Дай мне шанс - Дженнифер Доусон

– И никаких вопросов?

– Никаких. – Он обнял ее, и они вместе сделали шаг к кровати.

– А если мне не понравится то, что ты делаешь?

– Скажешь, что именно тебе не нравится.

– Ты не обидишься?

– Нет, нисколько. Более того, я настаиваю, чтобы ты сказала, если что-то тебе не понравится.

– И ты остановишься?

Он пожал плечами.

– Ну… это будет зависеть…

– От чего? – Она насторожилась.

Митч склонился к ее уху и тихо сказал:

– От того, действительно ли тебе не понравится – или ты просто разнервничаешься.

Она замерла на мгновение:

– Но как ты определишь?..

– Очень просто. – Он коснулся пальцем ее нижней губы. – Тело редко лжет. Почти никогда.

Мадди нахмурилась. Неужели это правда? Но почему же ее тело постоянно ей лгало? Или не лгало?

Перехватив его пристальный взгляд, она тихо спросила:

– Я тебя не раздражаю?

– Нет, разумеется, – ответил он просто, спокойно и честно.

– Но почему? Ведь я сама себя раздражаю!

– А меня – нет. И я хочу, чтобы ты была в себе уверена. – Он пригладил ее волосы. – Кроме того… Все вроде бы как правильно, не так ли?

Она нахмурилась и пробурчала:

– Но я не хочу быть правильной.

– А жаль. – Митч поцеловал ее в щеку. – Ты очень милая, хорошая и правильная.

– Но если это так… Я не хочу этого!

– А чего ты хочешь? – Он взглянул на нее с искренним любопытством.

Мадди густо покраснела. Ох, она его доняла!

– Так чего же ты хочешь? Скажи…

– Ну… хочу быть страстной и жаркой, – пробормотала Мадди в смущении.

– Жаркой и страстной – одновременно? – спросил он с веселой улыбкой.

– Ну да… А разве не так должно быть? Да, конечно, я не такая утонченная, как твои…

– Поверь, принцесса, тех холодных и утонченных женщин, что были у меня когда-то, мне хватит на всю оставшуюся жизнь.

Она взглянула на него с удивлением и захлопала ресницами. А он зацепился пальцем за ее шорты и прошептал:

– Поверь, принцесса, я еще ни одну женщину не хотел так сильно, как хочу тебя.

Мадди с трудом сглотнула – в горле у нее внезапно пересохло.

– Ты хочешь… меня?

– С той самой секунды, как ты вошла в мой бар.

– Я?.. Когда вошла? – Она еще больше смутилась. – А что, если я не смогу?.. Ну, ты знаешь… – Она залилась краской.

– Не сможешь кончить? – Он широко улыбнулся.

Мадди кивнула и потупилась.

– Что ж, тогда я в следующий раз буду стараться больше, вот и все. – Митч снова расплылся в улыбке.

– А ты не расстроишься?

Он весело рассмеялся.

– Нет, нисколько. Хотя, возможно, скончаюсь от героических усилий.

Мадди тоже рассмеялась.

– Болван!

– Ну вот… – Митч изобразил огорчение. – Так всегда получается, когда задают вопросы с подвохом.

И тут Мадди вдруг почувствовала, что тревога покидает ее. Снова рассмеявшись, она сказала:

– Ну тогда ладно.

– Уверена?

– Да, абсолютно. – В следующее мгновение Мадди вдруг поняла, что уже стоит у самой кровати. – Эй, как это у тебя получилось?! – воскликнула она с веселым удивлением.

– Я довольно ловкий, – ответил Митч с ухмылкой.

– Ты точно знал, что я не откажусь?

– Принцесса, если бы ты собиралась отказаться, давно бы так и сказала. – Митч приподнял ее и бросил на матрас, после чего улегся с ней рядом. И выглядел он при этом грозным хищником, подобравшимся к своей жертве.

– Ты очень… плохой, – задыхаясь от возбуждения, пробормотала Мадди.

Он ухватил ее за щиколотки.

– Да, верно! И не забывай этого!

О боже! Ее соски превратились в твердые бусинки, и она попыталась откатиться, но Митч тотчас же придавил ее к матрасу. С улыбкой взглянув на ее груди, он пробормотал:

– Вот видишь? Тело не лжет.

Судорожно сглотнув, Мадди пробормотала:

– Да-да, плохой, плохой, к тому же…

– А я думал, тебе нравится, когда я бываю немного плохим, – перебил Митч. И снова улыбнулся..

У Мадди перехватило дыхание. Откуда он мог это знать? «А может, я такая порочная?» – подумала она со вздохом.

И тут он поцеловал ее, тем самым избавив от всех тревог.

Губы Мадди тотчас же приоткрылись, и Митч воспользовался этим – теперь его поцелуй стал яростным и исступленным; наконец-то он не сдерживал себя!

Мадди восхитительно извивалась под ним, сводя его с ума, а он целовал ее с восторгом собственника – целовал, увлекая и ее, и себя в то сладострастное бездумное забытье, которого оба жаждали.

О, он знал, что так будет! В отличие от нее, он никогда в этом не сомневался.

Тут Митч наконец-то прервал поцелуй и укусил ее в шею. И Мадди снова стала метаться. Она извивалась и стонала, пытаясь высвободиться, но он, улыбнувшись, прошептал ей на ухо:

– Я буду ласкать тебя, пока не закричишь. А потом начну трахать, так, что будешь чувствовать меня и много дней после этого.

Мадди охнула и пробормотала:

– Но я… я не могу…

Но Митч оказался прав – тело и на сей раз предало ее. Она выгнулась, соски напряглись под его рукой, а дыхание стало еще более прерывистым.

– Нет, можешь, – ответил он. И снова накрыл губами ее губы, сводившие его с ума с того самого момента, как она вошла в его бар.

Жар его губ кружил голову, когда он спускал бретельку ее топа, обнажая очаровательные груди. И теперь Мадди уже не попыталась освободиться. Он принялся теребить ее соски, легонько сдавливая их и пощипывая, и из горла Мадди то и дело вырывались хриплые и сладостные стоны.

– О, Митч… – прошептала она с мольбой в голосе.

Он со стоном содрогнулся, изнемогая от желания. И теперь он точно знал, что сделает все возможное – только бы погрузиться в нее, только бы овладеть ею страстно и неистово. Но пока что он не мог этого сделать. Пока не мог, потому что… Сначала он должен был развеять все ее тревоги.

Проклятье, что он делает, чего ждет?!

Мадди по-прежнему извивалась под ним, и Митч услышал очередной ее сладострастный стон – такой прекрасный и такой чарующий, что у него снова закружилась голова.

А Мадди все стонала и стонала – своими поцелуями и ласками он дарил ей всю ту ошеломляющую страсть, которой она давно жаждала. Внезапно он сильно сжал ее сосок, но вместо боли ее обожгло желанием, и из горла Мадди вырвался хриплый крик.