Одержимость - Доминика Магницкая

Время остановилось. Мы замерли, глядя друг другу в глаза. Я вспоминала нашу первую встречу, тогда его взгляд был совершенно другим, не таким жестким и пронизывающим. Марк постоянно повторял, что я — его спасение, однако на самом деле я — его смерть. Не было ни одного сомнения в том, что вместе с собой муж потащит и меня — неважно куда, хоть в рай, хоть в ад.

Из глаз невольно выступили слезы. Я вытерла их одной рукой и отстранилась. На удивление Марк спокойно отпустил меня. Я выдохнула, тщательно обдумывая дальнейшие слова. Мне по-прежнему было больно, хотя, с другой стороны, это было неправильно, ведь теперь я точно знала, что проблема не во мне, а в Марке. Почему же все равно эта боль внутри меня так крепко ухватилась за сердце и не собирается его отпускать?

Я не выдержала напряжения и сказала:

— Ты думаешь, что любишь меня. Но даже это не так страшно по сравнению с тем, что ты искренне веришь, будто я смогу тебе ее заменить. Я никогда не смогла бы стать кем-то другим, Марк.

— Ты так любишь все анализировать, думаешь, будто прекрасно меня понимаешь, но главное — ты ошибаешься. Мне не нужно, чтобы ты была ею.

Я взбешенно прошипела:

— Хватить врать, Марк. Я видела дату на фотографии. Мы с тобой познакомились гораздо позже. К тому же…

Я запнулась, понимая, что не могу выдать себя. Если вдруг проговорюсь о пароле в его кабинете, точно не отделаюсь так легко.

Мужчина подошел ко мне, схватил за локоть и потащил к дивану:

— Сядь, поговорим спокойно.

Я закрыла глаза и устало прошептала:

— Все равно не понимаю, зачем тебе это.

— Именно. Ты ничего не знаешь, поэтому закрой рот и послушай меня.

Марк прислонился спиной к стене. Я постаралась успокоиться, вспомнила о том, что Алиса совсем недалеко и мне нужно мыслить рационально, после чего посмотрела на мужа и сказала:

— Я слушаю тебя.

— Помнишь, однажды я уже говорил тебе о том, что давно наблюдал за тобой. На самом деле я знал о твоем существовании задолго до нашей встречи.

— Сколько месяцев ты следил за мной?

Он усмехнулся и убрал руки в карманы брюк:

— Месяцев? Лин, ты и правда ничего не знаешь. Я следил за тобой восемь лет.

— Что за ерунду ты несешь? Мы познакомились, когда мне было двадцать четыре. Ты не мог знать меня с шестнадцати лет.

— Почему ты так решила?

Он приблизился ко мне, присел на корточки и взял мои ладони в свои руки:

— Впервые я увидел тебя в 2007 году. Ты тогда выступала на благотворительном вечере, меня обязали на нем присутствовать. Ты наверняка меня даже не помнишь, хотя вступительную речь говорил именно я.

Я постаралась вспомнить те времена, но в голове была полнейшая пустота. Прошло слишком много лет, я часто выступала на различных площадках, это да, но никогда не связывала Марка с этими воспоминаниями.

Муж продолжил:

— Ты была еще совсем ребенком, однако в тебе уже горел огонь, который свел меня с ума. Эти рыжие волосы, белоснежная кожа, невинный взгляд, твоя доброта. Может быть, ты думаешь, что я не мог заметить тебя среди огромного количества людей, что ты ничем не отличаешься, но я с первых минут твоего выступления больше не смог отвести от тебя взгляд. Ты была словно ангел среди грешников.

Он чему-то улыбнулся, запнулся на минуту и снова продолжил рассказ:

— Знаешь, на самом деле все пожертвования делаются из ворованных денег. Это некая акция иллюзорной доброты — все присутствующие прекрасно осознают, что будь у них нужда заплатить из своего кармана, не было бы ни копейки.

Я молчала, не решаясь нарушить его рассказ. Мне было страшно слушать дальше, однако я наконец-то могла получить хотя бы какие-то ответы.