Порочные Фейри - Каролайн Пекхам

— Черт, маленький монстр, сколько нас всего? — спросил Леон, почти забавляясь, хотя в основном он выглядел потрясенным.

— Всего четверо, — сказала я, понимая, что это звучит немного безумно, но неважно. Я чувствовала то, что чувствовала, и каждый из моих Королей давал мне то, в чем я нуждалась. То, что я чувствовала к каждому из них, не умаляло того, что я чувствовала к остальным, и они должны были просто принять это, если хотели меня так, как они утверждали.

— Что ты имеешь в виду под четверо? — потребовал Габриэль, и вдруг все трое уставились на меня, пока в небе над головой кружились грозовые тучи. Это было чертовски пугающе, и мое сердце заколотилось.

— Ну… вы трое, конечно. И Райдер, — вызывающе сказала я.

— Драконис? Ты что, блядь, издеваешься?! — крикнул Габриэль, и Данте мрачно зарычал, внезапно согласившись с ним.

— Я не обязана оправдываться перед тобой! — огрызнулась я. — Все так и есть. Ты мне нравишься. Все вы. И если я выбираю то, что хочу, значит, так оно и есть. Все или ничего. Принимай меня такой или уходи.

Они уставились на меня, как на сумасшедшую, а может, как будто впервые увидели меня воочию. На губах Леона играла улыбка, и мне очень хотелось поцеловать его за это. Но из-за напряжения, которое все еще висело в воздухе после моего последнего поцелуя, я решила, что возможно, это не лучшая идея.

— Элис, — начал Габриэль тоном, который говорил о том, что он всерьез думает, что это может быть предметом обсуждения, но ему нужно вытащить голову из задницы, потому что я уже достаточно ясно выразилась.

— Я думаю, вам всем нужно немного времени, чтобы все обдумать, так что увидимся позже, — сказала я, делая шаг назад.

— Подожди, — попытался Данте, но я уже закончила. Я отсалютовала им и ушла, прежде чем мне пришлось бы выслушать еще что-нибудь.

Я ясно выразила свои чувства. Остальное они могли выяснить между собой.

14. Райдер

Я держал пипетку над котлом на столе в своей комнате, прикусив язык, пока концентрировался. Один миллилитр Айсбена больше, чем нужно, не только испортил бы все зелье, но и оставил бы в моем столе кратер размером с меня. Но его и так было так не мало так, что я всегда рисковал, выдавливая нужное количество из пипетки.

— Райдер! — Стук. БУМ.

— Черт!

Я отпрыгнул назад от взрыва и посмотрел на окно, где стояла Элис, ее рука была прижата к стеклу, а на лице было виноватое выражение, когда она смотрела на мой разрушенный стол.

Я смахнул пепел со своих ног, накинув вокруг останков паутину из барувианского плюща, чтобы поглотить все токсины в воздухе.

Я подошел к окну, отпер его и с рычанием распахнул настежь. Мой гнев мгновенно улетучился, потому что это была она. И ее присутствие здесь стоило того, чтобы уничтожить зелье, на приготовление которого ушло шесть недель.

— Элис, — я прошипел ее имя, давая ей понять, что я зол как черт.

— Прости. Могу я войти? — ее лоб сморщился, и я сразу понял, что что-то не так.

Я отбросил притворство, кивнул и отошел в сторону. Она вскочила в мою комнату, захлопнув за собой окно. Затем она бросилась вперед, обхватила меня руками и прижалась щекой к моей обнаженной груди. Я затих, медленно сомкнув руки вокруг нее, привыкая к тому, что меня обнимают. Обнимают, черт.

— Кто-то что-то сделал с тобой? — прорычал я, готовый вырвать им глотку, как только узнаю имя.

Она вздохнула, обмякая в моих руках, ее тело было таким теплым на фоне моей холодной кожи. — Нет, ничего такого.

— Тогда что это? — я нахмурился, желая помочь. Но у меня не было большого эмоционального диапазона, что бы там ни говорила Кошмар. И если Элис было больно, я, вероятно, был последним человеком, который мог помочь. Но она была здесь, она не ушла к кому-то другому, поэтому я делал то, на что был способен. Даже если это означало просто выпить ее боль.

— Это Данте.

— Данте, — с рычанием повторил я, мои руки сжались в кулаки.

— И Габриэль.

— Габриэль? — Что, черт возьми, сделал Нокс?

— И Леон… ну, не совсем Леон. Но он тоже замешан.

— Я сверну им всем шеи, если ты этого хочешь, — серьезно сказал я.

Она рассмеялась, глядя на меня. — Это полная противоположность тому, чего я хочу.

— Ты хочешь, чтобы я вправил им шеи? — предложил я с ухмылкой, и она грустно улыбнулась, отстраняясь от меня.

Я мгновенно соскучился по этому контакту и сделал шаг за ней, когда она направилась через комнату к моей кровати. Я поскреб костяшками пальцев шею, нахмурившись, пытаясь решить, что делать.

Элис опустилась на мою кровать. — Габриэль поцеловал меня на глазах у Данте и Леона, а потом они взбесились, потому что, очевидно, делить меня между ними двумя — это нормально, но добавить сюда четвертого парня и…

— Вернись, блядь, назад, — огрызнулся я. — Ты и Габриэль? — Я знал это.

— Ну… — она невинно пожала плечами.

— И что это за херня насчет того, что Инферно тебя делит? Как насчет сделки? — я стоял совершенно неподвижно, форма моего Ордена вздымалась внутри меня, как кобра, готовая нанести удар. Придумал ли Данте способ обойти ее? Я не чувствовал, что он сорвался, но неужели я был полным дураком, придерживаясь этого пути, пока он обманывал мою девочку?

Я уже готов был выйти из себя, когда передо мной в мгновение ока возникла Элис и, схватив меня за щеку, заставила посмотреть на нее. — Он не нарушил сделку. Он просто… работал в обход. Как и мы.

Она приподнялась на цыпочки, накрыв мой рот своим в