Опасное влечение - Бренда Джойс

Лицо у Франчески полыхало. На ум ей пришла вчерашняя ложь.

— Я была у Конни. — Она отвела глаза. Придется в первую очередь навестить сестру и попросить Конни защитить ее, подтвердить эту ложь. Хотя убедить ее будет весьма непросто.

— Я тебе не верю. — Эван поднялся с места.

Франческа тоже встала.

— Я была у Конни, Эван. — Она облизнула пересохшие губы и добавила: — Пожалуйста.

— Как понять твое «пожалуйста»? Я должен поверить твоей лжи? — Вспыхнув от гнева, он зашагал по комнате, затем остановился перед ней. — Ты знаешь, что на днях у меня был довольно странный разговор с Монтроузом?

Франческа похолодела. Только не это!

— Он задавал неожиданные вопросы. Спрашивал, не кажется ли мне, что ты необычно себя ведешь в последнее время. Конечно, я ответил «нет», но затем стал размышлять. Хотя ты очень оригинальна, но в последнее время ведешь себя еще более странно, чем обычно.

— Это из-за колледжа, — попыталась оправдаться Франческа.

— Он поинтересовался, нет ли у тебя возлюбленного. — Эван в упор посмотрел на сестру. — Разумеется, я с уверенностью ответил отрицательно. И тогда он так странно посмотрел на меня, что я никак не могу забыть его взгляд. Проклятие, Фрэн, он мне не поверил, и почему-то он очень озабочен твоей личной жизнью!

— Это все чепуха, — твердо сказала Франческа. — Много шума из ничего. Кстати, мне пора принять ванну, одеться и ехать на занятия, пока меня не турнули из колледжа. — Она выдавила из себя улыбку. — Увидимся внизу?

Эван скрестил на груди руки, в упор смотрел на нее и даже не пошевельнулся.

— Где ты была этой ночью, Фрэн? И самое главное — с кем?

Франческа с минуту изучающе смотрела на брата, затем выпалила:

— Эван! Ты не поверишь, но я помогаю в расследовании дела Бартонов и не скажу тебе, где я была этой ночью!

Глаза у Эвана стали круглыми.

— Что? — воскликнул он.

— Это правда.

— Да ты с ума сошла!

— Нет, вовсе нет. Пожалуйста, Эван, не будем больше об этом.

Он покачал головой:

— Не знаю, можно ли этому верить… Брэгг никогда не примет твоей помощи.

— Моя помощь неофициальна, разумеется, и он об этом не знает.

— Не знаю, верить тебе или нет, но если ты участвуешь в розыске, то это объясняет твое поведение. Я знаю, насколько ты увлекающаяся натура, Фрэн, поэтому я с большой озабоченностью ждал, когда ты встретишь свою любовь, — добавил он.

— Я не встретила любовь, — прошептала она, представив себе Брэгга за письменным столом в полицейском управлении. Эта картина слишком взбудоражила ее, и она постаралась ее отбросить.

— Я не знаю, чему верить, — продолжил Эван, — но в любом случае я советую тебе остановиться. Разве мало того, что ты тайком посещаешь колледж, а, Фрэн? Сколько может все это продолжаться?

— До свидания, Эван, — решительно сказала Франческа. — Я буду одеваться.

И, не дожидаясь ухода брата, вошла в ванную, заперев за собой дверь.

Уроки закончились. В обычный день Франческа отправилась бы в библиотеку позаниматься и сделать домашние задания. Но этот день был необычным.

Она располагает важными сведениями и обязана поделиться ими с полицией.

Когда нанятый ею кеб остановился у входа в полицейское управление, она задумалась, найдет ли комиссара в его кабинете.

Позже придется навестить Элизу, чтобы попытаться ее утешить. Хорошо, что отпала необходимость посетить Кон-ни и уговорить сестру подтвердить ее ложь, будто она навещала ее накануне. Сейчас она как раз собиралась рассказать Брэггу о том, где она была вчера вечером.

Расплатившись с извозчиком, Франческа поднялась по ступенькам. На улице было много прохожих, и один из них помахал ей рукой. Франческа узнала в нем репортера Кер-ланда.

Она быстро отвернулась, притворившись, что не заметила его, и юркнула в дверь. За письменным столом дежурил незнакомый ей сержант, на скамейке сидел мужчина в наручниках под охраной двоих полисменов.

Франческа подошла к дежурному.

— Что вам угодно, мисс? — спросил тот.

— Она к комиссару, — вмешался проходивший мимо офицер. — Он у себя. Поднимайтесь, мисс Кахилл.

Франческа вспыхнула от удовольствия. Этот офицер дежурил в прошлый раз и умудрился запомнить ее. Поднимаясь по лестнице, Франческа услышала голос сержанта:

— Кто такая?

— Это дочь Эндрю Кахилла, она в дружбе с комиссаром. Думаю, у нее к нему какое-то дело.

Франческа мысленно улыбнулась. У нее действительно было дело к комиссару.

Дверь в кабинет Брэгга была открыта. Он стоял у окна в рубашке с короткими рукавами и смотрел на улицу. Его стол был завален бумагами и папками, сверху лежали газеты.

Франческа вспомнила, как он держал Элизу в объятиях, но тут же рассердилась на себя. Да о чем она, в конце концов, думает?

— Мисс Кахилл!

Франческа поняла, что он увидел ее в окно. Поздоровавшись, она заметила на его лице загадочную улыбку.

Она не нашла в себе сил улыбнуться ему в ответ. Похоже, он был рад ее видеть, да и Франческа почувствовала непонятную радость. Он жестом указал на видавший виды стул, и тут она отметила, что он давно не брился, а темные круги под глазами стали еще больше. От этого сердце у нее сжалось. Не следует ему винить себя в том, что полиция не в состоянии отыскать Джонни Бартона. Чувство вины — весьма тяжкое бремя.

— Надеюсь, я не помешала. — Она уселась на стул, пытаясь собраться с мыслями. Придется рассказать Брэггу всю правду о прошлой ночи. Франческа знала, что между ними тут же начнется перепалка, но надеялась, что схватка будет короткой и она не проиграет.

Брэгг снова ей улыбнулся:

— Я рад вашему визиту. — При этом его глаза оставались печальными.

Ну и пусть он был любовником Элизы, сердито подумала Франческа. Он приятный и добрый, и он переживает за дело Бартонов.

— Брэгг, вы нашли что-нибудь? — спросила она.

— Нашли ли мы тело? Нет. И пока мы его не найдем, я отказываюсь верить в то, что мальчик мертв.

Франческа кивнула.

— Полиция осмотрела кладбища?

— Конечно, — подтвердил он.

— Хейнрич видел последние улики — пижаму, записку? Вы подозреваете, кто так легко может проникнуть в дом?

Брэгг на мгновение широко раскрыл глаза, затем покачал головой.

— Франческа, вполне возможно, что мы напали на след убийцы. Я больше не могу делиться с вами информацией — для вашего же блага. К тому же, — поколебавшись, добавил он, — если мальчик жив, будет лучше, если расследованием займутся профессионалы.