Девочка сталкера. Часть 2 - Инна Стужева

— Темного лорда нет, Акбар, — повторяет вампир. — Сейчас самый подходящий момент, чтобы забрать ее силы себе.

И снова обращается ко мне.

— Подойти ко мне, девочка.

Витторио применяет глас, но я выставляю защитный барьер и потому не сдвигаюсь со своего места ни на сантиметр.

Мужчины снова переглядываются, а я начинаю уставать от этого представления.

— Не пытайтесь воздействовать на меня гласом, не получится, — объявляю во всеуслышание. — Также как не стоит и склонять меня на свою сторону силой. Лучшее, что вы можете сделать, это, как я уже вам сказала, оставить меня в покое. Больше повторять не буду.

— Ты совершаешь ошибку, Ульяна, — говорит Сафрон и в его голосе мне чудится грусть, — также как в свое время ее совершила твоя мать, когда отказалась сотрудничать с Советом. Мало того, она пыталась нам помешать. Она, с помощью своей силы, остановила одну из грандиозных войн человечества, которую мы тщательно спланировали и воплощали в действительность. Она поплатилась за свой отказ, ты сама знаешь, как. Нам пришлось ее убить, а все ее силы забрать себе.

— Вам?

Я замираю на месте, мне кажется, что я ослышалась.

— Ее же убил Валентин, — шепчу я, — я сама видела.

— Да, ты видела, как Валентин держит ее за горло. Это все, что ты могла видеть. Но в тот момент в том помещении они были не одни. Мы все, за исключением разве что Кристиана, стояли у нее за спиной. Вот в этом самом зале. Мы все хотели, чтобы она умерла. Предательница. А когда она испустила дух, мы забрали всю ее силу себе.

Я смотрю на Сафрона, и не могу поверить услышанному.

— Мой сын был категорически против, поэтому мы были вынуждены убить и его. Вот так, дорогая Ульяна, я и лишился своего любимого сына. Никто так не предан общему делу, как я. Я скучаю по Матиасу каждый день. И я оказался на самом деле счастлив, когда узнал о твоем существовании. О том, что у меня есть кровная внучка.

Сафрон шумно выдыхает.

— Так что, Ульяна, я призываю тебя к благоразумию еще раз. Не повторяй ошибок своей матери и своего отца. Не иди против Совета.

— Я бы могла убить сейчас всех вас, — цежу я, обводя взглядом присутствующих. — Думаю, это было бы справедливо. Но я не стану этого делать. Однако если вы встанете на моем пути и не прекратите уничтожать людей, то клянусь, я это сделаю.

Пространство слева от меня взрывает рваным смехом.

Вампир Витторио.

Он смеется громко и с удовольствием, запрокинув голову назад. Но этого ему становится мало, и он начинает звонко хлопать в ладоши.

— Какая пламенная речь. Браво, браво, — издевательски тянет он.

Но тут же смех его обрывается. Также резко, как и начался.

— Валентин убил твою мать, а я убью тебя.

Секунда, и обескровленное лицо вампира уже в сантиметре от моего лица. Не думала, что они могут двигаться настолько молниеносно. Но вот смог, а его ледяные пальцы уже смыкаются на моей шее.

В прошлое время я бы обмерла от ужаса. Я бы тут же начала паниковать, а потом попыталась бы вырваться.

Но после ритуала, в котором я чудом не погибла, все изменилось.

Я спокойна и просто констатирую факт, что самое время выпускать на волю своего внутреннего демона. Он итак долго ждет.

Я закрываю глаза, расслабляюсь и позволяю своему телу и своей силе все решить за меня.

— Ааааа, — слышу бьющий по барабанным перепонкам то ли визг, то ли вой.

Распахиваю глаза и наблюдаю за тем, как вампир корчится от боли у моих ног, схватившись за тот обрубок, что раньше именовался его рукой. Теперь же это лишь обугленный остаток.

Все присутствующие не мигая наблюдают за этой картиной.

— Кто-нибудь еще хочет попытаться? — интересуюсь я.

— Может быть вы, сэр…

— Грейхем, — подсказывает мужчина и я киваю.

— Не думаю, — отвечает он, — прочистив горло. — Темный лорд не простит нашему клану, если я буду причастен к убийству его пары.

— Темного лорда больше неееет, — ноет с пола Витторио, и я легким движением руки подпаляю его мантию.

Чтобы не смел больше произносить это.

Вампир заходится в новом визге.

— Может быть вы, сэр Акбар, — следую глазами дальше по кругу, — или ты Кристиан?

Оба отрицательно мотают головами. Дракон так вообще пялится на меня во все глаза. Я знаю, что его так поражает. Мой демонический взгляд, в котором бушует пламя. Гораздо более сильное, чем у него самого. Точно так, заворожено-настороженно смотрела на меня семья Демида, пока я находилась у них в гостиной. Теперь я понимаю, почему.

— Что ж, — произношу я, — если все наши вопросы решены, то я, пожалуй, отправлюсь домой. Ах да…

И я перевожу взгляд на Сафрона.

— Поскольку теперь я знаю то, что знаю, для вас, дорогой дед, я могу сделать исключение и все же убить вас. Смерть за смерть, кажется так? Это было бы справедливо.

Сафрон силится что-то сказать, но у него не получается.

— Но я, так и быть, оставлю эту идею, если вы пообещаете, что будете использовать свои магические способности на созидание, а не на разрушение. Я проверю. И в случае, если это будет не так…

Сафрон продолжает молчать.

Я ищу глазами выход из зала, разворачиваюсь и начинаю идти к нему.

— Маленькая наглая сучка, — раздается в спину, и я чувствую, как на меня, словно цунами, накатывает сильнейшая взрывная волна.

Я разворачиваюсь и быстро ставлю высокий огненный барьер. Волна замирает, готовая накрыть меня с головой, но уже в следующий момент меняет направление и со всей мощи обрушивается на источник своего возникновения, на Сафрона. Тот валится на пол без чувств.

Он жив, но я не знаю, как скоро он придет в себя.

Я продолжаю свой путь к выходу, и никто из присутствующих больше не пытается меня остановить.

Глава 22

Я покидаю зал и начинаю уверенно шагать по длинному темному коридору. Когда коридор разветвляется, я заворачиваю налево, потом направо и дальше поднимаюсь по ступеням наверх. Определяю, где выход, неким внутренним, появившемся у меня чутьем.

Толкаю тяжелую кованную дверь, выхожу на воздух и осматриваюсь по сторонам.

Оказывается, все происходило в старинном поместье, точнее впечатляющего размера замке, сложенном из серого камня.

Интересно, как далеко расположено это место от города?

Или я, может, переняла у Демида еще и способность к перемещениям?

Почему-то такая мысль не приходила мне в голову раньше. Но сейчас