Покажи мне звёзды - Кира Мон

За следующие дни я, наконец-то, дописываю статью про веганство, и она получается такой хорошей, что главный редактор аптекарского журнала в тот же день хвалит меня в электронном письме. Вероятно, ее одобрение возросло бы куда сильнее, знай она, как часто я отрывалась от написания статьи, чтобы подумать о Кьере.

Мне приходится почти ежечасно запрещать себе ему позвонить, чтобы выпытать, что именно он подразумевал в своей последней фразе. Что именно он считает настоящим свиданием. И чтобы отговорить его от затеи со звездами. С такой же периодичностью я пытаюсь обуздать свою фантазию, но это усилия, в которых я не очень-то преуспела. В определенный момент просто капитулирую перед фактом, что не могу удержать свои мысли, не давая им крутиться вокруг Кьера.

Кьер, Кьер, Кьер.

Я мечтаю о красивом ирландце, о котором практически ничего не знаю, при том что он, напротив, знает обо мне столько, что снова и снова находит слова, которые мне, кажется, просто необходимо услышать. И он чертовски хорошо целуется.

И приблизительно на этом месте в ходе моих мыслей мне каждый раз приходилось забрасывать работу над статьей, поскольку уточнение данных о промышленном содержании животных даже вполовину не так ускоряет мое сердцебиение, как сотое повторение в памяти нашего поцелуя в пятницу ночью.

Айрин хохочет, когда я в конце концов рассказываю ей о назначенном свидании с Кьером, однако, как я от нее, в принципе, того и ожидала, почти сразу вновь становится серьезной.

– У тебя есть план, во что все это должно вытечь?

Если бы я не лукавила, то сказала бы «нет». Это, собственно, и было причиной, по которой я не рассказала ей обо всем раньше.

– Это вообще ни во что не должно вытечь. Просто приятное разнообразие.

В эти мои слова Айрин верит так же мало, как и я сама.

– Я реально могу тебя понять, – говорит она, – но почему-то мне бы не хотелось, чтобы ты это делала.

– Почему это?

– Не знаю… я не хочу портить тебе удовольствие, но ты же знаешь, да? И мне нравится Кьер, честно… но я думаю, то, что между вами, будет сложно.

– Айрин, ты правда слишком много надумываешь. – Надо мной чистое синее небо, я сижу среди скал на своем любимом месте и смотрю на море. Когда я говорю, мое дыхание материализуется белыми облачками. – Мы всего лишь хорошо проведем вместе вечер.

– Лив, хороший вечер с Кьером… – Она вздыхает. И это учитывая, что я пока так и не рассказала ей про поцелуй. – Черт, я веду себя как твоя мать.

Айрин ни малейшего понятия не имеет, как страшно далека она от того, что обо всем этом сказала бы моя мать. «Тебя уже бесполезно спасать, Лив? И что это значит, связаться с таксистом на моторной лодке, с которым ты знакома меньше месяца? Возьми себя в руки!»

Что говорить маме, когда она позвонит мне в следующий раз, я, к слову, тоже еще не знаю.

– Ах, забудь, – вдруг заявляет Айрин и тем самым вытесняет неприятные мысли о моей матери. – Ты же и так это сделаешь. Извини, я в самом деле не знаю, почему постоянно талдычу тебе на эту тему. Ты мне нравишься, – ни с того ни с сего говорит она. – И почему-то ты производишь такое впечатление, словно тебе не нужны лишние проблемы.

– Ты тоже мне нравишься, – удивленно отвечаю я. И это правда. Мне действительно нравится Айрин, к нашим телефонным разговорам и переписке я привыкла в рекордное время по сравнению с тем, как переварила продолжительное молчание Даны, моей бывшей коллеги по работе. Просто коллеги по работе. – Приходи тоже в четверг в «Паб Брейди». Было бы классно.