Дубль - Елена Артье

"Картошка с грибами выше всяких похвал".

Я не ожидала, что он мне ответит. Но когда тренькнул телефон, оповещая о входящих сообщениях, моё сердце пустилось в галоп.

"Всё для моих девочек".

Простая фраза от Глеба, но как много в ней скрыто смысла! И почему я так уверена, что к своим девочкам от отнес и меня? И почему от этой мысли меня охватывает трепет и радость?

* * *

Как только анализы Наденьки показали хороший результат нас стали готовить на выписку. Периодически нам придется обследоваться и принимать определенные препараты, но это ли не ерунда по сравнению с тем что девочка жива? 

В день выписки она повеселела как-будто чувствуя, что мучения закончились. И даже перестала капризничать. Я тоже с нетерпением ждала, когда можно поехать домой. 

Когда мы спустились вниз нас встречало всё семейство Стужевых, включая Верочку и Ванечку. С шарами, цветами и прочими праздничными атрибутами.

- Давайте я вас сфотографирую. - вызвался Никита, доставая телефон. - Пап возьми Верочку, Ксюш подходи с Надюшей ближе. Ага вот так... Класс!

Я готова была разреветься от переполняющих чувств, но мне не дали, тут же забросав вопросами по здоровью малышки. 

- Какие же они хорошенькие, красавицы наши! - восхитилась Полина, глядя на сестёр. - Наконец-то все вместе!

Если бы… На моём месте должна быть Вика. Я сглотнула застрявший в горле комок и всё-таки одна слезинка скатилась у меня по щеке. Я заморгала в попытке остановить потоп. Ну почему я такая плакса?! Чуть что сразу в слёзы. С детства от этого страдаю. Полина уловила моё настроение и погладила меня по руке.

- Она тоже с нами и, уверена, радуется за тебя и своих дочерей. 

Я кивнула и почувствовала, как Глеб забирает из моих рук Наденьку.

- Ну привет, моя девочка. - и уже мне: - Я положу её в люльку. Садись.

Стужевы приехали на двух машинах. Никита, Полина и Ваня сели в свою, а мне пришлось устроиться на заднем сидении машины Глеба. Там были прикреплены две люльки, в которых уже лежали сестрёнки.

Когда мы выехали с территории больницы и повернули в противоположную от дома Полины сторону я напряглась.

- А куда мы едем? Нам разве туда?

- Мы едем туда, где ваше место. Ты же не думала, что я вас  так просто отпущу?

Я поймала пронзительный и немного насмешливый взгляд Глеба в зеркало заднего вида. Ну, конечно, кто бы сомневался: взял и поступил по-своему. Я открыла рот чтобы выразить своё неудовольствие, но тут же его закрыла. Потому что нечего было сказать. Потому что он имеет на это право. Потому что и сама чувствую, что так правильно. 

Я закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья, признавая своё поражение.

- Хорошая девочка! - донеслось до меня и я еле сдержала улыбку. Всё-таки девочка. Вот только его ли?

Когда мы вышли из машин на знакомом дворе меня окутало ощущение, что я вернулась домой. Те же резные ставни, тот же свежий воздух, пропитанный ароматом сосен. Вот только осень вовсю золотила деревья и кустарники, меняя красочный пейзаж.

- Как тепло сегодня! Обожаю бабье лето! - воскликнула Полина и потянулась. - Никита, ты мясо не забыл?

- Нет. Давайте сначала вещи из багажника в дом перенесем. Ксюш, зачем тебе столько сумок нужно было? Большинство даже не распаковали.

Рядом хмыкнул Глеб, помогавший мне достать девочек.

- Действительно, зачем? 

- Да я... Мне... 

Увидела как Стужевы улыбаются, безусловно зная ответ на свой вопрос.

- Ай, ну вас!

Рассердилась я и пошла в дом.

- Не злись на них. - догнала меня Полина. - Они всё равно сделают по своему. А в этом доме вам действительно будет удобнее, чем у нас. Да и мы скоро на соседнюю улицу переедем, уже документы купли-продажи оформляем. Давай переодевайся, а я пока стол на террасе накрою. Нужно отметить вашу выписку. Это же такая радость, что все теперь вместе.

Глядя на довольную Полину я не решилась ей возразить. Да и с меня не убудет пару дней провести в этом доме. Тем более Глебу хотелось понянчить не только Верочку, но и вторую дочь.

День действительно был великолепным: теплым, солнечным. Мужчины жарили мясо на мангале, Ванечка крутился то около них, то около девочек, которые спали в кроватке в тенечке.

Мы с Полиной быстренько накрошили салатов и нарезку и теперь бродили по саду, рассуждали какие цветы можно было бы сюда посадить.

- Ты ему очень нравишься, -  Полина неожиданно перевела  разговор.

- Кому? - прикинулась я дурочкой.

Подруга лишь хмыкнула, но не повелась.

- Я не знаю, что между вами происходит. Но однозначно что-то есть. Он тоже тебе нравится? Теперь, когда со здоровьем Наденьки всё утряслось, пришло время подумать о будущем.

- А я и думаю о нём. О своём будущем. И вообще мы с Глебом слишком мало знакомы. Если у нас не получится это же будет катастрофа!

Полина задумчиво посмотрела на меня и сказала:

- Если бы, да кабы... Нужно ценить каждый день, который тебе даётся. Просто жить! Я знаю о чем говорю, ведь очень долго приходила в себя после аварии. И не верила, что смогу дальше нормально существовать. Я не помнила никого и ничего. Даже Никиту. Ой как непросто нам с ним пришлось! И знаешь что? Я не пожалела ни единого мгновения которые снова привели нас друг к другу. Я скажу тебе вещь, которая может не понравиться. Ты думаешь Виктория хотела умирать? Думала ли она о смерти в те дни?

Я отрицательно замотала головой и почувствовала подступающие слезы как всегда, когда вспоминала сестру и тот ужасный момент.

Полина продолжала:

- Конечно не думала, наверняка строила планы. А оно вон как получилось. Ей крайне  повезло, что у её девочек есть ты вместо матери. Но у них есть и отец. И вдвойне повезло, что вы нравитесь друг другу. А если это перерастет в любовь? Вы и только вы можете дать девочкам настоящую семью.

- Но я не могу так... Это неправильно. Он же был её любовником!

- Всего пару дней. И почему неправильно? Правильно ломать себя