Плохие девочки - Татьяна Веденская

– Ну что ж. Даже хорошо, что и вы здесь. Меньше будет испорченного телефона, – сказала она.

– Это точно. Это хорошо, что мы здесь, – согласилась Авенга с Сухих.

Как ни крути, тот эпизод в фитнес-клубе был не очень приятным. Хоть мы тогда правды и не знали, а все равно вели себя ужасно. Надо было хоть дать ей тогда высказаться. Мы повесили на нее клеймо и не дали сказать ни слова. Теперь, по-хорошему, надо бы извиниться. Но я не представляла, как к этому подойти.

На улице было уже совсем темно, наши дочери прибились к нам и не слишком-то жаждали кататься на холодных качелях. Им было гораздо интереснее, что происходит тут, с нами. Из чего можно было сделать логичный вывод, что и сегодняшняя информация вполне достоверно отпечатается уже в двух детских головах. Информационную течь теперь было не заткнуть практически ничем. Скоро весь город будет все знать. Может быть, это и хорошо.

– Все в сборе, – констатировала Сухих. – Я не поняла, почему вы не захотели встретиться в кафе. Какая-то глупость, стоять тут на холоде. Еще и с детьми. Простудятся же.

– Ты нам зубы не заговаривай, – грубо и зло бросила Бася. – Говори то, зачем нас звала, и разойдемся. Я и так уже жалею, что пошла тебе навстречу. Что ты можешь сказать в свое оправдание? Какую очередную ложь?

– Бася, не надо так, – попыталась вмешаться я. – Может быть, все не так, как ты представляешь. Может быть, Ане и не в чем оправдываться!

– Да, давайте сначала ее выслушаем, а потом будем грубить, – присоединилась ко мне Авенга. Бася застыла на месте и некоторое время сверлила нас недобрым взглядом, а потом вдруг спросила:

– Почему у меня такое чувство, что тут все знают нечто такое, что неизвестно мне?

– Ну… это просто чувство, – пробормотала я. Врать мне не удается, а тут и смысла не было. Аня Сухих помотала головой, стряхнула снег с волос и бросила Басе:

– Я никакого мужа ни у кого не уводила. Не знаю, о чем знают эти две… проклинательницы… – Тут она повернулась к нам, с обидой продолжив: – Так что ваше проклятие по-любому на меня не падет.

– Ты нас прости, Ань. Пожалуйста, прости, – залепетала я, испытывая настоящие муки горящей в раскаянии совести. – Мы же не знали.

– Чего не знали? Да она врет все! – возмутилась Бася. – Я своими глазами видела.

– Ты видела, да неправильно поняла, – повернулась к ней Сухих. – Стас ушел ко мне. Он просто попросил меня дать ему возможность перекантоваться у меня некоторое время.

– Что за глупости! – расхохоталась Бася. – Такую нелепицу никто бы не придумал. Он был в трусах! И его лицо…

– Да ты дослушай! – крикнула Сухих.

Мы с Авенгой стояли молча и старались вообще не отсвечивать.

– Ну? Мы слушаем. Стас просто попросил у тебя перекантоваться. А зачем? Зачем ему это, а? У него свой дом, своя жена и дети. Зачем ему, я извиняюсь, перекантовываться у какой-то массажистки с длинными ногами и короткой совестью?

– Бася, не надо! – взмолилась я.

Анька побелела:

– Потому что ему изменила жена! Вот поэтому ему и надо было перекантоваться у меня. Он пришел в тот день совершенно не в себе. Я видела, что он подъехал ко мне на час или даже раньше, чем должен был. И сидел в машине. Я смотрела на него из окна. Он выходил из машины, курил, потом садился обратно. И какой-то весь дерганый. Потом пришел, но сказал, что ему не до массажей. Попросил чаю. Потом выпил немного. У меня дома был виски. Потом спросил, можно ли у меня переночевать. Я, естественно, спросила, что случилось. Что у него дома случилось, понимаешь? А он скривился так ужасно, ухмыльнулся и сказал: «Представь себе, моя жена переспала с моим боссом. Как тебе такой расклад?»

– Что? – ахнула Бася. – Этого просто не может быть. Просто не может быть. С боссом? Это же… с Ваней Ольховским? С мужем Марлены? Да ты просто свихнулась. И ты думала, мы этому поверим? Какая глупость. Да, девочки?

Но девочки, как вы понимаете, стояли молча и прятали от Баси глаза.

– Девочки, кажется, уже готовы поверить. Разве нет? – вдруг расхохоталась Сухих. – Что-то я не вижу сегодня вашего праведного гнева. А куда же он делся?

– Девочки, вы чего? – вылупилась на нас Бася.

– Понимаешь, Басечка. Тут такое дело… – вяленько забубнила я.

Авенга перебила меня и очень твердо сказала:

– Бася, это правда. Мы это уже знаем. Саша действительно спала с Ольховским, так и есть.

– Что за… вы знали? От кого? От нее? – Бася с недоумением переводила взгляд с Авенги на меня и обратно. – Да почему вы ей верите?

– Скажи ей! – скомандовала Авенга.

Я вздохнула и подняла на Басю глаза:

– Я узнала об этом от… от Сашки Карасик. Она сама мне рассказала. Так что у меня не было причин ей не верить. Это точно. Точно.

– От Карасика! – ахнула Бася. И тут она замолчала и сделала шаг назад, словно хотела убежать от той информации, которая только что на нее свалилась. Она стояла молча, словно громом пораженная, и смотрела на нас расширенными от ужаса глазами. Потом она нервно вздохнула и прошептала:

– Вы знали! И вы ничего не сказали мне?! Как вы могли! – И не в силах больше сдерживать себя, она подлетела к нам и принялась кричать. О том, что подруги так не поступают, и что теперь она уже никогда не сможет доверять людям. И что в мире нет более падших, более жутких людей, чем мы с Авенгой. И не будет нам прощения ни в этой жизни, ни в той. Потому что такое не прощается. Такое можно искупить только кровью!

– Я не могла сказать. Меня же Сашка просила. Мы же дружим со школы! – кричала я.

– Но ей-то ты сказала. Ей-то ты сказала, а мне – нет! – Бася отворачивалась от меня, как будто ей было неприятно на меня смотреть.

– Я ей не говорила. Ей… ей Элька сказала.

– Элька? – опешила Бася. Некоторое время она вспоминала, о ком это, собственно, идет речь. – Твоя дочь? И она знала? В пять лет? А ей-то ты зачем сказала?

– Она просто случайно услышала. Когда я говорила об этом… – Тут я заткнулась, потому что продолжение могло только ухудшить и без того мое шаткое положение.

– Кому? – окончательно озверела Бася. – КОМУ ЕЩЕ ТЫ, ЧЕРТ ПОБЕРИ, РАСТРЕПАЛА ВСЕ, КРОМЕ МЕНЯ?!

– Я имею право хранить молчание, – пробормотала я.

– Раньше надо было его хранить! – крикнула она.

– Так, девочки, кажется, без монтировки сегодня не обойдется, – усмехнулась Авенга. – Она растрепала все своему любовнику, Тимофею. Тому, что из автосервиса. А Элька все и услышала. Давайте не будем из этого делать большой проблемы. Ну, ничего же страшного.

– Что-о? – вытаращилась Бася, а я мысленно предала анафеме Авенгу. Ничего не скажешь, помогла подруга. – Что-о? С каких это пор Тимофей тебе любовник? И это ты тоже мне не сказала?