Страсть - П. Ф. Козак

Рассказывая, я не забывал наполнять наши бокалы.

— Теперь твоя очередь рассказывать.

Пэш некоторое время не решалась начать. Она снова пригубила вино. Не отрывая взгляда от своего бокала, как будто в нем она видело то, что с ней происходило тогда, она поведала мне свою историю.

— Мой отец ставил пьесу. Во время репетиций я жутко влюбилась в одного из актеров. Думаю, ему было около двадцати пяти. Мне было восемнадцать.

Однажды вечером он попросил меня остаться, чтобы порепетировать с ним несколько отрывков, после того как все разошлись. Я поверить не могла, что он попросил меня об этом. Несколько раз я играла небольшие роли, когда у отца не было подходящих кандидатур, поэтому знала, что смогу помочь ему в этом. Когда я сказала отцу, что он хочет прорепетировать со мной, отец сказал лишь, что этот актер может рассчитывать на любую помощь, какая ему понадобится. И я осталась.

Мало-помалу все разошлись, и мы остались одни. Было видно, что именно этого он и хотел, потому что тут же начал флиртовать со мной. Он сказал, что заметил, как я на него смотрела, и спросил, что я о нем думаю. Я несколько сбивчиво ответила, что мне нравится его игра. Он подошел ко мне и поцеловал, затем сказал: «Я знаю, что ты хочешь большего. Я видел, как ты смотрела на меня». Он снова поцеловал меня и начал меня лапать. Я не остановила его. Он предложил мне пойти в гримерную. Он поцеловал меня еще несколько раз, а потом его действия стали более настойчивыми. Он взял мою руку и положил ее на свой возбужденный член. Я стала ласкать его так, как, мне казалось, он того хотел. Он не переставал целовать меня и мять мою грудь. Когда он залез ко мне под юбку и потянул мои трусики вниз, я позволила ему это сделать. Он стянул их с меня. Затем он расстегнул штаны. Мне он действительно очень нравился, поэтому, когда я поняла, что он хочет дойти до конца, я дала согласие.

— Ты сказала ему, что ты девственница?

— Иван, я должна была это сделать. Ведь он все равно узнал бы об этом. Он сказал, что это не страшно и что он знает, что делать. У него в бумажнике был презерватив, и он надел его. Затем он бросил несколько костюмов на пол, и мы приступили.

— Тебе было больно?

— Немного. Но он не мог похвастаться размерами своего члена, в отличие от тебя. Поэтому я быстро приспособилась.

— Тебе понравилось?

— Если честно, я не помню, понравилось ли мне это. Все произошло быстро и закончилось раньше, чем я смогла привыкнуть к новым ощущениям. Я помню, что мне понравились предварительные ласки, но сам по себе акт не оставил особых впечатлений, кроме того, что этот факт имел место.

— Он стал твоим любовником?

— Нет. Я никогда больше не занималась с ним этим. Пьеса уже шла в театре, а я уехала учиться в Кембридж. Я даже ничего не знаю о его дальнейшей судьбе.

— А теперь нет ли у тебя желания еще раз пережить это, но так, чтобы этот опыт тебе запомнился, не говоря уже о том, чтобы он принес тебе удовольствие?

Я придвинулся ближе, взял ее за руку и начал целовать пальцы, а затем ладонь.

— Разве тебе не хотелось бы, чтобы на его месте был я?

Я посмотрела на Ивана и растворилась в своих чувствах. Как я могла ответить «нет» на то, что он только что предположил?

— Да, Иван, я хотела бы, чтобы это был ты.

— Это возможно, Пэш. Сегодня ночью это возможно.

Он положил руку мне на шею, притянул меня к себе и поцеловал в лоб.

— Позволь мне показать тебе, как это сделать.

— Ты говоришь мне, что нужно делать, каждый раз, когда мы вместе.

— Ты хочешь, чтобы я показал тебе то, что знаю?

Волны его фантазии подхватили и закружили меня.

— Да, Иван, я очень хочу, чтобы ты показал мне. Что я должна делать?

— Просто расслабься, я обещаю, тебе понравится. Я позабочусь об этом.

Он продолжал целовать меня, мои веки, губы, шею, плечи.

— Просто расслабься, я буду говорить, что нужно делать.

Его голос стал монотонным, как на сеансе гипноза, он убаюкивал меня. Я просто безвольно сидела. Все мое напряжение испарилось, оставив лишь предвкушение удовольствия. Он мягко уложил меня на диван.

— Вот так, просто расслабься и наслаждайся.

Ему не пришлось повторять это дважды. Я закрыла глаза и повернулась к нему. Не заботясь о том, что он может подумать обо мне, я спросила:

— Расскажи мне о своих фантазиях, я хочу знать.

— Я всегда хотел овладеть совершенно невинным существом и помочь этой девушке раскрыть загадки, которыми полна наша жизнь.

Он начал массировать мою грудь сквозь платье.

— Я часто представлял себя гувернером молодой девушки, открывающим ей все удовольствия, которые только может испытать ее тело. Я придумывал самые разнообразные ситуации, когда бы это могло произойти.

Его голос продолжал гипнотизировать меня, одновременно Иван пощипывал мои соски.

— Как-то раз она приходит домой, ужасно расстроенная неудачным свиданием, и я иду к ней в комнату, чтобы утешить ее. А как-то я случайно застаю ее в ванной. Когда я осознаю, что она превратилась в прекрасную молодую женщину, я иду за ней в ее комнату.

Его слова превращались в моем воображении в настоящий фильм; каждую из этих ситуаций я представляла как нельзя более живо. Все это время он не переставал ласкать меня.

— Одной из моих любимых фантазий я отдаюсь, когда чувствую особенно сильное возбуждение. Я застаю ее в недвусмысленной ситуации с неким молодым человеком. Ее непристойное поведение одновременно злит и возбуждает меня. Конечно, я должен наказать ее за потерю самоконтроля, я должен отшлепать ее по голой попке, и это тут же становится наглядным примером того, что может сделать с мужчиной такое непристойное поведение девушки. Пока она еще не выпрямилась после порки, я вхожу в нее сзади.

Когда я представила себе последнюю сцену, мое сердце забилось с сумасшедшей скоростью.

Я почувствовала, что Иван соскользнул с дивана на пол, теперь он стоял на коленях возле меня. Я не открывала глаз.

— Сегодня, страсть моя, ты и есть та молодая девушка, которую я видел в своих мечтах одинокими ночами.

Я ощутила его руку на бедре, она ползла под платьем все выше и выше.

— Просто расслабься и лежи спокойно. Я буду ласкать тебя, тебе будет очень хорошо.

Мое тело изнемогало от желания.

Я посмотрел на Пэш, лежащую передо мной с закрытыми глазами. Она тяжело дышала. Я легонько погладил ее сквозь трусики, и она застонала.

— Так хорошо?

— Очень хорошо, — пробормотала она в ответ.

Я погладил снова, на этот раз нажав немного сильнее. Она захныкала и потерлась о мою руку. Я повторил движение несколько раз. Затем я остановился и убрал руку из-под юбки. Она открыла глаза, чтобы узнать, почему я это сделал. Я расстегнул пуговицы на своей рубашке.