Мой маленький каприз - Натали де Рамон

Медики появились через минуту и на носилках понесли Нурали. Подрагивающие веки закрытых глаз и кислородная маска в обрамлении черной бороды.

Мальчишка рассказал, что его старший брат был командиром отряда. И что сначала все было здорово: они захватили целый дворец, перебили всех охранников и заняли их место, и никто даже этого не заметил! Потом подождали, пока в большом зале наберется побольше важных господ, и всех легко захватили в заложники! Потом заложников разделили на нужных и ненужных, заперли отдельно. И туг вдруг ненужные сразу оказались самыми главными начальниками и стали командовать, а про нужных никто не вспоминал.

Совершенно случайно мальчишка оказался свидетелем того, как «начальники» смотрели по телевизору обращение эмира и говорили о том, что их точно предали, если уж этот так осмелел, а когда в руках этого появились бриллианты, сомнений у них не осталось, потому что иначе чем предательством объяснить этот факт было почему-то невозможно.

Мальчишка побежал сообщить брату, что их предали, но опоздал, заблудившись в коридорах дворца, — весь отряд его брата был расстрелян. Но он точно знал, что его брат не мог быть изменником, и побежал к начальникам, чтобы им об этом рассказать, но те уже опять были заложниками, и всем верховодил командир второго отряда, который любил деньги и золото. Тогда мальчишка понял, кто на самом деле настоящий предатель, и спрятался, чтобы подыскать момент и его убить, отомстить за брата. Но когда люди из второго отряда, вместо того чтобы прикончить пятерых заложников, выбросили из окон пять трупов людей из его отряда, в том числе и тело его брата, он вообще перестал что-либо понимать, а просто спрятался, потому что должен был обязательно выжить и отомстить за брата.

— Почему же ты решил довериться мне? — спросил Гамид. — Ты ведь считал меня своим врагом.

— Ну и что? Вы же знаете, что мой брат не предатель, и можете это подтвердить.

— Значит, я больше тебе не враг?

Паренек молчал и кусал губы.

— Но ты же должен понимать, что твои друзья станут считать тебя предателем, раз ты все рассказал мне.

— Они убили моего брата! — В глазах парня стояли слезы…

Гамид вызвал вертолет и полетел в Альмиру.

— А где пери? Почему ты без Нурали?

— Нурали заболел.

— Сильно?

— Очень сильно. Он в больнице.

— Но почему ты не привез пери? Нурали сказал, что ты поехал ее встречать. Она бы его сразу вылечила!

— Думаешь, пери умеет лечить?

— Она все умеет! Она же пери! — Шахерезада вздохнула. — Значит, ты ее не встретил? Кто же теперь меня спасет?

— А я совсем для этого не гожусь?

— Ты-ы?.. — Девочка смешно наморщила носик и хихикнула. — Нет. Ты не умеешь так спасать. Только пери умеет.

— Как?

— Ну так! — Она всплеснула ручками. — Раз — и спасла!

— Что-то я не понял.

— Ой, какой же ты бестолковый! — Она закусила губку и задумалась. — Вот Нурали заболел. Его будут лечить — давать таблетки, делать уколы. А пери не нужно никаких таблеток. Она просто приходит, и — раз! — Нурали опять здоровый. Понял теперь?..

Вертолет доставил его во дворец. Обзор мировой прессы, подготовленный аппаратчиками, о событиях в его стране шокировал разнообразием. Сводки по ситуации в Низе становились все оптимистичнее. Поступали звонки по прямым линиям и телеграммы от глав государств. Дедушка Шахерезады, король Зирии, прислал самолет с продуктами, палатками и походными кроватями для лишившихся крова, и аэропорт запрашивал разрешения на его посадку, а также самолета Всемирной ассоциации медиков. Все посольства просили аудиенции и предлагали помощь своих стран. Пресса осаждала дворец и официальные учреждения.

Наконец сообщили, что Нурали очнулся. Гамид полетел к нему. Нурали спал после операции. Гамид сидел рядом и не мог вспомнить, когда в последний раз он видел Нурали спящим. Врач сказал, что все гораздо лучше, чем могло бы быть, или гораздо хуже — как посмотреть. И долго сыпал медицинскими терминами, подводя к тому, что вскрытие брюшной полости пациента позволило вовремя обнаружить злокачественную опухоль, но учитывая общее нестабильное состояние его организма…

— Он поправится? — не выдержал Гамид.

— Операция прошла оптимально, однако…

— Он будет жить?!

— У него есть родственники?..

Гамид полетел в клан Ваха. Голова кружилась, он никак не мог вспомнить, когда ел в последний раз. Он смотрел на непривычно темный ночной город, потом внизу поплыла почти невидимая пустыня. Звезды светили будто сами по себе. Он же обещал познакомить с ними пери! Но он расскажет ей о Нурали. Она поймет. Потому что она — пери… Раз — и всех спасла!..

Гамид вспоминал, с каким выражением Шахерезада произносила эти слова, и улыбался. Наверное, надо рассказать пери, что именно так — раз! — и всех спасла, то есть, не сделав абсолютно ничего, она действительно спасла целую страну. Но тогда нужно рассказывать и все, что происходило дальше, весь этот ужас, который он пережил за последние сутки. Верхушка заговора известна, и никому не вырваться из города, но порой полиция приезжает уже к трупам с приколотой запиской «предатель». И далеко не все террористы подхватили «золотую лихорадку»: взрывоопасных объектов еще слишком много. Хотя из некоторых захватчики просто тихо ускользают, а это значит, что фанатики разгуливают по городу — кто-то же расправляется с предателями. И самолет с «золотыми парнями» все еще стоит в аэропорту, и надо его куда-то девать, потому что аэропорт заработал. А ниточки заговора, естественно, тянутся за границу… И эти глаза пятнадцатилетнего мальчишки — «Они убили моего брата»!..

Нет, он слишком устал и не способен сейчас ни на серьезный разговор, ни на романтическую болтовню о звездах… Может, отправить Фариду просто с кем-нибудь из ее родственников, а самому остаться с пери и без всяких звезд возлечь на ложе? Ха, заняв горизонтальное положение, он точно сразу уснет. Что подумает о нем пери?

Он едва заставил себя от нее уйти, отвез Фариду с внуком в больницу, а сам полетел в Альмиру. Поцеловал в лоб спящую Шахерезаду и, тихо хмыкнув, растянулся прямо на ковре возле ее кровати. Только бы не захрапеть, чтобы она не испугалась, вяло скользнула последняя мысль…

— Дядя, дядя! Проснись, не бойся! Я здесь! Я с тобой!

Он пробормотал, приоткрывая глаза:

— Что… Что такое?..

— Ты так кричал! Ты меня звал! Что тебе приснилось?

— Не помню… — Глаза закрылись сами собой, и он чувствовал, что уже опять неумолимо проваливается в сон.

— Бедный… — Легкие пальчики гладили его по лицу. — У тебя здесь нет даже своей кровати. Поедем домой!

— Да-да… Конечно…

— Тогда вставай! — Она потянула его за руку. — Поехали!