Наследник для хозяина стаи - Эми Мун

ужасно боялась причинить боль. И все-таки заставила себя действовать. Срезав узел, начала разматывать повязку и не смогла сдержать удивленного вздоха. Потому что раны выглядели уже гораздо лучше! Часть из них затянулась, другая покрылась толстой коркой. Потрясающая регенерация!

— Я польщён… — с усмешкой отозвался альфа.

Аврора снова ойкнула. Она сказала это вслух?! Как стыдно… Но Сабуров не собирался прекращать ее мучения.

— И смущаешься ты тоже очень мило. Твои глаза темнеют, а щечки становятся розовыми. Мне нравится.

О луна! Дай сил пережить эту сладостную пытку! И не умереть от восторга.

— Вы меня отвлекаете, — пробормотала, отчаянно пытаясь придать голосу прохладный тон.

Но ее жалкие потуги были встречены хитрым взглядом через плечо.

— Мы просто разговариваем, Авр-р-рора.

Нет, это не разговор, а сама настоящая словесная прелюдия! Было гораздо проще, когда альфа отыгрывал сволочь. Ну, может, не совсем сволочь… Сколько ни старалась, Аврора не могла припомнить откровенных издевательств. Да, иногда он пугал и вел себя грубо. Но все равно гораздо мягче, чем мог бы.

А теперь и вовсе общался с ней как с равной. Это так увлекало... Аврора зло прикусила губу. Ну что ж она за тряпка такая?! Стоило мужчине приласкать — и она уже готова растечься у его ног. Нет, лучше сменить тему и не играть с огнём.

— Сейчас нужно будет потерпеть, — предупредила альфу, прежде чем потянуть бинт.

Бурые лоскуты отстали, обнажая уже не страшные раны. Сабуров даже не вздрогнул. Аврора быстро обработала поврежденную кожу и снова взялась бинтовать.

— Ещё немного, и я закончу. Не туго?

И тут же прикусила язык. Зачем спросила? Но альфа тут же откликнулся:

— Все хорошо.

Ох, почему у нее ощущение, что говорит он совсем не о повязке?

Аврора поспешила закрепить бинт.

— Теперь готово…

И хотела отодвинуться, но Сабуров перехватил ее запястье.

— Не так быстро, Аврора. Накормила, полечила, теперь время развлечь.

Дурное омежье “я” завизжало от восторга. Да-да-да! Она развлечет! Она согласна! Начнет со стриптиза или...

— Шахматы, господин Сабуров? — спросила, глядя в желтые глаза зверя.

Альфа обнажил клыки.

— Это было бы неплохо. Но сначала — прогулка. Тебе нужно подышать свежим воздухом.

Черт! Она и правда хотела пройтись. Но гулять вместе с Сабуровым? Это что-то за гранью.

Аврора уже хотела возразить, что альфе не следовало бы компрометировать себя обществом низшей, но под пристальным взглядом склонила голову.

— Как скажете, господин Сабуров

— Тогда собирайся. У тебя десять минут.

Уф… А вот эти командирские замашки даже успокаивают. Похоже, она все-таки мазохистка. И, подхватив поднос с испачканными бинтами, Аврора поспешила прочь из комнаты.

* * *

Давид

Девочка исчезла — только дверь хлопнула. Давид хмыкнул. Ну, пусть побегает. Это очень забавно — наблюдать как Аврора пытается удержать его на расстоянии. И в то же время неосознанно ищет общения.

А про Вивьен он обязательно узнает. Но пока не станет афишировать. Ситуация складывалась интересная.

Давид слышал о Зиминском. Этот альфа жил обособленно, его стая среднего размера, но имеет репутацию элитной. В ней только отборные самцы и такие же самки. А еще этот оборотень купил двух омег. Поочерёдно, и все-таки. Нужны немалые деньги, чтобы позволить себе такое. Кажется, первая девица покончила с собой… Давид встал и зачем-то посмотрел на дверь, за которой скрылась Аврора.

Он бы не хотел довести девочку до черты. Ее робкая улыбка лучше гримасы отвращения.

Зверь шевельнулся, согласный с его мыслями. Не только улыбка, но и стоны удовольствия. Очень скоро Давид намеревался услышать их снова. Как только спина заживет. А пока надо позвонить Беркутову. Пусть приглядит за стаей.

И начнет собирать инфу про Зиминского. А впрочем, нет. Этим Давид решил заняться сам. Лишний шорох ни к чему. И Давид набрал своего зама.

Беркутов ответил сразу, будто ждал звонка.

— Рад слышать вас, альфа. Мы все обеспокоены вчерашним инцидентом. И ждем вас обратно.

Давид мысленно чертыхнулся.

— Значит, подождете. Я в Северном логове.

— Понял, — откликнулся бета.

Но как бы ни старался показать свое равнодушие к этой новости, а флер раздражения никуда не делся. Беркутов презирал омег. И это разозлило.

— Вот и отлично, — прорычал Давид в ответ. — Недельку присмотришь за стаей.

— Неделю?! Но, альфа…

— Закрой пасть.

Бета послушно заткнулся. Но Давид слышал тихое рычание и скрип зубов. Беркутов кипел от ярости. Да и плевать. Давид собирался отдохнуть так, как хотел.

— Если будут какие-то проблемы — в первую очередь спрошу с тебя, — добавил тихо.

И отключился.

Вот и замечательно. А теперь — прогулка с Авророй, шахматы и горячий вечер, плавно переходящий в ночь. Он и так чертовски долго этого ждал.

* * *

Инесса

— Ну что? Ты узнал?!

Но, заметив сожаление в глазах беты, Инесса выругалась. Не приедет! Снова завис у этой шлюхи, а законная жена должна ждать у порога, как собачонка!

Ну уж нет!

Инесса встала и подошла вплотную к бете. Оборотень напрягся. А в воздухе отчетливо потянуло вождением. Этот самец готов услужить не только в рамках своих полномочий.

То, что нужно!

Инесса дразняще облизнула губы.

— Мне нужно кое-куда съездить... И без твоей помощи не обойтись.

Чиркнула коготком по литым мышцам груди.

Оборотень рвано выдохнул.

— Я должен сообщить альфе, госпожа.

Вот тряпка! Но Инесса лишь шире растянула губы в улыбке.

— Но зачем? Я поеду к родителям, в этом нет ничего такого. Сам видишь, — обвела рукой комнату, — меня забыли. Муж отдал предпочтение какой-то шлюхе!

Беркутов низко зарычал. Он тоже терпеть не мог эту дистрофичную сучку, что по недоразумению способна дать стае наследника.

— Помоги мне! — Инесса молитвенно приложила руки к груди. — Боюсь, если сейчас позвонить мужу, то он заставит меня остаться дома. А сам будет развлекаться со шлюхой, позабыв о всем. И о стае тоже!

Беркутов сильнее нахмурил брови. Инесса чувствовала его сомнения. Впрочем, недолгие.

— Я помогу вам, госпожа. Собирайтесь.

Инесса расплылась в улыбке. И побежала скорее менять наряд. К отцу надо заявиться скромной и обиженной. С последним проблем не было — Инессу всю трясло от несправедливости. Она должна придумать, как наказать брюхатую сучку. Срочно!

И, хвала луне, на этот отец встал на ее сторону! Всю дорогу Инесса опасалась родительского гнева и готовилась терпеть упреки, но, выслушав ее, Царев грохнул кулаком по столу.

— Ублюдок! — зарычал, сверкая пожелтевшими глазами. — Весь в папашу! Тот тоже был повернутый. Омегу любил!

И отец витиевато выругался. А Инесса сидела ни жива ни мертва. Любил? Нет-нет, ей совсем не нужно, чтобы Сабуров влюбился. А иначе…

— Не трясись, — покривился Царев. —