(не) Случайная для мажора - Лана Серова

Как бы я ни сопротивлялась и не корчила недовольную мину, в платье я влюбилась сразу. Представляю, сколько оно стоит! Это ведь ЦУМ, я раньше сюда только с Викой ходила, за компанию. А уж что-то купить не могла себе позволить. И хотя мне было неудобно принимать такой подарок от Игоря, глубоко запрятанный во мне шопоголик ликовал от удовольствия.

Я вышла из примерочной, снова облачившись в джинсы и толстовку, направилась к кассе. И по мере приближения к ней, мой шаг начал замедляться. Не поняла…

Гронский стоял около стойки администратора в окружении кучи фирменных пакетов. Он сосредоточенно уткнулся в свой смартфон, что-то быстро в нем печатая. На его лбу пролегла продольная складка.

Но не это ввело меня в состояние ступора. Маловероятно, что он купил что-то для себя любимого. Это же женский магазин! Вряд ли он темными ночами примеряет женские шмотки.

– Игорь…

Подхожу я к парню, не зная, как начать разговор. Не буду же я уточнять, для меня ли все это. Если нет, будет просто фиаско… вдруг это совпадение. В конце концов, у Гронского есть сестра.

– Готова? – поднимает свой взгляд на меня Игорь, придирчиво осматривая с головы до ног.

– Это… что? – прощупываю я почву, кивком указывая на пакеты.

Из одного торчит кусочек знакомой ткани. Погодите… это же одна из юбок, что я мерила!

– А? – Игорь переводит взгляд на пакеты у его ног. – Это? Твой новый гардероб, Оливка.

– В смысле? Это что, все мне?

– Ну а кому ж еще? Или, думаешь, просто так ты тут дефиле устроила? Мне вообще-то больше нравится, когда ты раздета.

– Я не могу это принять… – округлила глаза и приложила ладошку к колотящемуся от волнения сердцу.

Гронский качает головой, берет часть пакетов в руки, на полу остаются еще два. Кивком указывает на них.

– Хватай добро, Карин. И да, простого «спасибо, любимый» было бы достаточно.

Игорь ухмыляется и подмигивает мне. А я покрываюсь краской. Понимаю, что он так шутит, но ведь Гронский не далек от правды. С каждым днем я все сильнее влюбляюсь в него. Не могу представить свою жизнь, если Игоря не будет рядом.

Мы не говорили друг другу слов любви. И хотя Игорь довольно скуп на эмоции, но я чувствую всем сердцем, что тоже небезразлична ему. Я чувствую, что нужна ему. Такая, какая есть. Любовь это или симпатия… не знаю. Может, о любви должны говорить поступки, а не слова…?

– Спасибо! – искренне говорю Игорю, вложив в это слово куда более глубокий смысл.

* * *

Ужин проходил в одном из помпезных ресторанов города, в котором обычно собираются самые сливки общества. Когда я вошла туда, держа под руку Игоря, тут же почувствовала себя неуютно. Лишней.

Здесь все было так вычурно. Мне казалось, что я попала во дворец восточного шейха. Не хватало только злого раджи и волшебной антилопы, как в известном мультике.

Туда-сюда сновали гости в шикарных нарядах. Лица некоторых мне были знакомы, видела их в светской хронике. Я старалась влиться в эту атмосферу и не вертеть головой по сторонам, словно первоклашка в зоопарке.

Зато Игорь явно чувствовал себя, как рыба в воде. Он выглядел уверенным и расслабленным, здоровался и перекидывался дежурными фразами с людьми. Меня он представлял всем, как свою девушку. После этой фразы на меня смотрели оценивающими взглядами, но тут же теряли интерес.

– А вон и мои родители, – кивком головы указал Игорь и взял меня за руку. – Пошли!

Чета Гронских стояла около колонны, о чем-то тихо беседуя. Отца Игоря я узнала сразу. Он по-хозяйски обнимал миниатюрную женщину, видимо, мать Игоря.

– Здравствуй, сын! – пробасил Гронский-старший, сверля меня испытующим взглядом, от которого кожа покрылась мурашками. Было чувство, что я мелкая букашка под микроскопом у злого ученого.

Игорь в ответ молча пожал руку отцу, подошел к матери и поцеловал ее в щеку. Рядом с ней черты его лица будто бы разгладились, ушла та напряженность, которая появилась при виде отца.

– А что это за прелестное создание, сынок?

У мамы Игоря оказался приятный, бархатный голос. Это была красивая женщина, возраст которой невозможно определить. Кожа без единой морщинки, выразительные серые глаза смотрят пытливо. Темные волосы уложены в изящную прическу.

– Познакомьтесь, – говорит Игорь. – Это Карина. Моя девушка.

– Здравствуйте! – пропищала я, подавляя нервное желание сделать реверанс.

– Очень приятно, Карина, – тепло обратилась ко мне женщина и улыбнулась. – Меня зовут Лидия Петровна. А эта грозная глыба – мой муж, Владимир Сергеевич.

– Да уж, очень приятно, – процедил грозно Гронский-старший, внимательно меня рассматривая.

От его взгляда внутри все заледенело. Какой-то непонятный дискомфорт во мне вызывал этот человек. Я еще в прошлый раз заметила, как сильно его аура подавляет все вокруг. Сейчас испытала это на себе… Этот мужчина точно привык, чтобы ему подчинялись. Интересно, а с женой дома, за закрытыми дверями, он такой же…?

– Вова, не пугай девочку!

Лидия Петровна легонько шлепнула по плечу мужа и покачала головой. После этого отец Игоря от меня отвернулся, но во мне все равно был напряжен каждый нерв.

– Ой, разве это не Вериславская из Вог? – женщина заметила кого-то в зале, помахала рукой. – Пойду, поздороваюсь с ней. Карина, мы еще познакомимся поближе сегодня. А пока я вас оставлю.

С этими словами Лидия Петровна упорхнула, оставив нас втроем. Я смотрела, как она подходит к высокой молодой блондинке. Они сначала целуются в щечки, а потом начинают о чем-то оживленно болтать.

Спустя мгновение я замечаю, что Игорь с отцом молчат. Стоит тишина. И она такая тяжелая, напряженная. От которой мурашки по коже и какое-то неприятное предчувствие.

Медленно поворачиваюсь к мужчинам. Они не обращают на меня внимания, сверлят друг друга грозными взглядами. В глазах отца злость, в Игоревых – вызов и презрение.

– Какого черта ты тут устроил? – рыкает Владимир Сергеевич.

– Ты о чем? – отвечает скучающим тоном Игорь.

– Ты же знал, что здесь будет Никифоров с дочерью! Думаешь, им приятно будет увидеть тебя с ней!

Я совершенно не понимала, о чём идёт