Верность любви - Лора Бекитт

Всадники подоспели очень скоро. Неизвестной женщинам народности, невысокие, коренастые, с бесстрастными смуглыми лицами и узким разрезом глаз. Небольшие юркие лошадки были под стать людям.

Воины спешились и, невзирая на крики и сопротивление дам, вытащили их из-под повозки. Луиза гордо вскинула голову, готовая встретить новый удар судьбы. Она успела подхватить Урсулу, которая почти потеряла сознание, и стояла посреди дороги, поддерживая дочь, высокая и прямая, с растрепавшимися волосами, презрительно и твердо сжатыми губами.

Неизвестные всадники обыскали повозку. Что-то забрали, что-то бросили на землю. С женщинами обошлись не грубо, но довольно бесцеремонно. Луиза что-то говорила, но они не обращали на нее никакого внимания и быстро переговаривались на своем языке. Урсула впала в оцепенение и не вышла из него даже тогда, когда один из мужчин посадил ее в седло впереди себя, а второй жестами велел Луизе сесть на другого коня.

Дорога была непроглядна, и всадники двигались по ней, как тени. Тишину нарушал стук копыт, позвякивание уздечек да поскрипывание сбруи. По обе стороны дороги тянулись непроходимые джунгли; казалось, протяни руку — и коснешься гибких стеблей и взмывавших ввысь стволов огромных деревьев. Иногда чудилось, что они вот-вот сомкнутся и задушат, поглотят тех, кто осмелился вторгнуться в безмолвное царство девственной природы.

Урсула ничего не видела, она смотрела на мир остекленевшим взглядом, но Луиза успела заметить валявшиеся на дороге тела людей в красных мундирах. Значит, здесь произошла стычка с британцами. По всей вероятности, то была внезапная встреча, которая оказалась роковой для английских солдат.

А какая встреча предстоит им, двум измученным, брошенным, перепуганным женщинам?

1755 год, крепость Киледар, Индия

Наступило утро. Мир был торжественно прекрасен: утопающие в зелени деревьев высокие, гордые и нерушимые белые дворцы золотились в солнечном свете.

Жизнь в прохладе тенистых садов, где в каналах журчит чистая, свежая вода, жизнь за толстыми глухими стенами напоминала Анри затянувшийся отпуск. Иногда ему казалось, будто время остановилось; пожалуй, он не удивился бы, если бы узнал, что вне крепости оно течет по-другому, и там, снаружи, прошла уже не одна сотня лет!

Неторопливое спокойствие утра нарушил неурочный приход Викрама. Он спешил и с порога обратился к Анри:

— У меня срочное дело. Вчера мусульманские воины перестарались; случайно столкнулись с англичанами, перестреляли всех и сгоряча захватили в плен двух женщин. Судя по одежде, женщины принадлежат к верхам вашего общества. Прошу, поговорите с ними, объясните, что им не причинят вреда. Они очень напуганы. Раджа Бхарат еще не решил, что делать с пленницами. Возможно, он захочет использовать женщин в качестве заложниц или обменять на наших пленных. В любом случае им сохранят жизнь.

Анри поднялся с дивана и поправил одежду. Пусть не соотечественницы, англичанки — он был рад увидеть европейские лица и поговорить с теми, с кем когда-то стоял на одной ступени невидимой лестницы.

— Где они?

— Мы отвели им комнату и оставили там под охраной.

Анри усмехнулся.

— Думаете, убегут?

Он вошел в обставленную в восточном стиле, довольно уютную комнату. Одна из женщин сразу поднялась навстречу, а вторая…

«Невозможно вернуть, невозможно забыть…» Было время, когда Анри часто повторял эту фразу. Он стоял и смотрел, не в силах поверить, постичь, понять.

Внезапно ему почудилось, будто в пространстве сместились какие-то плоскости, перевернулись, наехали друг на друга и стоит сделать всего лишь шаг, чтобы очутиться на другом конце земли или переместиться во времени.

Заплаканное лицо в обрамлении растрепавшихся темно-каштановых волос, чуть припухшие губы и глядящие с мольбой глаза, которые он некогда столь сильно любил! Анри был ошеломлен и не сразу узнал во второй женщине Луизу Гранден. Он был готов умереть от изумления или поверить в то, что внезапно сошел с ума.

Когда Урсула сообразила, кто перед ней, ее взор прояснился и в нем запылал огонь. Лицо ожило, по щекам разлился жаркий румянец. Молодая женщина пожалела, что у нее нет при себе зеркала и она не знает, как выглядит.

Анри… Его облик был полон благородства и мужественности. Лицо покрывал красивый ровный загар, отчего ореховые глаза казались еще живее; они ярко блестели, и в них было удивление, сочувствие и… радость. Урсуле захотелось что есть силы прижаться к нему, погладить его русые волосы, поцеловать… Образ индианки промелькнул в ее памяти и растаял, исчез. Урсула не могла представить эту девушку рядом с Анри. Он попросту развлекался с дикаркой и, наверное, давно забыл.

Урсула была готова простить его. Но простит ли он?

— Здравствуйте, Анри.

Эту фразу произнесла Луиза. Она мигом оценила ситуацию, и если смутилась, то лишь на мгновение.

— Здравствуйте, — медленно произнес он, продолжая завороженно смотреть на женщин. — Откуда и почему вы здесь?

— Долго рассказывать, — произнесла Луиза, завладевая разговором. — Нас захватили по дороге в Калькутту и привезли сюда. Нам нужна помощь.

— Вам не причинят вреда, — сказал Анри и повернулся к Викраму, который стоял на пороге и молча смотрел на них. — Эти дамы не англичанки, они француженки. По-видимому, произошла ошибка. Их надо отпустить.

— Это будет решать раджа. Скажите, что их не тронут.

— Я сказал.

— Тогда нам нужно идти.

Анри пристально посмотрел на него.

— Могу ли я побеседовать с ними с глазу на глаз?

— Не сейчас. Согласно условленному времени вы должны пойти к радже.

— Что ж, тогда позже. Могу я замолвить за них слово перед раджей?

Викрам покачал головой.

— Не стоит. Раджа Бхарат весьма щепетилен в таких вопросах. Он не любит, когда люди лезут не в свое дело.

Анри не стал возражать, коротко поклонился Луизе и Урсуле и вышел за дверь. Содержание его беседы с суровым индийцем осталось для женщин тайной, и они не знали, что подумать. Луиза, поджав губы, сосредоточенно размышляла. Урсула, всего лишь минуту назад пребывавшая в полном отчаянии, казалось, воспарила на вершины блаженства.

Едва дверь закрылась, она бросилась к матери.

— О, мама! Бог услышал мои молитвы и послал мне встречу с Анри! Он наверняка придет, и мы сможем поговорить. — На ее лице появилась мечтательная улыбка. — Надеюсь, ты оставишь нас наедине?

— Оставлю, — сказала Луиза, — и ты должна убедить его помочь нам выбраться отсюда.

— Разумеется, Анри поможет! Судя по всему, он тут со всеми знаком и его ценят.

— Не знаю, не уверена. Возможно, он такой же пленник, как и мы.

Урсула думала о своем.