Майя для сурового - Ульяна Романова

Мы все еще были в душе, когда в дверь позвонили.

– Кого там принесло? – недовольно поинтересовался Богдан, отрываясь от моих губ.

– Вадика, – простонала я, ибо сама хотела продолжить поцелуй. – Ты же сам велел ему приехать.

– Это я зря, – весело покачал головой Богдан, продолжая поглаживать мои бедра.

Снова раздался звонок в дверь, а следом трель моего мобильного.

– Нетерпеливый какой, – нахмурился Суворов. Отключил воду, замотал бедра полотенцем и утопал открывать, оставляя на полу мокрые следы.

Я надела его халат, в который вполне могла завернуться полностью, сделала на голове тюрбан из полотенца и тоже пошла встречать лучшего друга.

Обалдевший Вадик стоял в прихожей со знакомой папкой в руках, медленно и очень задумчиво осматривая Богдана с ног до головы. Я и сама подвисла, залюбовавшись. Мокрые капли стекали с волос по смуглому торсу, мышцы спины плавно перекатывались в такт движениям. Я сглотнула ком в горле и постаралась погасить нарастающую тяжесть внизу живота.

– Святые ежики... Аполлон во плоти! – всплеснул руками Вадик.

– Ты из этих, что ли? – подозрительно уточнил Суворов, двумя пальцами забирая папку у Вадика.

– Нет, я из тех, – во все тридцать два улыбнулся мой лучший друг и принялся снимать обувь. – Чаем напоите или вы заняты?

– Мы заняты… Проходи, – синхронно произнесли мы с Багой и переглянулись.

Вадик скромностью не страдал никогда, поэтому преспокойно обошел стоящего Богдана по дуге, обсмотрев со всех сторон, и задиристо подмигнул. У Суворова задергался глаз, и он мгновенно ретировался в комнату – одеваться.

– То-то же, – прошипел довольный донельзя Вадик, потирая ладони.

Я тихонько прыснула от смеха, так, чтобы Бага не услышал.

Вадик очень болезненно воспринимал любые намеки на нетрадиционную ориентацию, считая, что каждый волен сам выбирать способ самовыражения. А он – просто немного эпатажный.

– А у нас котик появился, – обрадованно сообщила я. – Барон.

– Теперь у тебя два котика, – похлопал меня по плечу Вадик.

По его взгляду было ясно – друг за меня очень рад.

– Котиков много не бывает, – наставительно заметила я, жестом приглашая его в кухню.

Вадик уселся за стол, а я включила чайник и тоже решила переодеться. Натянула футболку Богдана, которая доставала мне до колен, расчесалась и вернулась в кухню. Суворов все это время напряженно изучал досье, сидя на диване.

К тому времени Вадик уже успел познакомиться с Бароном. Котенок забрался к другу на колени и громко мурлыкал, когда Вадик чесал ему за ухом, и подставлял по очереди то одно ухо, то другое. Вымытая шерсть блестела на солнце, и котенок казался идеально круглым пушистым шариком.

– Смотрю – вы подружились, – улыбнулась я, доставая из шкафа три больших кружки.

– Я нашел помещение под салон красоты, – решил Вадик сразу перейти к делу, – в центре города. Только там капитальный ремонт нужен.

– Завтра съездим, посмотрим, – пообещала я.

– Куда? – хмуро поинтересовался Богдан, повернувшись к нам.

– Не отвлекайся, – отмахнулся от него Вадик.

– Майя, что за помещение? Где? Сколько стоит? Есть ли в радиусе километра еще салоны? Под какой процент вы берете кредит? – засыпал вопросами Богдан, откладывая досье и подходя к нам. Взял свою кружку, в которую я уже налила чай, кивком поблагодарил и снова вперился в меня взглядом.

– Мы не берем кредит, – смогла я ответить только на последний вопрос. – Как ты думаешь, почему мы до сих пор живем с родителями?

– Умно, – подумав, кивнул Богдан.

Когда нам с Вадиком исполнилось по восемнадцать, и мы поступили в университеты, то родители предложили нам купить квартиры. Мы же, посоветовавшись, решили, что лучше положим эти деньги в банк под проценты и позже начнем собственное дело. Родители нехотя согласились, но поставили условие, что салон мы откроем только после окончания университета. Решив, что это справедливо, мы с другом согласились. Но без дела не сидели и по возможности пополняли счет, так что у нас накопилась очень приличная сумма, которой хватило бы на выкуп помещения, а не только на аренду.

– Завтра с вами съезжу, – подумав, решил Богдан. – Вы уже нашли пиарщиков? Рекламщиков?

– И какова цена за твои услуги? – тут же заинтересовался Вадик.

– Я со своей женщины еще денег не брал! – возмутился Богдан.

А я, кажется, покраснела. И когда Суворов сжал мою ладонь, то подняла на него взгляд, в который вложила все, что чувствовала в тот момент: счастье, любовь, благодарность.

– Пойду я, – Вадик поднялся и хитро посмотрел на нас. – Жарко тут у вас слишком. И сладко – прям приторно. Аж завидно, – он смешно сморщил нос и потрепал меня по голове.

– Завидуй молча, – посоветовал ему Богдан, тоже поднимаясь.

Мы тепло попрощались с Вадиком, договорившись встретиться утром. Когда Суворов запер за ним дверь, то возмущенно высказал:

– Одеваться не учили?

– Я одетая! – всплеснула я руками.

– Футболка на голое тело – это, по-твоему, одета, да? – надвигаясь на меня, прошипел Суворов.