Теща ищет себе зятя - Арина Ларина

– Наверное, я в нем ошиблась.

– Как во мне?

– Хуже. Ты хотя бы не изменял. Саш, а ты представлял когда-нибудь, что на свете найдется мужчина, который захочет мне изменить?

– Нет, – рассеянно произнес он, подумав: «А почему нет?»

У мужчин возникает спонтанное желание сходить налево независимо от того, кто их ждет дома. Хоть Памела Андерсон, хоть Анджелина Джоли. Мужчина полигамен, ему требуется разнообразие, а измену в отличие от женщины он редко считает предательством. Для него это скорее естественный физиологический процесс. И когда жена садится на помело и начинает нарезать круги под потолком, найдя всего лишь чужой волосок на пиджаке или след помады на рубашке, супруг часто считает ее вопли неуместными. Да, помада, да, Галя, Валя, МарьВанна с работы, из автобуса, соседка! И что? Он же пришел домой, а не остался там!

Конечно, Саша относился к браку серьезнее. Он не изменял потому, что просто не чувствовал в этом надобности. До определенного момента. А когда момент настал, то и брака уже никакого не было. Семейная лодка разбилась о суровую реальность и быт. Или наоборот: как только лодка разбилась, Саша увидел, что есть женщины и кроме Камиллы. Но его бывшая супруга, ежедневно наблюдавшая в зеркале писаную красавицу, разумеется, была уверена, что она на свете всех милее, всех румяней и белее. И даже не допускала мысли, что не всегда мужчине нужен именно эталон. Для настоящего счастья необходимо иное.

– А ты вообще думаешь редко, – усмехнулась Камилла. – Иначе не сидел бы на задворках и не получал три копейки.

– У меня нормальная зарплата. Это у тебя запросы… Да ладно, теперь это не мои проблемы.

– Ты ничего не понимаешь в женщинах. Поэтому не обольщайся – проблемы у тебя все равно есть.

– Не начинай, Камилла!

– Я просто попросила тебя познакомиться с Олегом! Неужели так сложно сделать то, о чем тебя просят?

– Да! Ты как это представляешь? Я подхожу к малознакомому мужику и прошу телефончик. Нет, конечно, этот фрукт сильно мне не врежет, уж больно морда интеллигентная, но сам факт! Я обычно не знакомлюсь с мужчинами. У меня другая ориентация!

– Да хватит выпендриваться! – возмутилась Камилла. – Вон он ходит. Наверное, девицу свою высматривает. Ну почему, почему меня никто никогда не ищет с таким взглядом? Почему мной только пользуются и вытирают об меня ноги? А тут такой… И не мой! Еще и в Америку уедет. И где я его искать стану?

– Так все серьезно?

– А по-твоему, я не могу влюбиться?

– Почему, Егор, например…

– Александр, твое чувство юмора сдохло давным-давно, не пытайся его реанимировать. И с Егором у меня все. Надо просто как-то расстаться. Ты рад, что у меня не получилось? Хотя о чем я спрашиваю? Разумеется, рад! Так вот, задумайся. Когда я уйду от Егора, мне придется съехать из его съемной квартиры. И к кому я приеду с вещами?

– Убедила. Иду знакомиться с чужим женихом, – тяжело вздохнул Саша. – Главное, чтобы он на мне не женился.

– А ты ему глазки не строй! – презрительно сморщила носик Камилла.

Мямликов всегда считал себя рыцарем. В детстве он начитался книг про пионеров-героев, поэтому ему очень долго казалось, что он тоже много чего мог бы. Но сейчас, увидев мрачноватого мужика, приближающегося к нему с многозначительным выражением лица, Олег струсил.

– Выпить хочешь? – без предисловий обратился к нему Саша, словно Мямликов выглядел как законченный алкаш и терся у рюмочной с трясущимися руками.

– Хочу, – кивнул Олег.

Пить в любом случае лучше, чем драться. А если Саша видел, как он дырявит романтическими взглядами его жену, то без драки могло и не обойтись. Вообще, праздник у Светланы Петровны удался. Если бы здесь был пресловутый Арчибальд, то ему не составило бы труда наваять по мотивам юбилея какое-нибудь заумное авторское кино, в котором люди совершают странные поступки, а логика превращается в некую фантасмагорию.

Вздохнув, Мямликов сел пить с Сашей. И едва ему налили первую рюмку, Олег немедленно вспомнил инструктаж Светланы Петровны: «Не пить!» Пугливо посмотрев на довольно внушительную емкость, он слегка пригубил и уставился на собутыльника круглыми глазами филиппинского долгопята.

– Не хочешь со мной пить? – усмехнулся Саша.

Что Камилла нашла в этом задохлике? Ну, мордашка симпатичная, эдакий пай-мальчик из хорошей семьи. И что? Нормальным женщинам всегда нравились мужественные и брутальные экземпляры. Во всяком случае, так писали в журналах, которые Камила периодически совала Саше в нос, демонстрируя пиджаки, духи и лаковые штиблеты. Камилла злилась и говорила, что небритость в разных местах и запах пота не делает мужчину брутальным. Когда он однажды услышал, что идеальный партнер должен сделать эпиляцию зоны бикини, то долго смеялся, а потом выкинул журналы на лестницу.

Олег с ним пить не хотел или боялся, поэтому Саша решил не мучить его:

– Слушай, ты мне нравишься! Как друг. Классный ты! Дай номер телефона – созвонимся как-нибудь, на рыбалку съездим.

«Утопить решил», – рассудил Олег и начал судорожно подбирать первые попавшиеся цифры, лишь бы отвязаться от этого страшного человека.

– Диктуй, я сразу наберу, чтобы звонок прошел, – попросил его Саша.

«Блин!» – запаниковал Мямликов, однако номер продиктовал.

Теперь ему предстояло жить в ожидании расправы. Вот так и случается с излишне интеллигентными людьми, не умеющими отказать. А ведь он всего лишь собирался сделать одолжение семейству Донецких, чтоб они были здоровы!

– Ничего, нормально все прошло, – бормотала в такси именинница, жизнерадостно обмахиваясь подолом юбки. – Женька про Олега допытывалась: что да как. Гришка ее напился, как обычно. Бабка всех опозорила. Представляешь, пыталась у нашей Гали директора отбить. Говорит, мол, люди должны спариваться в соответствии с возрастными категориями. – И Светлана Петровна довольно захихикала, из чего можно было сделать вывод, что ни Галине, ни шефу она особо не симпатизировала. А старушке Софье Ивановне и подавно.

– Никуся, а ты чего грустная? Кстати, почему Олежек с нами не поехал? Вернее, ты с ним. Вы что, опять будете ночевать по отдельности?

– Да, как и раньше, – кивнула Вероника. После того, как ликующий Мямликов прискакал к ней и сообщил, что к нему клеился муж Камиллы, той самой красотки, Ника впала в ступор.

– Я не поняла, Олег, а по какому поводу ты радуешься? – пробормотала она. Одно дело – когда приходит Барабанова и рассказывает, что ее жених – гей. И совершенно другое, когда мужчина, который показался единственным и неповторимым, вдруг клеится к твоему жениху, пусть и липовому!

– Вполне может оказаться, что он не клеился, а готовил почву, в которой потом планировал меня закопать. Кто их разберет, этих голубых! Но номер телефона он у меня взял!

Получалось, что интересы Вероники и Олега расходились. Ему мечталось, что Камилла свободна. А как она может быть занята, если у нее муж – гей? Вероника же надеялась, что с ориентацией у ее нового принца все в порядке. Хотя если в порядке, то у него есть жена, а у самой Ники нет ни единого шанса. Куда ни плюнь, все плохо.