Дарю тебе сердце - Нэн Райан

Сидя в своей спальне в вызывающе открытой рубашке, Кэтлин волновалась, как школьница перед первым свиданием, и молилась, чтобы Хантер поскорее поднялся и оценил ее смелость. Устав сидеть на месте, она встала и заходила по комнате. Потом подошла к двери и чуть-чуть приоткрыла ее, чтобы услышать, когда Хантер будет подниматься по лестнице. Ждать пришлось недолго. Вскоре Кэтлин услышала, как Хантер поднялся на первую ступеньку лестницы и сказал засидевшимся игрокам:

– Джентльмены, оставайтесь, сколько хотите, еды и питья хватит до утра, а я пойду спать. Всем спокойной ночи.

Было слышно, как он поднимается по лестнице. Кэтлин приоткрыла дверь чуть шире и, затаив дыхание, стала ждать. «Хорошо бы он сам заглянул ко мне», – думала Кэтлин. Но он прошел мимо ее двери, даже не повернув головы.

– Хантер, – шепотом позвала Кэтлин, выглянув в коридор.

Он остановился и медленно вернулся на несколько шагов.

– В чем дело, Кэтлин?

– Может, зайдешь на минутку? Не можем же мы разговаривать, пока я в спальне, а ты в коридоре, – нас услышат гости.

– Прости, Кэтлин, но я не могу. Мне нужно поговорить со Скотти.

– Со Скотти? Дорогой, но он давно спит.

– В таком случае мне придется его разбудить, – спокойно сказал Хантер.

– Но зачем в такой час?

– Мне необходимо с ним поговорить, вот зачем. Что тебе нужно?

– Давай сделаем так: ты пойдешь к Скотту, поговоришь с ним, а потом вернешься ко мне.

Хантер посмотрел на жену в соблазнительном одеянии из золотистого атласа. Ее вид немедленно пробудил у него эротические мысли, но Хантер поборол себя и твердо возразил:

– Нет, Кэтлин, я не вернусь. Я пойду к себе и лягу спать. Спокойной ночи.

Не дожидаясь ее возражений, он повернулся и пошел по коридору.

Кэтлин беспомощно смотрела ему вслед, потом закрыла дверь спальни и прислонилась к ней спиной. От обиды и унижения у нее на глазах выступили слезы. Он равнодушно отверг ее, когда было совершенно ясно, чего она хочет! Подавленная, Кэтлин побрела к кровати и взяла с подушки хрупкую коробочку, обернутую в золотую бумагу, – ее подарок Хантеру. Она собиралась подарить его, когда они останутся наедине. Прижимая к груди подарок, Кэтлин упала на кровать и расплакалась, не заботясь о том, что слезы испортят красивую обертку.

Хантер на цыпочках вошел в детскую. Скотти крепко спал, раскинув руки над головой, одна нога, как обычно, свисала с кровати. В одной руке он держал флаг. Хантер улыбнулся и пододвинул к кровати стул.

– Скотт, Скотти, – шепотом позвал он.

Мальчик что-то промычал во сне. Хантер вынул у него из руки флаг и сказал громче:

– Скотт, это папа. Проснись, сынок.

– Папа? – Скотт открыл глаза и сел. – Что случилось?

– Ничего серьезного, дорогой. Просто я не успел сказать тебе спокойной ночи.

– Спокойной ночи, папочка. Я люблю тебя. – Скотт обнял отца за шею, потом снова лег.

– Я тебя тоже люблю, Скотти. Дорогой, я хотел с тобой кое о чем поговорить, можно?

– Конечно, папа.

– Помнишь, ты говорил, что утром вы ходили в негритянский квартал?

– Да, мы ходили втроем: мистер Джексон, Джонни и я.

– И что ты там видел?

– Там продавали черномазых.

Хантер вздохнул, но улыбнулся сыну.

– Дорогой, эти люди – негры, никогда не называй их черномазыми. И ты прав, их действительно продают. Но это неправильно. Я не хочу, чтобы ты снова туда ходил. Пообещай, что этого больше не будет.

Озадаченный Скотт недоуменно воззрился на отца.

– Обещаю, папа.

– Вот и хорошо, Скотти. Запомни, человек не должен быть собственностью другого человека. Понимаешь? Тебе бы ведь не понравилось, если бы ты или я кому-то принадлежали?

– Нет, папа, это было бы ужасно.

Хантер улыбнулся:

– Ты прав, сынок, и я тебе обещаю, что мы никогда не будем никому принадлежать. А сейчас закрывай глазки и спи. Я люблю тебя.

Хантер склонился над кроваткой и поцеловал сына в смуглый лоб.

– Папочка, – прошептал Скотт, – я хочу быть как ты. – Мальчик повернулся на бок и почти мгновенно заснул.