были правы. Я крепко сжимаю член одной рукой, а другой массирую яйца. Иногда скольжу пальцем назад, чтобы потереть местечко прямо за ними. По-видимому, это важно и усиливает чувствительность.

Честно говоря, минет — это не так сложно, как представляли некоторые статьи. Я почти уверена, что мужчины в целом просто счастливы, когда уделяют внимание их члену. И это справедливо, ведь когда Эд уделяет внимание моей вагине — это просто чудо.

Я беру половину члена глубоко в рот, сжимаю губами, опускаю и поднимаю голову.

Эд стонет.

Я обхватываю губами головку и перемежаю удары языком с посасыванием.

Эд сгребает мои волосы в кулак.

Ха! Сейчас он не относится ко мне, как к хрустальной вазе. Он может контролировать себя, когда все в его руках, но сейчас-то я тут главная.

Член набухает и уже не помещается полностью в рот. Но все хорошо. Я лижу его, сосу и глажу. Это не столько наука, сколько здравый смысл. Я слежу, как Эд реагирует, и делаю, что ему больше нравится.

Стоны Эда становятся громче, мышцы живота напрягаются. Я думаю, что он вот-вот кончит, но тут все резко меняется. Внезапно я оказываюсь лежащей на спине, а Эд нависает надо мной. Он энергично гладит член, теплая сперма разливается по моему голому животу. Эд утыкается лицом в мою шею и кусает. Теперь у меня будет по отметине с каждой стороны. Но самое главное, что я справилась. Я бы дала себе пять, но это будет выглядеть странно.

— Детка. — Эд счастливо вздыхает. — Чертовски приятное пробуждение.

— Будильник — это так банально.

— Я предпочту твой рот в любое утро.

Эд приподнимается и целует меня. Не легко или сдержанно, а медленно глубоко — к черту утреннее дыхание! — и между тем размазывает сперму по моему животу, будто это холст. Похоже, он нарисовал смайлик.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я, с улыбкой глядя вниз.

— Помечаю то, что принадлежит мне.

— Понятно.

Вдруг Эд хмурится.

— Я снова укусил тебя.

Я вздыхаю.

— Перестань сдерживать себя, как прошлым вечером. Кроме того, мне нравится, когда ты немного дикий.

Он качает головой.

— Как я и говорил: ты всегда добиваешься своего.

— Но если мы оба выигрываем, разве это так плохо? — Я улыбаюсь. — Теперь у меня симметрия: по любовному укусу с каждой стороны.

Эд улыбается, но кратко.

— Я не слишком резко перевернул тебя? Голова в порядке?

— В полном.

— Ладно, ладно, — стонет он. — Постараюсь не волноваться так сильно.

— Спасибо.

— Спасибо тебе. Это был отличный минет.

— Не за что. Хотя я немного увлеклась и забыла кое-что. Например, обвести головку кончиком языка…

— Можешь приберечь это для следующего раза, — усмехается Эд. — Похоже ты провела исследование.

— Верно, и у меня вопрос: тебе не нравится, когда я глотаю?

Эд пожимает плечом.

— Нравится, но сейчас мне захотелось кончить на тебя.

— Хм. Ладно.

Эд целует меня, подхватывает с пола свою футболку — вчера мы торопились поскорее оказаться в постели — и вытирает мой живот.

Я встаю на ноги, потягиваюсь и немного стону, а Эд тем временем снимает с кровати простыню и начинает заворачивать меня в нее.

— Мне вроде как нужны руки, — протестую я.

— Это просто для того, чтобы отвести тебя в душ так, чтобы мой брат не увидел ничего интересного.

— Ты же понимаешь, что он притворяется, что флиртует со мной, чтобы досадить тебе?

Эд ворчит, подталкивая меня к двери.

Он спеленал меня так, что я едва могу ходить, а сам щеголяет голышом.

Пока идем по коридору, из кухни доносится женское хихиканье.

— Похоже, Шеннон ночевала у Лейфа, — говорю я, когда мы оказываемся в ванной.

Эд снова ворчит. Минет или нет, но он точно не жаворонок.

— А ты разгуливаешь с голой задницей, — продолжаю я. — Надеюсь, она ничего не видела.

Он включает воду и проверяет температуру рукой.

— Шеннон не интересно смотреть на мою задницу.

— Не знаю. Это очень привлекательная задница.

— Ты забавная. — Хорошо, что он так думает. Я отбрасываю простыню и шагаю за ним в душевую. — Повернись. Я вымою тебе волосы.

— Спасибо. — У Эда просто волшебные пальцы.

— Клем, ты ведь на самом деле не переживаешь, правда?

— Переживаю?

— Насчет Шеннон. — Голос у Эда слегка напряжен. Я понимаю, почему он нервничает. В прошлый раз моя ревность привела нас к катастрофе. Поэтому я не тороплюсь и серьезно обдумываю этот вопрос.

— Нет. Если бы Шеннон действительно тебя интересовала, ты бы сначала расстался со мной, и только потом подкатил к ней. А если бы она была заинтересована в тебе, несмотря на то, что, по-видимому, трахается с твоим братом, я бы надрала ей задницу, применив пару приемов самообороны.

— Разве самооборона придумана не для того, чтобы защищаться?

— Лучшая защита — это нападение.

— Но твоя вера в меня смиряет. Запрокинь голову назад.

— Ты насмехаешься надо мной? — Я вытираю пену с глаз.

— Конечно, нет.

Он точно подтрунивал.

— Я просто имею в виду… Если бы тебе нравился кто-то другой, ты бы мне сказал, верно?

— Да, детка, я бы тебе сказал. Но мне никто не нравится, кроме тебя, хорошо?

— Ладно. Поняла.

Эд наносит на мои волосы кондиционер и слегка массирует.

Так чертовски хорошо. Может, мне снова отрастить волосы? Эду нужно будет больше времени, чтобы их вымыть, а значит я получу больше удовольствия. Прекрасная идея. Возьму на заметку.

— Значит, ты не ревнуешь? — уточняет Эд.

Я все еще слышу отголоски неуверенности в его голосе.

— Я хочу быть единственной, кто видит твою славную голую задницу. Если это ревность, то, наверное, я немного ревную. Но если подумать, это не лучше и не хуже того, что ты мумифицируешь меня простыней, чтобы Лейф не увидел немного кожи.