Кентаврида - Алексей Божков

– Что тебе ещё надо?

– Ты стал очень красивым, самым красивым среди кентавров, – попробовала польстить ему Руна.

Джолин уставился на неё, как на полоумную:

– Красивым?! Вы превратили меня в животное! Мерзкое животное, с мерзким запахом, с отвратительным телом!

– Нет же! Ты прекрасен!

Кентавр захохотал, дико, до слёз.

– Ты не понимаешь, это не мы сделали, это такое природное явление… – девушка пыталась прорваться к сознанию чёрного кентавра.

Он отвернулся от неё, блестящие волосы взвились вокруг его головы тёмным ореолом.

– Джолин, я понимаю, ты рисковал жизнью ради меня… Ты хотел меня спасти, только меня не надо было спасать… – торопилась рассказать Руна, забегая сбоку.

– Да при чём здесь ты?! Как я вас всех ненавижу!.. – Джолин заковылял вверх по горному лугу. – Как я вас ненавижу!..

– Подожди! Я же люблю тебя! – растерянно прокричала ему вслед Руна.

Но не примиренный с самим собой чёрный кентавр зло отмахнулся от неё.

– Ты не сможешь жить один! – забежала вперёд него девушка. – Пойми, это очень важно, то, что я тебе сейчас скажу…

Джолин не дал ей закончить, он своими сильными руками оттолкнул Руну так, что она покатилась вниз по склону и на какое-то время потеряла сознание. Когда девушка пришла в себя, Джолина рядом не было, его след вёл в сторону леса на вершине трёхзубой скалы. Руна обессилено заплакала, с трудом поднялась и стала спускаться к поселению. Она с ужасом думала о том, что только что едва не предала кентавров, не нарушила своего слова, и о том, насколько трудно будет ей говорить с Джолином при следующей встрече. Он не любил её… Руна хотела успокоиться, но слёзы снова и снова прорывались на волю и текли по её щекам. Джолин не любил её!!!

Кентавр Лаур скакал ей навстречу по тропе, его золотые волосы отблёскивали на солнце. Он помахал девушке рукой, на бегу наклонился и сорвал голубой цветок цикория. Приблизившись, озабоченно спросил:

– Что случилось? У тебя вид увядшей незабудки…

Руна зарыдала и прижалась к другу. Верному другу.

– Это Джолин обидел тебя?

Руна почувствовала, как напряглось тело золотоволосого кентавра, и испуганно отстранилась, вытирая заплаканное лицо:

– Нет, ничего, я просто оступилась и упала. Просто оступилась…

– Руна, пойми, Джолин ещё не готов принять правду. Сейчас он настолько озлоблен против нас, что может совершить любую глупость. Дай ему побыть одному. Ему надо привыкнуть к себе, к новому миру. И многое понять…

– Но я так хочу помочь ему! – Руна почти кричала.

– Я понимаю. Но пока это бесполезно. Сейчас он не осознаёт, кто ему друг, а кто враг.

– Для него даже сама жизнь – враг… – на тропе стоял Мозер, на его спине боком сидела жена.

Руна покачнулась от слов старого кентавра. Она вдруг отчётливо представила дорогу к пропасти у трёхзубой скалы и фигуру спотыкающегося чёрного кентавра.

– Стой… Не надо… – едва прошевелила она обескровленными губами.

Таурина подалась вперёд, спросила встревожено:

– Что? Что ты видишь? Отвечай!

– Он… – Руна никак не могла собрать остатки своих сил. – Он идёт к пропасти…

– Ну же! К какой?! – Таурина не отпускала сознание девушки в провал обморока.

– У трёхзубой скалы… Там…

Лаур подхватил падающую девушку, осторожно устроил её у себя на спине.

Обеспокоенная Таурина прокричала мужу:

– Там нет преобразователя! Он идёт к скале гибели!

– Держись, – сурово приказал Мозер Таурине. Обернулся к Лауру:

– Скорее наверх! Надо остановить его!

Кентавры прыжками помчались к вершине, придерживая руками своих подруг. Они неслись, теряя дыхание, напрягая все силы. Руна рывками приходила в сознание, шептала то ли наяву, то ли в бреду:

– Подожди… Джолин…

Срывая собственное сердце, Лаур только крепче прижимал её к своей взмокшей спине, чувствуя, что если остановится, то упадёт в обессиливающих рыданиях. Как ни сдерживался, ни пытался отвлечься, ни напрягал силы, на глазах всё равно блестели слёзы несправедливой обиды.

На вершине скалы, над пропастью стоял чёрный кентавр и заглядывал в бездонный провал, пробитый в скалах горной рекой. Бешеной рекой. Он обернулся на тяжёлый топот измученных кентавров. Шагнул в сторону провала.

– Остановись! – гулкий голос Хозяина Мозера легко достал до него. – Нам надо поговорить…

Женщины осторожно спустились со спин кентавров. Лаур вытер мокрое лицо, сделал несколько шагов в сторону чёрного полуконя.

Руна умоляюще протянула руки к мрачному Джолину:

– Подожди…

– Животные! Как я вас ненавижу!!! – закричал Джолин и сделал последний шаг.

Лаур кинулся к нему и успел схватить за вскинутую руку. Светлого кентавра тяжестью висящего над пропастью тела потащило вниз. Он едва сумел зацепиться за острый камень, грузно упал, обдирая о камни светлую шкуру. Мозер бросился ему на помощь, прижал своим корпусом, наклонился, пытаясь перехватить руку Джолина. Тот поднял на них чёрные обезумевшие глаза:

– Ненавижу… – и толкнулся копытами от отвесной скалы.

Когда Джолин боком ударился о стену пропасти, Лаур закричал от боли в сломанной руке и не смог удержать его. Таурина схватила в объятия Руну, бросившуюся вслед за падающим телом чёрного кентавра. Все четверо видели, как тот упал в бурлящие воды Бешеной реки и исчез, навсегда став частью этого замкнутого мира кентавров.

– Почему?! Почему вы не сказали ему правду?! – кричала на тяжело дышащих кентавров Руна.

Мозер встал с колен, нежно положил бугристую от мускулов руку на её голову, попытался погладить, как ребёнка:

– Ты и сама заешь ответ… Иногда понять, что такое человек, можно только перестав им быть. Но только человек имеет право быть человеком.

Светлый Лаур, с закушенной губой, бледный, придерживая неправильно изогнутую руку, встал и приблизился к девушке:

– Прости меня, Ру…

– Я тоже хочу умереть, – жалко пролепетала Руна.

– Нет, девушка, – Таурина ласково обнимала её. – Не надо себя обманывать. Ты только начала жить по-настоящему. И впереди у тебя и у нас – долгая и счастливая жизнь. Разве ты не видишь её, Предсказательница?