Первая кровь - Злата Романова

* * *

Бьянка проснулась среди ночи от смутного беспокойства. Она открыла глаза и испуганно вскрикнула, заметив сидящего в кресле у ее кровати мужчину. Благодаря включенной ночной лампе, девушка смогла рассмотреть его лицо и, не узнав его, испугалась до смерти.

– Что Вам нужно? – отползая на другую сторону кровати, спросила она дрожащим голосом.

– Бьянка, – выдохнул мужчина, словно она обидела его, и, узнав этот голос, Бьянка ошеломленно застыла.

– Викензо? – неуверенно спросила она.

Он встал и, подойдя к кровати, сел на нее, протягивая к ней руку.

– Не узнала меня? – горько спросил ее муж.

Нет, не узнала. Она никогда не видела его без густой и длинной бороды, которую он носил. Бороды, которая скрывала удивительно красивое лицо с острым подбородком и чувственными губами.

Приняв его руку, Бьянка подвинулась к нему и положила вторую ладонь на гладкую щеку, чувствуя, как дернулась мышца под ее дрожащими от волнения, пальцами.

– В моих воспоминаниях ты всегда носишь бороду, – с извиняющейся улыбкой прошептала она.

За прошедшие дни она вспомнила новые моменты из их совместной жизни. Вспомнила, что и раньше он смотрел на нее с такой же острой нуждой, как и сейчас. Бьянка чувствовала, что он любит ее, и что-то внутри нее отзывалось в ответ.

– Не нравлюсь? – смущенно усмехнулся Викензо, проводя ее рукой вниз по своей щеке, пока не довел ее до губ, чтобы поцеловать.

– Ты очень красивый, – призналась она. – Раньше ты казался мне таким суровым, но теперь…

– То есть без бороды я нравлюсь тебе больше? – спросил он, придвигаясь к ней и обнимая за плечи.

Бьянка застенчиво улыбнулась, а потом машинально потянулась погладить его подбородок.

– Раньше ты так гладила мою бороду, – сообщил Викензо.

В ее голове отчетливо всплыло воспоминание о том, когда это произошло впервые и как счастливо блестели его глаза при этом. Бьянка действительно имела привычку любовно приглаживать его бороду и ощутила укол сожаления от того, что ее больше нет.

– Почему ты сбрил ее? – спросила она.

– Случайно опалил левую сторону, – признался он. – Пришлось побриться, чтобы не выглядеть, как клоун.

Увидев, что на его лице нет следов ожогов, девушка с облегчением выдохнула.

– Значит, ты не против отрастить ее снова? – с надеждой спросила она.

Муж лукаво усмехнулся, наклоняя к ней голову и обдавая ее губы горячим дыханием.

– Кое-кто без ума от моей бороды? – шепнул он.

Бьянка прикрыла глаза, чувствуя, как горят губы в ожидании поцелуя, и кивнула, чувствуя себя слишком смущенной, чтобы признать это вслух.

Ей в губы прозвучал низкий смешок, прежде чем Викензо прижался к ним своими, бережно целуя и слишком быстро отстраняясь.

– Я могу сегодня поспать с тобой? – спросил он.

– Я была бы рада, – ответила она, уже через минуту засыпая в его умиротворяющих объятиях.

Глава 24

Тео был слишком взвинчен после допроса, чтобы идти домой к Эвелин, как планировал. Такое не часто случалось, но в этом конкретном случае ему был необходим жесткий спарринг, а не секс. Поэтому, он поехал в зал к Алексу Смитсону – своему частому спарринг-партнеру.

До своего пентхауса он в итоге добрался лишь к пяти вечера, так что раздраженная и злая молодая жена, встретившая его испепеляющим взглядом, совсем не удивила.

– Ты забыл обо мне! – обвиняюще воскликнула она, стоило ему появиться на пороге.

– Тебе принесли еду и одежду, – не согласился он. – У меня были дела, детка.

– А как же мое дело, Тео? Ты решил, как быть с моей сестрой?

– Отправил сообщение твоему отцу, – негодуя, что приходится отчитываться, ответил мужчина, раздеваясь по пути в спальню.

Эвелин следовала за ним по пятам.

– Что за сообщение? Можешь рассказать, как нормальный человек, чтобы я не волновалась? Ты хотя бы представляешь, в каком я нахожусь состоянии? Линни – моя единственная привязанность в этом мире, Тео. Я готова на все ради нее. Но если ее не станет, то мне тоже конец. Я не переживу ее смерть!

– Не неси чушь! – рыкнул он, хватая ее за плечи.– С этих пор, я – твоя привязанность, поняла? С твоей сестрой все будет в порядке, потому что твоему отцу есть что терять, если он не воспримет всерьез мои угрозы, но я не потерплю, чтобы ты ставила кого-то выше меня, Эвелин. Я – твоя семья! Забудь все, что было до меня. Этого уже нет. В твоей жизни отныне есть только я!

– Да ты ненормальный! – покачала головой девушка, вырываясь. – Отпусти меня, Тео! Ты не можешь решать, кого мне любить.

– Могу, потому что я – тот, кто принимает решения в нашей семье. Ты сама согласилась выйти за меня, Эвелин. Я не заставлял тебя. Назад дороги уже нет. Ты подчинишься или умрешь, потому что Гвидиче не разводятся.

– Тогда убей меня! – закричала она, кладя его ладони на свою шею. – Давай, Тео! Убей прямо сейчас, потому что я никогда не буду послушной женой. Я буду любить кого захочу и делать что захочу! У меня есть свое мнение на все, так что смирись с этим или убей меня.

– Не будь истеричкой,– раздраженно потребовал он, убирая от нее руки, пока не перешел на грубость.

– А ты не будь таким тираном! Поверить не могу, что считала тебя лучше Виктора! Да вы ничем друг от друга не отличаетесь!

– Тогда тебе не повезло, – снимая штаны, заметил он. – Потому что я не изменюсь. Ты подчинишься мне, Эвелин. Потому что это твоя роль. Постарайся держать эмоции под контролем, мне не нравятся шумные женщины. Я тоже считал, что женюсь на хладнокровной и рассудительной женщине, а на деле ты оказалась всего лишь обычной девчонкой, умело притворяющейся зрелой. Нам обоим придется как-то жить со своим разочарованием.

Не обращая внимания на слезы, закипающие в ее глазах, он направился в ванную и встал под душ, в третий раз за день. Тео просто нужно было охладиться и побыть вдали от нее некоторое время. Эвелин слишком многого требовала от него, а он не привык к тому, что в его жизни есть человек, занимающий слишком большую роль и претендующий на его время и внимание. Приспосабливаться друг к другу им еще предстоит, и, то, что эта проблема выплыла на поверхность в первый же день брака, его напрягало. Что же будет дальше, если это только начало?

* * *

Когда Тео вернулся из ванной, Эвелин в спальне уже не было. Решив дать ей время справиться со