Диего. Вторая жизнь - Евгения Майер

– Есть варианты? – рявкает Диего, наблюдая как Мелиса и Санди о чем-то мило беседуют около огромного куста декоративной розы.

– Либо убьют свои, либо в перестрелке, – констатировал в пустоту Тамерлан, ловя взгляд друга-врага.

Диего прекрасно знал все уловки, и быстро перевел тему, указывая на внушительного вида коттедж, смотрящегося на фоне масштабного пространства притаившимся хищником.

– Давно вы тут живете?

– Почти сразу после родов переехали. Твой пентхаус свободен, если что… – Лан ухмыляется. – Может, не поедешь в Канаду?

– Ждать, пока грохнут сообщники Матео? – констатирует Диего и делает большой глоток из стакана.

– Почему ты не говоришь, что этот Матео встречался с твоей Моникой? – уголки губ чуть приподнимаются, но Тамерлан все равно выглядит серьезно.

– А тебе на хера эта информация? – злобно чеканит Диего.

Почему-то упоминание Моники и Матео как пары его не то чтобы раздражало, скорее всего, напоминало о том, что по сравнению с Санди Моника слишком наивная, отчасти рассеянная. Борьба, пусть и негласная, за Санди вызывала ярый приток адреналина, а Матео как соперник был ничтожен и жалок.

Моника досталась ему с небывалой легкостью. Может, именно поэтому так резко вдруг всколыхнулись прошлые чувства к Санди?

– Что, если она тебя «ведет» на убой к этим ублюдкам? – произносит Тамерлан и Диего вскакивает с места.

– Значит, моя смерть теперь будет настоящей, – рычит в ответ, а Лан расплывается в саркастической улыбке.

– Эта девчонка любит тебя, – говорит бывший враг. – А ты ее?

Диего окидывает пренебрежительным взглядом Лана.

– С каких, блядь, пор мы обсуждаем чувства? Ты пересмотрел мыльных шоу на пару с Санди? Ей простительно – она в декретном отпуске, а ты… – он ухмыляется своей жесткой подколке.

– Ты как был мудаком, так и останешься, – мотает головой Тамерлан, не обращая внимание на цинизм Диего. – Смотри только, не упусти то, что, возможно, в твоей жизни случилось в последний раз.

* * *

Я стараюсь не выдавать огненного урагана, лютующего в душе. Улыбаюсь и подхожу ближе:

– Меня зовут Моника, – выдавливаю из себя.

– Санди, я – жена Тамерлана, – она протягивает руку с тонким запястьем и красивым обручальным колечком на безымянном пальце.

Киваю, отвечая взаимностью.

Она не виновата в том, что Диего изменился на доли секунды в ее присутствии. Важно то, что я увидела это и теперь в замешательстве.

Забрать вещи, сказать Мелисе и Руи об уходе…

А дальше? Куда пойти в чудовищно-огромном мегаполисе? Где найти жилье, чтобы переночевать?

– Вы давно с Диего вместе? – слышу сквозь тоскливую пелену рассуждений мягкий приятный голос собеседницы.

Диего с Ланом располагаются на широком длинном диване. Мелиса и Руи, познакомившись с дочкой хозяйки, что-то заинтересованно рассматривают на планшете.

– А… Нет, – говорю, как на автомате, и стыдливо отворачиваясь.

Мы с Диего вместе?! Мне хочется цинично переспросить, почему это она так решила, но прикусываю язык. Но любопытство начинает брать верх. Я знаю, что ничего хорошего мне это не принесет, но бросаюсь в водоворот адреналина с головой.

– Между вами и Диего что-то было, да? – произношу негромко, следя за тем, чем занимаются мужчины.

Девушка неожиданно краснеет и уже, видимо, сама понимает, что зря мы начинали этот диалог.

– Нет, – отвечает она, все так же избегая контакта глаз. – Диего нашел мою дочь, которую похитил бывший муж. Пытался скрывать ее от меня, а в любовницах у него была моя близкая подруга.

Я слушаю с интересом, и, кажется, начинаю верить.

– Вы потом встретили Лана, да? Вас познакомил Диего? – спрашиваю я, и радостное чувство разливается на душе. Значит, Диего сказал правду. Просто выразил уважение к жене друга.

– Нет, – говорит Санди, поворачиваясь ко мне. – Мы с Ланом познакомились раньше. Он тоже участвовал в поисках…

Ее лицо приобретает задумчиво-грустный оттенок, и мне становится неловко. Я сама недавно чуть не потеряла родных брата и сестру, и представляю, что пережила жена Лана.

– Извини, если что не так, – говорю ей, и мое настроение окрашивает томительная надежда.

Наш разговор прерывает женщина, которая входит в гостиную-кухню с малышом на руках. Улыбчивый мальчик, возрастом около года, внимательно осматривает всех нас. Я узнаю черты Тамерлана и понимаю, что это их сын. Все замолкают на долю секунды, но потом всеобщая беседа вновь набирает обороты.

Санди подходит к няне, целует сына и начинает накрывать на стол.

И первый раз за сутки я ловлю взгляд Диего. Он смотрит так, будто между нами пролегла огромная пропасть. С сожалением и тоской. Ледяное хладнокровие исчезает, и мне кажется, что приходит обыкновенное равнодушие.

После обеда все вместе мы выходим в сад, габариты которого поражают не только детей, но и меня. Лан и Диего держатся отдельно и о чем-то негромко беседуют. Иногда я замечаю взгляд Тамерлана на себе. Он оценивающе окидывает раз за разом, а мое смущение начинает возрастать вместе с тревогой. Бесконечная мыслемешалка выдает все новые и новые причины пристального внимания.

Я сажусь на широкие качели, и наблюдаю со стороны. Санди, вооружившись садовыми ножницами, отрезает часть веток от куста декоративной розы. Рядом с ней стоит Мелиса и о чем-то расспрашивает. Руи, почувствовав полную свободу, отправился мимо коттеджа к накрытому под навесом мотоциклу и заинтересованно рассматривал железного «коня». Диего и Лан прошли дальше к зоне огромного бассейна и там, сев за столик, разговаривали о своем.

Кажется, что все проблемы надуманы и важность их лопается, как мыльный пузырь, но в глубине подсознания живет необъяснимая тревога. Кажется, что скоро придет конец счастливому существованию и небо накроет тяжелыми серыми тучами.

Вечером все расходятся по комнатам. Руи с Мелисой в отдельной комнате смотрят один из популярных фильмов, созданный по мотивам комиксов. Санди уединяется с детьми в спальне, а я брожу по нашей комнате, которую нам выделили с Диего и вновь раскручиваю клубок безудержных мыслей. Диего и Лан куда-то уехали, конечно же, ни слова не сказав мне. Несколько раз порываюсь пойти к сестре и позвать ее поговорить о том, что, возможно, поведение Диего знаменует скорое наше расставание, но тут же беру себя в руки.

Нет. Нельзя сейчас и Мелису впутывать в замысловатые игры Диего.

Твердо решаю для себя, что как только он приедет, подойду и спрошу о том, что вообще происходит. Мы находились все время в компании и задавать такие вопросы было неудобно.

Спускаюсь по лестнице вниз, и замираю на ступеньке. Приглушенные голоса заставляют насторожится и прислушаться. Горячей кровью прямо с затылка до тянущего клубка внизу живота разливается волна предчувствия.

– Диего, ты же знаешь, что мы не могли быть