Лавина любви - Ава Хоуп

– Снежана, пожалуйста, скажи мне, что происходит, – чуть мягче прошу я.

– Я не… Я не готова, – пищит она.

– К чему?

– К тому, для чего ты меня сюда привез.

Вскидываю брови.

– Посмотри на меня, – выдыхаю я, но Снежана продолжает прятать лицо руками. – Пожалуйста.

Мягко касаюсь ее запястья и отвожу руку в сторону. Когда наши взгляды встречаются, то в ее я вижу страх.

– Ты думаешь, я привез тебя сюда, чтобы переспать с тобой?

Снежана кивает.

Твою ж мать.

Устало выдыхаю.

– Снежана, мне тридцать шесть лет. Я в состоянии контролировать член и свои потребности. Я не подросток, который думает лишь о сексе. Не буду отрицать своего влечения к тебе. Ты сексуальная. А я мужчина. Но это совершенно не означает, что я буду распускать руки. Даже если бы ты была не против близости, я бы все равно не стал спать с тобой, пока не буду точно уверен, что на «Лавине любви» останемся лишь мы. Так что успокойся, пожалуйста. Я не знаю, чего ты там себе напридумывала, но я ни разу не позволял себе лишнего.

Она с облегчением выдыхает.

– Прости, – шепчет она.

– Хотелось бы сказать, что тебе не за что передо мной извиняться, но, вообще-то, есть за что: ты сделала из меня какого-то сутенера.

Снежана смеется.

– Раздевайся уже, пока вся насквозь не промокла. И проходи в спальню. Здесь одна кровать, поэтому я посплю на диване.

– Это… необязательно, – шепчет она, глядя мне в глаза.

– Я знаю. Но я все же посплю здесь. Переодевайся.

Она благодарно смотрит на меня, а затем снимает верхнюю одежду и следует в спальню, пока я прохожу к камину. Беру с кресла предусмотрительно подготовленные шерстяные носки и с благодарностью надеваю их, чтобы согреться, ведь за два часа, которые у Романа были для подготовки свидания, домик еще не успел прогреться полностью. Затем открываю бутылку красного вина и разливаю по бокалам.

Снежана появляется в дверях в атласной пижаме с кружевными шортами, и член явно одобряет этот наряд. Тоже мне, модный критик…

– В домике восемнадцать градусов, а ты практически голая, – наклонив голову, сообщаю очевидное.

– Я не предполагала, что мы приедем… В такую глушь.

Улыбаюсь.

– И что мне с тобой делать?

Она тяжело сглатывает, и я усмехаюсь.

– Иди ко мне. Придется согреть тебя.

Медленным шагом Снежана направляется ко мне. Ее фарфоровая кожа уже покрылась мурашками от холода. Когда она садится рядом со мной на диван, я тут же укутываю ее пледом, а затем тянусь к носкам на кресле, чтобы надеть на нее. Неторопливо касаюсь пальцами ее нежной кожи на голени, и с ее губ срывается короткий вздох.

Дразняще медленно поднимаюсь подушечками пальцев выше, чтобы надеть носок. Повторяю то же самое со вторым носком, после чего протягиваю Снежане бокал вина и прижимаю к себе. Когда ее макушка удобно устраивается у меня на груди, я откидываюсь головой назад и выдыхаю.

Как же мне сейчас хорошо. Еще бы не стояк у меня в штанах, было бы еще лучше.

Делаю глоток вина, наслаждаясь шумом поленьев, тлеющих в камине, и провожу пальцами по полосочке кожи между шортами и топом Снежаны. Она не возражает, но ее тело все же немного напрягается. Понимаю, что могу ее спугнуть, поэтому все же убираю ладонь и осознаю, что был прав, когда с ее губ срывается очередной облегченный выдох.

– Как там София? – тихо интересуется Снежана.

– На протяжении ближайших нескольких дней доктор продолжит осматривать раны.

– Мне очень жаль.

– Я знаю.

– Я правда не хотела.

– Я знаю, – повторяю вновь.

– Когда она вернется на виллу, я сразу же извинюсь.

– И это я знаю, красавица. Не думай сегодня об этом, ладно?

– Ладно, – шепчет.

– Хочешь, посмотрим кино?

– Здесь ведь нет телевизора.

– Зато есть проектор. А окна закрываются специальными шторками. Смотри.

Беру пульт, лежащий на подлокотнике, и закрываю окна, а затем нажимаю кнопку включения проектора.

– Вау. Здесь так… чудесно.

– Тебе нравится?

– Да, – выдыхает она.

– Ты больше… не боишься? – Облизываю губы.

– Нет. Не думаю.

– Хорошо. Спасибо, что приняла мое приглашение на свидание.

– А что, можно было не принимать? – фыркает она, приподнимаясь с моей груди. Я улыбаюсь. – Ты… Всех девушек повезешь на такие свидания?

Тянусь ладонью к ее лицу и провожу большим пальцем по пухлой нежной губе, а затем касаюсь шеи и зарываюсь в распущенные волосы.

– Это ведь шоу. У меня нет другого выбора. Но ты должна знать, что если вдруг все вокруг заметет и нам придется остаться здесь на неопределенное время, то я не буду пытаться спастись.

Теперь улыбается она.

Я придвигаюсь ближе и касаюсь ее губ своими. Твою мать, как хочется углубить поцелуй, но я не позволяю себе большего и отстраняюсь. Все это ради члена. Не хочу, чтобы он впал в депрессию из-за ложных надежд.

– Но с другими девушками я не собираюсь оставаться вдвоем на целые сутки без камер.

– Почему я? – вдруг шепчет она.

– А разве можно объяснить, почему тебе нравится другой человек?

– Мне просто кажется, что я не нравлюсь тебе. И это просто… похоть.

– Думаешь, стоит нам переспать и у меня пропадет интерес?

Снежана отводит взгляд.

– Почему ты так думаешь?

– У меня было подобное в прошлом… Когда меня использовали.

– Ты в курсе моих намерений, и я не собираюсь от них отказываться. Да, мы мало друг о друге знаем. Но я хочу тебя узнать. Именно поэтому ты сейчас здесь. И кстати, тебя ждут пять вопросов, красавица.

Она коротко смеется.

– Хорошо, что мы играем не в «правда или действие», а то если бы ты спросил, умею ли я читать рэп, а потом еще и попросил продемонстрировать, то нам бы пришлось вызывать тебе скорую из-за приступа истерического смеха.

Я фыркаю.

– Все так плохо?

– Очень плохо, – качает головой она, и я начинаю хохотать.

– А после бутылки вина?

– После бутылки вина в дело вступает Дима Билан.

Улыбаюсь.

– Я не знаю, кто это.

– Тебе должно быть стыдно.

Я снова смеюсь.

– Мне очень стыдно.

Она утыкается лбом мне в плечо и беззвучно смеется.

– Лжец!

Улыбка расползается по моему лицу.

– Ладно. У меня осталось четыре вопроса.

– Дерзай.

– Ты когда-нибудь любила?

– Думала, что да.

– Того придурка, что тебя использовал?

– На самом деле он не придурок. Грамотно использовать кого-то в собственных целях может только умный человек. Но да, это были мои единственные серьезные отношения.

– Как давно они закончились?

– Правда хочешь потратить вопрос на это?

– Да, – пожимаю плечами.

– Несколько месяцев назад. Разрыв