Опасный наследник - Полина Лоранс

Якобы случайных.

Конечно, ему хочется совсем другого… Теперь каждый раз, приближаясь к Соне, он чувствует, как внутри закручивается торнадо оглушающей страсти. Будто он провёл долгие годы в заморозке, как ледяная статуя, а сейчас его окатили кипятком из ведра. И он ожил, задышал, увидел мир в красках. Его кроет от дикого желания, хочется схватить Соню, стиснуть, подчинить себе, овладеть ею. Он мечтает, что она будет принадлежать ему всецело, без остатка…

Когда это произойдёт? Да и реально ли это?

Кирилл взглянул на часы – ну вот, уже десять… Сестра нарушила все его планы, рассердила, оставила без ужина с детьми и общения с любимой девушкой.

Но ведь Соня сказала: до встречи. Вероятно, синичка не сильно обидится, если прямо сейчас к ней опять нагрянут незваные гости? Вернее, всего один гость…

СОНЯ

Вот чего я совсем не ожидала, так это звонка Вероники!

– Софья, это опять я. Извините за беспокойство… Уделите мне ещё минутку внимания.

Теперь её голос звучал совсем иначе – испарилась наглость, появились просительные нотки. Вероятно, Кирилл сделал наглой сестрице эффективное внушение.

– Я сейчас в аэропорту, в зоне вылета. Брат сказал, чтобы я летела домой. Простите меня, пожалуйста, за вторжение и забудьте всё, что я вам наговорила, – умоляюще залепетала Вероника.

Ничего себе, вот это поворот! Какой шёлковой стала вредина! Я сразу испугалась: надеюсь, Кирилл не бил её ремнём по попе? Хотя… Эту курицу не помешало бы научить хорошим манерам!

– Вы меня простите? – жалобно прозвучало в трубке.

– Вероника, я попытаюсь. Возможно, у меня это получится. Или нет. Вы обзывали меня и моего ребёнка. Вы напугали моего сына, он едва не заплакал.

– Я виновата! – перебила Вероника. – Когда я на эмоциях, меня несёт, а остановиться не могу! Простите!

– Хм…

– А ваш Олежка – чудесный малыш! И он так похож на Кирилла, просто одно лицо. Беру назад все свои слова. Кирюша объяснил, что я сильно заблуждалась, и теперь я понимаю, что была очень несправедлива. Только, пожалуйста, не передавайте ему мои слова…

– А что он сделает? Карточки вам заблокирует? – усмехнулась я.

– Ой… Надеюсь, до этого не дойдёт! – искренне испугалась Вероника. – Не знаю… Он мой брат, не хочу, чтобы мы поссорились. Но вы сами подумайте… Попробуйте меня понять… Мы столько лет ничего не слышали ни о вас, ни о вашем сыне. И тут вдруг откуда ни возьмись… Но я же не знала, что брат в вас влюбился до чёртиков! Ещё и ребёнок у вас общий… Я была бы полной дурой, если бы попыталась вклиниться между вами.

От этих слов у меня бешено заколотилось сердце. Это что же получается? Кирилл признался сестре, что «влюбился до чёртиков»?

О-о…

– Я могу поговорить с Олежкой, если вы дадите мне трубку, – вдруг предложила Вероника. – Хотите, перезвоню по видеосвязи? Объясню ему, что я действительно его тётя.

– Олежки нет, он ушёл в гости к своей крёстной.

– А, ну ладно. Тогда в следующий раз.

– Но я передам ему ваши слова.

– О, отлично! Сонечка, значит, мы помирились, да? Пожалуйста, не выдавайте меня. Я погорячилась, и теперь мне стыдно!

– Хорошо.

– Приезжайте в Москву! Посидим в ресторанчике, устроим грандиозный шопинг, – неожиданно заявила Вероника.

– Даже не знаю. Но спасибо за приглашение.

Наверное, в этом вся её жизнь – ходить по ресторанам и устраивать шопинг на деньги, заработанные братом.

Хотелось побыстрее завершить разговор, уж сильно юлила красотка. Я представила, как она скривится, когда нажмёт отбой. Наверное, будет шипеть сквозь зубы ругательства в мой адрес.

Надо же, какая сестрица у Кирилла! Но тут ничего не поделаешь. Надеюсь, Олежке не придётся часто встречаться со своей тётей. От такой хамки можно ждать любой подставы…

Я отбила звонок и некоторое время смотрела в пространство, прижав смартфон к груди.

Ну и дела! Умеет Кир строить народ!

Позвонила Лизе, узнала, как там Олежка.

– Спит уже наш боец, – отчиталась подруга.

Сын выразил желание сегодня переночевать у Лизы, а я не возражала. Визит Вероники нас взбудоражил, но, к счастью, сынок не долго переживал из-за наезда вредной девицы, папа его успокоил.

В начале одиннадцатого кто-то вкрадчиво постучал в дверь, и я насторожилась. Не могла же Лиза закрыть спящего ребёнка одного в квартире, чтобы спуститься ко мне?

Но если это не Лиза…

На пороге увидела Кирилла.

– Ничего, что я так поздно? – виновато посмотрел на меня. – Не разбудил, надеюсь?

– Не разбудил, заходи.

Постаралась сохранить нейтральное выражение лица, а сердце в груди бешено прыгало от радости. Я вдруг поняла, что именно этого и ждала весь вечер – что снова увижусь с Кириллом.

Но мог бы и предупредить, я бы переоделась! А сейчас стою перед ним в домашнем трикотаже – на мне тонкая футболка и штаны. Я даже без лифчика, и весь рельеф очень чётко проступает, недаром Кирилл, едва вошёл, первым же делом опустил глаза на мою грудь. Заметила, что ему пришлось приложить неимоверное усилие, чтобы отвести взгляд.

– Разденешься? – смущённо предложила гостю.

Забрала куртку, повесила в шкаф, попутно упиваясь её запахом. С ума схожу от парфюма Кирилла… Что же мне делать, как избежать соблазна? Мой единственный мужчина всё время рядом, и, получая постоянную подпитку, чувства разгораются, как лесной пожар. Я скоро сгорю в этом пламени…

Но ведь Кир уедет! Сестре он признался, что влюблён в меня, но я-то никаких признаний не слышала. Возможно, Вероника даже и приврала для усиления эмоционального эффекта…

А если не обманула, то всё равно… Влюблённость ничего не значит. Она промелькнёт и растает, как облачко в небе. А я опять останусь с зияющей кровавой раной в груди…

– Как Олежка? Я волновался за него, слова Ники его расстроили.

– Не переживай, он спит.

– Вероника иногда ведёт себя как жуткая стерва.

«Иногда? Серьёзно?» – пронеслось в голове.

– Ты успокоил сына, всё в порядке, Кирилл. Конечно же, он поверил тебе, а не какой-то тёте, которую увидел впервые в жизни.

– Отвёз её в аэропорт.

– А почему так сразу? Вы же собирались поехать в гостиницу.

– Она сама изъявила желание. Мы по дороге всё обсудили, в принципе, Нике здесь делать нечего. К тому же, ей ваш город не понравился.

– Надо же, какая фифа, – беззлобно усмехнулась я.

– Угу. Ей тридцать один, а до сих пор инфантильная девица, капризный ребёнок. Соня, если она тебе что-то наговорила – забудь, пожалуйста. Не бери в голову и ничему не верь.