Веселый господин Роберт - Виктория Холт

– Какие могут быть новости, пока Эми жива? Глаза Мэри выражали тревогу.

– Но, Роберт, Эми будет жить. Она так молода.

– Да, да, – нетерпеливо проговорил он, – похоже что так. Но… поскольку я женат на ней и поскольку ходят слухи обо мне и королеве, многие настроены против меня. Я хочу исправить это положение и хочу, чтобы ты мне в этом помогла.

– Ты так много сделал для всех нас. Нет ничего, что мы не сделали бы для тебя, Роберт.

– Моя дорогая Мэри, верь, я всегда буду твоим очень добрым братом. Сейчас мы с королевой придумали такой план: эрцгерцог Карл жаждет жениться на ней; и хотя она вовсе не желает выходить за него замуж…

– Потому что жаждет стать женой совсем другого мужчины, – перебила его Мэри с любящей улыбкой.

Он кивнул.

– Мы с ней хотим, чтобы все считали, будто она доброжелательно смотрит на этот союз, который, как ты знаешь, доставил бы большое удовольствие католическим пэрам. Я хочу, чтобы ты нашла возможность сказать испанскому послу, будто королева намекнула мне, что если бы она увидела эрцгерцога Карла и он понравился бы ей, то она, возможно, вышла бы него замуж.

– Роберт, это означает…

– Это означает только одно. Я хочу положить конец слухам, которые ни к чему хорошему нас не приведут. Хочу, чтобы двор и страна считали, что королева обсуждает со мной свои брачные планы. Поскольку брак между нами невозможен, мы решили, что будет разумно, если она выберет эрцгерцога.

– Я сделаю это, Роберт, и, разумеется, я понимаю, что ты имеешь в виду.

После разговора Мэри с испанским послом среди католических пэров воцарилось большое оживление; Норфолк, в частности, пришел в восторг. Кто, спрашивали пэры друг друга, знает намерения королевы лучше, чем Дадли? Королева слишком мудрая женщина, а Роберт Дадли достаточно разумный мужчина, чтобы поверить, будто они могут пожениться. Роберту для этого пришлось бы развестись с женой, а народ относится с неодобрением к подобным действиям.

До Эми тем временем тоже дошли слухи, касающиеся ее мужа и королевы. Утаить их от нее было невозможно, потому что о Роберте в стране говорили больше всего.

Вначале она гордилась мужем, ибо слышала о его подвигах при дворе: как в Гринвиче он обыграл всех остальных; как королева выделяла его, одарила землями и почестями.

Потом начала понимать причину королевских милостей.

– Значит, – сказала Эми Пинто, – все это потому, что она влюблена в него! О, Пинто, какая пугающая мысль! Королева влюблена в моего мужа!

Пинто мрачно заметила:

– И она, и вы не единственные, кто готов делать из себя дурочек ради его лордства.

– Ты не должна его так ненавидеть, Пинто. Тебе следует попытаться понять его.

– Какие у меня могут поводы любить его, когда он делает вас такой несчастной?

– Ты выглядишь как-то странно, когда я говорю о нем. Как ты думаешь, он попытается развестись со мной?

– Меня это ничуть не удивило бы.

– Я никогда не дам ему уйти. Как я могу? Как я смогу жить, если не буду больше женой Роберта?

– Вы были бы гораздо счастливее, если бы не были его женой, госпожа.

– Но я предпочитаю его короткие приезды, чем совсем никаких.

– Маленькая госпожа, вы так глупы!

– Нет, Пинто. Я люблю его. Вот и все. Но вероятно, любовь делает из нас глупцов, и ты права, когда говоришь, что я глупа. Я только знаю, что должна такой и оставаться, потому люблю его сейчас, когда он больше не интересуется мной, так же, как любила его в первые дни после нашей свадьбы.

– Значит, ума у вас не много.

– Разве у тех, кто любит, он есть?

– Наверное, нет.

– Я хотела бы, чтобы он приехал сюда, чтобы я могла спросить у пего, что на самом деле означают эти слухи. Я бы спросила его: женился бы он на королеве, если бы меня больше не было?

Пинто была в бешенстве. Она ненавидела разговоры о Роберте, Эми это знала. И все же с кем еще могла она говорить о нем так, как ей хотелось?

– Мы теперь очень богаты, Пинто, – сказала Эми. – У меня должен был бы быть великолепный дворец. Я спрошу Роберта, почему у меня его нет. Во время сезона мы могли бы приглашать к себе знать. Разве не этим должна заниматься жена человека, занимающего такое положение, как Роберт?

– Еще ни один человек никогда не был в его положении, – ответила Пинто.

– Я не останусь здесь, в доме моего отца, – решила Эми. – Хочу немного попутешествовать. А почему бы и нет? Давай поедем послезавтра в Денчуорт. Хайды будут рады принять меня.

– Все были бы рады принять жену лорда Роберта, – заметила Пинто.

– Разумеется, рады. Понимаешь, Пинто, почему я никогда не откажусь от него? Я никогда не дам согласия на развод. А ты смогла бы, Пинто? Ты смогла бы?

– Как я могу сказать? Откуда я знаю?

– Ага! Ты хотела бы развода. Ты была бы только рада. Но ведь ты его не любишь. Ты не знаешь, как отличается он от всех остальных.

– Давайте поедем к Хайдам, госпожа. Перемена пойдет вам па пользу.

Пинто сидела и шила новое платье для своей госпожи, готовясь к поездке в Денчуорт.

Она думала о гонце, который приехал к ним три дня назад. Он привез от Роберта деньги и подарки для Эми. Пинто слегка побаивалась подарков Роберта. Она насторожилась.

Этот гонец был не похож на предыдущих. У него были вежливые манеры, он мягко улыбался, стараясь понравиться домашним, и в особенности горничной Эми. Должно быть, он недавно поступил на службу к Роберту, потому что Пинто никогда раньше его не видела.

Улучив момент, она выглянула из окна и увидела, как этот самый гонец бродит по саду. Под воздействием минуты Пинто отложила работу и спустилась вниз. Но не пошла к нему, а сделала так, чтобы он ее заметил и сам подошел к ней, как она и предполагала, потому что по его манере поняла, что он надеется что-то узнать у нее.

Они вместе направились в розовый сад.

– Я думаю, вы тут очень хорошо устроились у леди Дадли, госпожа Пинто, – сказал гонец.

– Действительно, очень хорошо.

– Совершенно очевидно, что ее светлость очень вас любит.

– Я с ней уже давно.

– Не сомневаюсь, вам известны все ее тайны. Она очень красивая молодая леди. Должно быть, многие восхищаются ей.

«Неужели он хочет заставить меня выдать какую-нибудь тайну? – гадала Пинто. – Неужели надеется обнаружить нечто, что позволит лорду Роберту избавиться от жены?»

Она ответила:

– Я не знаю никого, кто восхищался бы миледи. Единственное, что я знаю, это то, что она не испытывает восхищения ни перед одним мужчиной, кроме своего господина.