Он хочет тебя - Дилноза Набихан

Сначала он не смотрел на меня, но когда наши взгляды пересеклись, мы уже не отводили глаз, влюблённо взирая друг на друга. Счастье распирало меня, а скулы сводило из-за улыбки, что становилась всё шире.

— Извините! — в какой-то момент послышалось сзади, вынуждая меня повернуться.

Хмуро оглядев группу парней, стоявших за мной, я приподняла брови. Они толкались, пихая меня и друг друга локтями то в бок, то в плечо.

— Будьте осторожны, — посоветовала им и отступила, чтобы быть подальше от них.

Они мне совсем не понравились. Когда же я развернулась к сцене, то Захар уже больше не улыбался. Он не сводил глаз с ребят, возившихся возле меня. И пусть я не обращала на них внимание, от него не укрылось, как они толкали меня.

В какой-то момент я ощутила сзади чужое тело, прижавшееся ко мне. Чьи-то руки обхватили мою талию, медленно поднимаясь вверх. Застыв, я с ужасом смотрела на них, но уже через пару мгновений вышла из ступора и, развернувшись, ударила нахала в лицо.

— Тимоха, а она с характером! — раздался неприятный голос слева.

Хулиганы засмеялись, окружив меня, но все были увлечены Захаром и не смотрели в нашу сторону. Вспомнив о последнем, я повернула голову и увидела, как он спрыгнул со сцены, спеша к нам. Его лицо не предвещало ничего хорошо. Он был зол. Очень зол.

— О нет! — вскрикнула я в момент, когда его кулак встретился с рожей того, кто не так давно лапал меня.

Началась потасовка. До этого мне ни разу не доводилось видеть, чтобы Захар меня так ревновал. В основном ревновала я, закатывая истерики и устраивая ссоры, а он терпел, но… Мне неожиданно стало приятно, что любимый ввязался в драку из-за меня.

Толпа оживилась, и его разозлённые фанаты накинулись на парней, которые хотели задавить Муратова числом. Я несколько раз пыталась ему помочь, но всё закончилось тем, что меня просто отшвырнули подальше.

— Дарина! — Выбравшись из кучи народа, Захар бросился ко мне, помогая подняться. — С тобой всё хорошо?

— Да. Давай просто уйдём отсюда? — попросила я, вцепившись ему в руку.

Я не знала, стоило ли его отпускать. Он был на взводе и напряжён.

— Подожди немного, сейчас вернусь.

Парень хотел было устремиться обратно, но нахмурился, заметив то, что я держалась за ногу. Кажется, она была вывихнута, когда я падала…

— Мам? — ворвался в мои воспоминания голос дочери, и я растерянно моргнула.

В ушах стоял гул. Выдохнув, я с беспокойством посмотрела на Марину, которая прижималась ко мне.

— Что солнышко? У тебя где-то болит? — От мысли, что мать Захара могла чем-то ей навредить, меня бросило в холодный пот.

— Нет. — Покачала она головой. — Ты меня больше не бросишь?

При её последних словах я впала в ступор. До меня не сразу дошло, что это свекровь внушила ей подобные мысли. Когда же я вспомнила, что говорила Станислава Тарасовна, кровь вскипела у меня в венах от бешенства. Суставы хрустнули, когда я сжала руку в кулак.

— Нет, я никуда не уйду. И не брошу тебя. — Уткнувшись носом в макушку дочери, я зарылась пальцами в её волосы. — И больше никогда тебя тут не оставлю.

Это было обещанием не только ей, но и себе самой. Я не собиралась задерживаться в чужом доме ни на минуту.

Глава 32

Дарина

Как только я убедилась, что Марина заснула, то осторожно поднялась с кровати и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Спустившись вниз, нашла всех там же, где и оставила. Захар сидел на диване и встретил меня весьма напряжённо. Пройдя по гостиной, я решила сесть рядом с ним. От моей наглости его мать опешила, не скрывая своё удивление.

— Сын, объясни мне, что тут делает эта? — воскликнула она, указывая на меня.

Показательно скривившись, я чётко произнесла:

— У меня есть имя, Станислава Тарасовна. Прошу вести себя со мной уважительно. Я не «эта», а жена Захара! Ваша невестка, мать Марины и будущего ребёнка!

Неожиданно я почувствовала, как меня коснулся муж, обнимая и притягивая поближе. Не став обращать на это внимание, я немного помолчала и продолжила:

— Поэтому будьте любезны, отныне даже не подходите к нашей дочери! Вам не стыдно наговаривать ребёнку про меня всякие гадости? Вы понимаете, что с детьми вообще нельзя так разговаривать? Вы ведь тоже мать!

У меня в голове не укладывалось, как эта женщина могла решиться на такой низкий поступок. Она же на всё лишь нахмурила идеально нарисованные брови. Станислава Тарасовна была мне весьма неприятна, чего я даже и не собиралась скрывать. «Если она не любит меня, то зачем вымещать злость на моей дочери? В конце концов, Марина её внучка», — не понимала я, осуждающе качая головой.

— Ты позволишь ей и дальше оскорблять твою мать? — выдержав паузу, с притворным удивлением спросила она у Захара.

Я понимала, что её целью было убрать меня из его жизни. И я не представляла, что стало бы с Маринкой, проведи она с ней больше времени! Моя свекровь могла сделать её несчастной. В общем-то, я не хотела думать о том, что рисковала умереть во время родов.

— Я не оскорбляю вас, — спокойно возразила в ответ, отмечая про себя, что она даже не смотрела в мою сторону. — Но вы ведь понимаете, что я больше не позволю, чтобы вы подходили к моей дочери?

Последнее я проговорила весьма вкрадчивым голосом.

— Марина моя внучка! — попробовала возразить Станислава Тарасовна.

— А я её мать! — ответила ей совершенно спокойно, несмотря на то, что внутри меня бушевал ураган из разных эмоций. — И я не позволю, чтобы другие учили меня, как мне воспитывать моего ребёнка! И тем более, чтобы они пытались его у меня отобрать!

— Если ты хочешь жить с нами в одном доме, тебе придётся слушаться меня. Здесь я главная! — зайдя с другой стороны, заметила она.

Вздохнув, я мельком глянула на мужа, который молча выслушивал нашу перепалку. «Неужели ему всё равно, как эта стерва поступала по отношению ко мне и Марине? Она же и его дочь тоже! И что значит, если ты хочешь жить с нами? Разве мы не собираемся жить отдельно?» — задалась про себя вопросами, хмурясь. Захар же, словно прочитав их у меня на лице, нарушил установившуюся тишину в комнате и пояснил:

— Дарина, пока в моём доме идёт ремонт, нам придётся временно