Авантюристка для мажора - Ульяна Романова

– Зато вечером они будут заняты, – Аня не теряла оптимизма. – Нам же с Глебом еще нужно разобраться.

Стеша позвонила старшему брату, а я настрочила слезную смску Макару с просьбой сообщить мне подробности или просто написать, что с ним все в порядке.

Он ответил сразу же. Пообещал звонить и потребовал, чтобы я не волновалась.

А я волновалась. Так, что желудок сводило от спазмов, и было уже не до Глеба. Мне хотелось быть там, в гараже, чтобы что-то предпринять. А лучше – самой разобраться с Лехой. Но в кои-то веки во мне проснулся здравый смысл, который во весь голос кричал, что Алексей не так прост, и в этот раз нужно довериться мужчинам и тихо пересидеть в сторонке.

– Влада, поехали, мы на работу опоздаем, – позвала Стеша.

– Да, поехали. Ань, тебя домой?

– Вы и так опаздываете безбожно! Просто докиньте до ближайшей автобусной остановки, – махнула рукой подруга.

На том и порешили. Довезли Аню до нужной остановки и рванули в офис, надеясь, что Глеб не будет слишком сильно лютовать.

Припарковав машину на стоянке для сотрудников, мы со Стешей побежали в свои кабинеты совершать трудовые подвиги.

Не успела я включить компьютер, как в дверь постучали, и на пороге возник отец. Выглядел он очень озабоченным и укоризненно смотрел на меня из-под сведенных на переносице бровей.

Я медленно села на стул, мысленно перебирая свои косяки за прошедшие дни. Их было так много, что я не знала, в каком именно лучше признаться родителю, чтобы минимизировать потерю своих нервных клеток.

– Привет, пап! – улыбнулась вымученно.

– Привет, дочь, – вздохнул папа. – Можно к тебе?

– Конечно! Ты по делу или поболтать?

– Поболтать по делу, – родитель устало потер лицо и сел на свободный стул.

– Что случилось? – осторожно поинтересовалась я.

– Когда ты хотела мне признаться, что учишься на журналиста? – спросил папа прямо в лоб.

Широко распахнув глаза, я мысленно выругалась. И, кажется, покраснела до кончиков волос. Снова стало безумно стыдно перед отцом, но теперь еще и за то, что врала.

– Па, прости, пожалуйста! – произнесла я с искренним раскаянием. – Просто ты так горел идеей оставить мне компанию… Но юриспруденция – не мое! Совсем! Мне скучно и неинтересно.

– Влада, скажи, я плохой отец?

– Нет! Пап, ты что? – я испугалась, услышав горечь в голосе отца.

– Знали все. Твоя мама, Игорь и даже Егор, твой сводный брат. Только я один был не в курсе… Понимаю, что не дал тебе достаточно своей любви, но я стараюсь!

– Пап, мне просто было очень стыдно, – опустив голову, перебила я, – и я чувствовала себя очень виноватой перед тобой. И не знала, как сказать. Ты давно в курсе?

– Несколько дней уже, – пожал плечами отец. – Неужели ты думаешь, что я бы запретил тебе исполнить свою мечту?

– Нет. Просто я боялась разрушить твою…

– Ну, значит, вся надежда на внуков, Влада!

Он усмехнулся краешком губ, и мне показалось, что по комнате заплясали крошечные солнечные зайчики, а с души с грохотом упал булыжник недосказанности и дичайшего чувства вины.

– Внуков я тебе в ближайшее время не обещаю.

– В ближайшее и не надо. Закончи университет, выйди замуж и роди мне как можно больше внуков. Или это тоже не твоя мечта?

– Моя! – быстро кивнула я.

– Какой ты еще ребенок… – по-доброму пожурил папа, покачав головой, и медленно поднялся.

Я подошла к отцу и крепко его обняла. Он сжал меня в объятиях и поцеловал в макушку:

– Практику-то закончишь? Или совсем не хочешь?

– Закончу!

– Хорошо. У меня куча дел, милая, я пойду. А вы с Макаром как-нибудь приезжайте в гости.

– Я поговорю с ним, – выдохнула, снова краснея.

Папа ушел, а я обессиленно упала в кресло со счастливой улыбкой на лице.

Ужасно боялась, что отец не поймет. Но он понял. И принял, чему я была бесконечно благодарна!

Однако мысли о мажоре и наркотиках не отпускали. Ни о чем другом даже думать не получалось, пока Макар не позвонил и не сообщил, что все хорошо.

Брат Стеши обещал помочь и уже связался со своим другом, который работал в отделе борьбы с наркотиками.

– Веснушка, – сказал Макар, перед тем как проститься, – ты – мой главный жизненный приз!

– А я говорила, что приношу удачу! – улыбнулась я, отключая вызов.

И до самого вечера с моего лица не сходила мечтательная улыбка…

Макар

Я зло сжал челюсти, понимая от какой беды меня спасли три Всадницы Апокалипсиса, сами того не подозревая.

Лешка со своей мамашей с самого первого дня меня ненавидели. А я их.

Злобная сука, которой нужны были только деньги, и такой же сыночек. Присосались к отцу как две пиявки.

Он привел эту крашеную куклу в дом всего через год после смерти матери. Мы не смогли жить на одной территории, поэтому я переехал в старую квартиру мамы и выживал там, как мог. Учился, работал, гонял. Когда гонки стали приносить весомый доход – отказался от того, чтобы отец платил за учебу. А полностью отклонил его помощь, когда сдружился с Илюхой – надзирателем, которого ко мне приставил отец. Он оказался нормальным мужиком, и за отдельную плату докладывал отцу только то, что было согласовано со мной. Неделю назад Илья укатил в заслуженный отпуск.

Леха не раз пытался меня подставить. И обогнать. Ни то, ни другое ему не удавалось, пока в поле его зрения не появилась моя бедовая веснушка и ее не менее эпатажные подруги. Которым я теперь должен по гроб жизни.

Они легко и непринужденно перевернули мой мир с ног на голову, показав, что такое настоящая дружба. Что ради друзей рискуют жизнью и свободой, даже когда твой друг против. И научили ценить то, что имеешь.

Я не мог позволить себе потерять Владу. Эта девочка со своими веснушками и поразительной способностью находить приключения на нижние девяносто буквально проникла через кожу и утвердилась прямо в сердце. Так, что не выдернуть. И сам не понимал, в какой момент это произошло. Но уже смирился и принял как факт – я без нее не смогу. И сделаю для нее все и еще немного!

– Так, вещдоки ко мне в тачку, – приказал Захар, – я звоню Демидову-старшему. Дадим делу ход, потому что этот чертов мудила может и девчонкам нашим мстить начать!

– Тихо убьем, молча закопаем, – спокойно ответил Захару Рома. – Макар, а почему Леха так охотился за твоей ауди?

– Задеть меня хотел. И, возможно, чтобы самому участвовать на ней в большой гонке. Понимаешь, кайен – отличная машина. Для понтов. Для гонок она не особо подходит. Ауди легче, к тому же Тим напичкал в нее столько всего, что даже профан сможет гонку выиграть. Я на кайене в основном на профессионализме побеждал.