Развод. Последняя измена - Айрин Лакс

— Ты про мозгоправов? Психологов? Кир советовал, ага… Но мне теперь его советы до фени.

— Вот сейчас стоп, Виталя. Кирилл только свои цели преследует и печется лишь о своей выгоде. Не вздумай идти к тем, кого он тебе посоветует! — цепляюсь изо всех сил в запястье Витали. — Слышишь? Не смей! Поклянись!

Глава 40

Инесса

— Мась, все хорошо. Хорошо, слышишь? — Виталя гладит осторожно меня по руке. — То есть нехорошо совсем, но теперь я это чувствую и осознаю. Впервые за много лет я что-то чувствую. Вне трека сносит крышу. Это похлеще гонок. Сложнее, — добавляет задумчиво.

— Главное, не доверяй Киру слепо.

— Уже нет, — качает головой. — Ты всегда его терпеть не могла, — молчит, спрашивая. — А сейчас?

— Сейчас, тем более, — решаю признаться.

Рассказываю Витале все, что узнала. Его лицо мрачнеет, он вздыхает.

— Не ново. В целом. Ты просто светлый человечек, в шоке от этой грязи, да? Я говорил тебе про Фила, но ты слушать меня не хотела. Мась, я виноват, знаю. Даже когда все пошло по наклонной, я не говорил всего. Хотел сохранить перед тобой хоть какое-то более-менее приличное лицо. Не вышло, да… Надо было рубить правду? Не боясь последствий? Тогда тебя бы не закрутили эти грязные интриги, сплетни, слухи… Это все моя вина. Мне и разгребать надо, не тебе, мась.

— Меня пугает Кирилл, — признаюсь. — Он так уверенно сказал, мол, эта последняя гонка Головина. Вспоминаю, и мурашки по коже…

— Не бойся.

— Как не бояться? А вдруг он подстроит что-то? — цепляюсь за пальцы Виталия. — Вдруг сделает пакость?! Что тогда?! Вит, будь осторожен!

— Я осторожен, честно.

— Вдвойне осторожен. Боже, я… Не знаю! Не пей ничего, не ешь рядом с Кириллом, ничего не подписывай, опираясь на доверие!

Сама не замечаю, как начинаю требовать так, словно имею на это право.

— Тише. Иди ко мне, — снова обнимает. — Я же счастливчик, Ин. Я побывал на том свете не для того, чтобы стать мальчиком для битья.

— Кир — хитрый и опасный. Он много говорит, путает, поступает в своих интересах. Я не хочу в этом болоте барахтаться.

— А чувства? — интересуется осторожно.

— Какие чувства? Вит, не смеши. Тебе паршиво, что мы расстались, а ведь ты меня не любил даже, а я… Пустая изнутри. И все эти разборки вызывают лишь чувство тошноты.

— Что за чушь, ты не пустая, Ин. Ты чего, мась? Если кто и не пустой, то только ты из моего окружения. Только ты! — повторяет жарко.

Виталик крепко держит мою руку между своими ладонями.

— Давай не будет говорить о том, что и так развалено. О себе расскажи. О планах. Ты говорила, что улетаешь… — голос Витали спотыкается на этих словах, но, пересилив себя, он продолжает расспрашивать обо мне.

Я рассказываю коротко, в самых общих чертах, прекрасно помня, что подобные темы неинтересны Виталику, но он расспрашивает, переспрашивает, слушает с интересом, смотрит на меня постоянно, трогает взглядом губы, ловит взгляды. Немного неуклюже шутит… Я увлекаюсь рассказом незаметно для себя.

— Наверное, я тебя совсем заболтала. Оторвала от тренировки и…

— Все хорошо, мась.

— Перестанешь так меня называть?

— Не знаю, — признается честно. — Нельзя?

— Просто мы не вместе. Как-то странно и неловко, ты не находишь?

— Только если у тебя кто-то есть.

— У меня прививка против мужчин на всю оставшуюся жизнь. Спасибо окружению за это. Вит… Будь осторожен с Кириллом. Предельно осторожен. Я напоследок виделась с Ларисой. У меня создалось впечатление, что он сам грамотно всех развел, как ему выгодно. Честно говоря, я уже запуталась, кто и кому врет, но одно знаю точно: нельзя верить Кириллу. Слышишь?! Нельзя! Не подписывай там с ним ничего, не знаю еще, что… Не пей с ним…

Я повторяюсь. Да, повторяюсь, но страх за жизнь Виталия не отпускает.

— Все хорошо, мась. Под контролем, правда. Я даже юриста присмотрел и договорился о сотрудничестве, чтобы тот вел мои дела. Не юрист с конторы Кирилла. У тебя как с этим дела обстоят? Нужна консультация?

— Только если он занимается международными договорами, — добавляю я и вдруг тушуюсь, ведь Вит и сам сотрудничает не только с отечественными компаниями. — Наверное, он очень занят.

— Ин, все нормально. Я договорюсь, встретитесь. Идет?

— Да, спасибо.

— Ин… — Виталя встает, но задерживается и тянет мои руки на себя. — Мы будем общаться?

— Как… кто, Виталь?

— Я никому, кроме тебя, не доверяю. Ты — моя родная, близкая. Любимая, — добавляет. — Хоть ты и не хочешь слышать.

— Просто береги себя.

— И ты — тоже.

— Виталь, это не просто слова, Кирилл себе на уме! — неосознанно крепче сжимаю его пальцы.

— Все будет хорошо, Инесса. Отвечаю. Не переживай, Кирилл себе на уме, а у него на уме только одно — выгода. Он себя за задницу лучше укусит, чем потеряет выгоду. По итогам года у него должен выйти хороший гонорар, если все пройдет гладко. Я понимаю, что ты пытаешься мне сказать. Но намеренно он мне вредить не станет. Понимаешь? Моя жизнь в безопасности, а все остальное приложится.

— Что ты несешь? — вырвав руку, я начала рвать салфетку на мелкие части. — Эти твои гонки и безопасность — по разные стороны! Терпеть их не могу! Никогда не любила…

Вит тихо смеется, пытается скрыть это, но у него не выходит.

— Тебе смешно? На кону стоит так много, а ты веселишься… — возмущаюсь.

— Ты за меня переживаешь по-настоящему. Поэтому смеюсь. От радости, что ли?

Давно не слышала, как Вит смеется, улыбаюсь в ответ.

Мы не возлюбленные, но и не враги. Не друзья… Кто мы друг другу?

— Теперь давай о том, как ты будешь себя вести, — опускает улыбку Виталя.

— Я?!

— Ты. И я в том числе. Морозиться от Кирилла я не стану. У него нюх, как у хищника, если вдруг резко изменю поведение. Но я — это я, у меня обязательства, контракты. Я буду спокоен и рад знать, что ты в безопасности. Тебе лучше уехать немедленно.

— Что ты задумал? — спрашиваю со страхом.

— Ничего особенного, — безмятежно отвечает Виталий, и я понимаю: что именно сейчас он… врет.

Он что-то задумал!

— Не стоит рисковать ради мести собой, Виталя.

По глазам вижу, не согласен. Категорически!

— Виталя, я не знаю, что ты задумал, но у тебя такой взгляд. Ты даже меня провести не можешь. Не говоря о Кире.

— Мась, я и не пытаюсь тебя обмануть сейчас. Ни к чему хорошему это не привело, знаешь же.

— Прошу, не пытайся с ним тягаться. Сделай хоть