Ты Для Меня - Ольга Гринвэлл

Я хохотнул.

— До завтра дотерпит, — затем смилостивился. — Только что прилетел в Калгари.

— Ты что ж, балбес, заранее не предупредил? Я бы приготовился. Сегодня прекрасный вечер, могли бы сделать барбекю.

— Именно поэтому не предупредил. Отдохни хорошенько. Завтра увидимся в офисе, а вечером расслабимся.

— Ты надолго?

— Два дня.

Отец промолчал. Понял, что сын приехал не просто так. Обычно я не приезжаю сюда меньше, чем на две недели.

* * *

 Я попросил водителя остановить за квартал до отцовского офиса. Было утро, и мне хотелось пройтись пешком. Мне всегда нравился утренний Калгари — слегка прохладный, ароматом утра напоминающий Питер. В отличие от Московской суеты люди здесь идут на работу не спеша. У меня возникло желание зайти в небольшую кофейню и зевакой посидеть у окна с чашкой эспрессо и свежеиспеченным круассаном. К сожалению, я вынужден был отказать себе в такой слабости. Сначала надо сделать дела.

Войдя в одну из высоток, я нажал кнопку лифта. Офис отца располагался на четырнадцатом этаже. Вообще-то, он должен был быть тринадцатым, но из-за предрассудков этажи с такими номерами здесь отсутствовали.

Секретарша у отца была новая — он их часто менял. Она заулыбалась мне, думая, что я один из клиентов.

— На какое время у вас назначено? Тони ещё не пришёл.

— Я его сын.

Девушка заулыбалась ещё больше.

— Могу я предложить вам кофе или чай?

— Воды, пожалуйста.

Ненавижу их офисные горячие напитки низкого качества. Я избалован кофе, приготовленным моей Ритой.

Опустившись в мягкое кожаное кресло, я взял в руки один из лежащих на столике журналов.

Ждать отца мне пришлось, по крайней мере, полчаса. Он вбежал, бросил папки с документами на стойку. Я поднялся навстречу ему.

— Ник, как я рад тебя видеть! — раскрыл мне объятия. — Мэгги, это мой сын Ник. Тоже известный адвокат, криминальный. Что ты делаешь в наших краях?

Мы прошли в кабинет отца.

— Ну, знаю, что если примчался сюда ни свет ни заря, значит, не просто так. Колись.

Я вздохнул, словно перед прыжком. Начал витиевато, в своём адвокатском стиле.

— Не хотелось бы сразу с места в галоп, пап. История давняя, и я думаю пора в ней поставить точку. Как говорится, разобраться, что к чему.

Тот поморщился.

— Ладно, не тяни кота за хвост. Что там у тебя?

— Дело Журавлевых.

Я видел, как мгновенно изменилось лицо отца.  Его глаза как-то потухли, и он сразу осунулся.

— Зачем тебе это?

Я усмехнулся.

— Судя по твоей реакции, я вижу, ты понимаешь, что все усложнилось.

Отец вышел из-за стола. Прошёлся к окну. Чуть ссутулившийся, руки в карманах брюк.

— С кем ты говорил?

— С Галиной Королевой.

Я услышал его глубокий вздох.

Сел на небольшой диванчик, приготовившись слушать.

— Может, расскажешь все с самого начала?

— Ну хорошо, сын. Только не понимаю, зачем тебе копаться в этом?

Я молча ждал.

— У Мишки я был юристом на фирме. Мы не то что дружили, но иногда собирались вместе. Ты уже познакомился с Журавлевым?

Я отрицательно покачал головой.

— Галина, его жена, ох… — отец усмехнулся. — Ну это отдельный разговор... в общем, наконец-то дошла очередь и до меня.

— Пап, я не понимаю.

— Слаба она была на передок. Очень слаба. Мишка знал об этом.

— Ну и? Он ревновал ее или как?

— Знаешь, я думаю, что нет, но просто все об этом постоянно говорили. Слухи там, и все такое... В общем, он хотел от неё избавиться.

— А тебе-то зачем она была нужна? Чем тебя мама не устраивала?

Отец поднял на меня взгляд. Сочувственный.

— Парень, ты хоть когда-нибудь любил? Нет? Ну тогда ты вряд ли меня поймёшь. Галина была такая... Как королева. Женщина высшего общества. Я сразу понял, что без неё мне не будет жизни.

Я смотрел на отца, а перед глазами у меня была Эвелина. Такая, как увидел ее впервые. Царственная, недоступная.

— А сейчас? Сейчас ты ее тоже любишь? Я так понимаю, все это время Галина была где-то поблизости от тебя.

— Насчёт любви я не знаю. С годами мои розовые очки поцарапались. Знаешь, такими уродливыми царапинами, сын. Мне нравится жить в достатке. Когда я получу деньги, то куплю себе наконец яхту, отойду от дел.

Я поморщился. Ну нельзя же серьезно так думать.

Отец прошёл к сейфу, открыл его. Достал какую-то шкатулку.

Пройдя к столу, сел. Приподняв крышку шкатулки, улыбнулся, посмотрел на меня.

— Присоединишься?

Встав с дивана, я подошёл, заглянул через плечо.

— Кокс? — мое лицо ничего не выражало, хотя внутри все бушевало.

Отец достал овальное зеркало из ящика стола и насыпал на его поверхность горку белого порошка. Длинным ногтем на мизинце зачерпнул немного и поднёс к носу.

Если отец будет просаживать деньги на это дерьмо, то о какой, к черту, яхте можно говорить?

— С Галиной мы распрощались. Все это время, пока она была со мной, преследовала только одну цель — найти все эти документы, которые тогда подписала. Об отказе от собственности, от ребёнка. Искала свой настоящий паспорт. Я-то думал, что она и вправду любила меня. Гнилая баба. Притворялась.

— Ну а что ты хотел? — я не смог скрыть ухмылки. — Вы с Михаилом лишили эту женщину всего, даже дочери.

Отец расхохотался, запрокинув голову. Затем набрал ногтем ещё порошка и втянул в себя.

— Ты наивен, Никита. Эта женщина — монстр. Она сама желала избавиться от своего мужа и дочери. Все, что ей хотелось — это трахаться со всеми подряд. Надеюсь, ее дочь не такая, как она.

Я на миг зажмурился. Господи. Веля.

Отец с минуту сидел, опустив голову на грудь.

— Хорошо, что ты здесь, Никит. Мне эти документы самому очень нужны.

Я удивлённо посмотрел на него.

— Да. У меня их здесь нет. Я запрятал их в надёжном месте.

Почувствовал, как у меня вспотели ладони.

— И ты мне нужен для этого. Я скажу, где находятся все бумаги. Ты должен их отдать одному человеку.

Отец внезапно замолчал, неподвижно уставившись в стену напротив. Я уж было испугался, что так и не смогу ничего разузнать.

— Лидия. Ее зовут Лидия.