Моё бесконечное падение - Ася Невеличка

— Кофе. Сережа всегда пьет кофе по утрам.

— А это?

Мари проследила за моим взглядом и посмотрела на флакончик с вязкой жидкостью. Поспешно закупорила его и сунула в карман.

— Лекарство. По рецепту врача, — она выплюнула в меня эти слова, подхватила кружку и толкнув меня плечом, ушла наверх, к отчиму.

А во мне вновь закопошились старые подозрения. Я помнила похожий флакончик, из которого Мари лечила моего папу… И я не помнила, чтобы в аптеках продавали лекарства в таких вот флаконах.

Я подошла к тому месту, где стояла мачеха, поискала удобную ёмкость и аккуратно соскребла чистым ножом пророненные Мари капли из того флакона.

Может я параноик и подло подозреваю мачеху в убийстве, но я хочу знать!

Чуть позже я проводила Кирилла в колледж, не в состоянии сдержать счастливую улыбку и давая обещание дождаться его возвращения. Дождалась, когда Мари уедет по магазинам. И только тогда осторожно постучала в спальню отчима.

На его короткое «да», толкнула дверь и тут же застыла, не в состоянии отмахнуться от галлюцинации, что я снова у кровати умирающего отца, снова буду уговаривать его съесть хотя бы ложечку супа или выпить глоток чая. Снова буду молить бога, чтобы папа выздоровел…

— Что-то случилось?

То ли под влиянием воспоминаний, то ли из-за особой внимательности, я присмотрелась к Сергею, узнавая в его осунувшемся виде, в тухнувшем взгляде, в слабости и мелкой дрожи от озноба, болезнь отца.

Прикрыла плотнее дверь и подошла к кровати. Ему действительно становилось только хуже. Испарина покрывала лоб, а когда я дотронулась до руки, почувствовала её горячесть.

— У вас температура. Сейчас я принесу воды и компресс.

Не стала слушать Сергея, привычно доставая из шкафа полотенца, готовя раствор для снятия жара, заваривая травяной чай с лимоном, всё как когда-то делала отцу. А сердце постоянно сжималось. Тогда я не могла предупредить смерть папы, но может сейчас получится? Может отца Кира я спасу?

Сергей еще не впадал в полубессознательное состояние от лихорадки, он молча наблюдал за моими приготовлениями и с благодарностью принял помощь. Тихо застонал, когда я протерла ему лицо влажной салфеткой и положила компресс на лоб.

Я сидела рядом и привычно проверяла, когда полотенце нагревалось, убирала со лба, опускала в холодный раствор, отжимала и снова пристраивала на лоб.

Лихорадочный румянец спадал и минут через пятнадцать Сергей уснул. Я в очередной раз сменила компресс и успела сбегать на кухню перекусить, по пути давая нанятой экономке указания, какие овощи и фрукты купить, а главное, что сварить отдельным меню для отчима.

— Он заболел, думаю, будет правильным перевести его на щадящее меню, — с виноватой интонацией пояснила я.

Сама знаю, сколько дополнительных трудов ляжет на ее плечи, как раньше всё лежало на моих. Но так будет правильно. Сергею надо выкарабкаться.

Когда я вернулась, он уже не спал.

— Как себя чувствуете?

— Лучше, — тихо и серьезно произнес Сергей, а потом добавил: — но странно, что стоило тебе вернуться, как я заболел.

— Вы заболели раньше, — поправила я.

— До этого была обычная простуда, легкое недомогание. Сейчас меня лихорадит, полностью лишая сил.

Я осторожно присела на край постели. Теперь мы сцепились взглядами, ведь мы оба подозревали!

— И что вы думаете? Скажите, потому что я тоже хочу кое-что вам рассказать, но мне было бы проще, если вы будете первым.

— Ты пытаешься отравить меня? Зачем?

Я вздрогнула. Почему-то я не ожидала обвинения, надеялась, что у нас одна догадка на двоих.

— Не я. Зачем мне это? Мне тоже показалось, что от вас хотят избавиться, но подумайте, кому это выгодно?

— Моей жене, — со вздохом произнес Сергей и отвернулся, сжав челюсть и играя желваками.

— Сегодня я поймала Мари за приготовлением вам кофе, и заметила, как она подлила в него несколько капель из флакончика без этикетки.

Отчим резко, насколько вообще позволяло его состояние, повернулся ко мне.

— Продолжай?

— Она сказала, что это лекарство выписал врач.

— Врач выписал мне только таблетки!

— А я забрала пролитые капли, чтобы сдать на анализ, — я показала отчиму пузырек с тем лекарством из флакона. — Только не знаю, кто может провести такие анализы.

Я прикусила губу, удерживая себя, чтобы не вывались на Сергея все, что успела надумать на Мари. В конце концов, надо сначала собрать доказательства.

— Я пил ее кофе каждое утро, — тихо протянул отчим. — И не мог вылечиться, мне становилось только хуже…

— У вас симптомы, как у моего отца, — все-таки не сдержалась я.

— Ну конечно… Ведь если Маша что-то задумает, то доведет до конца… Стерва!

Сергей закрыл глаза и замолчал. Только по напряженной шее и стиснутой челюсти, я понимала, какая борьба идет сейчас внутри него. И мне было важно в ходе этой битвы обрести союзника.

— Подай телефон, — произнес он совершенно другим тоном.

При мне позвонил врачу и подтвердил, что тот выписывал исключительно антибиотики и противовирусные, никаких жидких лекарств не назначал. Сергей даже на меня стал смотреть по-другому.

— Никому об этом не говори! Даже сыну. Поняла? — я неуверенно кивнула, хотя умолчать и не рассказать Киру будет сложно. — У нее очень тонкая интуиция, она моментально заподозрит, что раскрыта, и тогда я не уверен, что смогу защитить тебя. Слышишь?

Я кивнула, чувствуя, как холодок заползает в сердце. Ведь это Сергей пока обеспечивает мне безопасность своей гарантией отказа от управления. Но если его не станет? Андрей не такой дурак, чтобы упустить меня из своих лап. Он и сейчас просто выжидает время, это подсказывала моя интуиция.

— Я договорюсь со своим человеком, они проведут анализ того, что у тебя в банке. Но… Могу я доверять тебя?

— Конечно. Я не позволю этой гадине отравить еще и вас.

— Спасибо… Тогда прошу всю еду накладывать и приносить лично. Из ее рук я буду брать, как и раньше, только кофе. Но если она догадается, я не хочу рисковать.

— Хорошо, я поняла. И уже сказала экономке готовить вам отдельно…

— Зря. Отдельно, значит, это есть буду только я. Для ускорения отравления Маша может добавлять яд и туда. Ты ее не поймаешь.

Я охнула.

— Тогда попрошу не готовить отдельно, я сама для вас буду готовить.

Он сжал мою руку и улыбнулся. Впервые за долгие месяцы Сергей мне улыбнулся.

— Спасибо.

С этого дня мой распорядок дня изменился. Теперь я даже ночью проводила больше времени в спальне отчима, когда у него усиливалась лихорадка. Утром готовила ему завтрак, относила и поднималась на чердак спать.