Выданные мужья обмену не подлежат - Арина Ларина

– А я своего никак развести не могу, – вспомнила о своей печали Лара.

– Вот и получается, что вы по разные стороны баррикад, – заметила Маришка.

– А у вас с Петей как? – Лариса задумчиво посмотрела на бутылку вина и вздохнула. – Что за дом? Даже штопора нет. Придется гвоздь забивать.

– Мы на море поедем. Он обещал. Я такой купальник купила! Белый, с джинсовыми вставками и стразиками! – Маришка закатила глаза и сладко потянулась. – Буду самой красивой.

Лариса скептически посмотрела на плоский Маришкин фасад и бестактно выдала:

– И что ты в этот купальник положишь?

– А Пете нравится! – покраснела Марина и надулась.

– Не обращай внимания. Это я от зависти. Счастливая ты, Маруся!

– Зато у нас детей нет. – Маришка пригорюнилась. – Весь шоколад в этой жизни уравновешивается субстанцией, на шоколад похожей, но выпадающей из других мест.

– Ты на глистов проверься, – посоветовала Яна. – У таких макаронин беременность физически невозможна. Вот потолстеешь, и тогда природа допортит твою фигуру. Зато у тебя и ребенок будет, и муж нормальный. Я тебе могу по секрету сказать, что ребенок без мужа – засада полная.

– Девочки, а мой, мне кажется, врет, – вернулась к основной теме сбора Лариса. – Я не представляю, почему можно столько времени тянуть с разводом. Теперь у нас новая причина – ребенок. Предлагает подождать, пока дети вырастут.

– Вырастут – это как? – озабоченно спросила Яна. – Им сейчас сколько? И сколько должно стать, чтобы твой Игорь дозрел?

– Дочке три года, сыну больше вроде, – вздохнула Лара. – Как раз к моему климаксу дождемся.

– То есть он только после рождения второго ребенка понял, что не любит жену? – возмутилась Маришка.

– Ну, она поправилась сильно. Говорит, что вся в семье, в детях, за собой не следит. У них дочка болеет часто, что-то там такое непонятное, вот она с ней и возится, – угрюмо пояснила Лара.

– Мог бы и помочь. Он бы с дочкой, а жена собой занялась, – произнесла Яна.

– Януся, я знаю, как по справедливости, не надо мне подсказывать, – обозлилась Лара. – Ты мне лучше скажи, как сделать так, чтобы мне было в кайф? Потому что в этой жизни мы все на разных концах коромысла – всем хорошо быть не может.

– Знаешь, мне кажется, что тебе с Игорем никогда хорошо не будет. За развал чужой семьи рано или поздно придется заплатить. Представляешь, жить и ждать расплаты. Брр!

– Это в тебе бухтит брошеная жена, – пошла в атаку Лариса. – Ты мечтаешь, чтобы та тетка однажды расплатилась за свои грехи. А она тебя, между прочим, освободила от этого ярма. Твой ненаглядный показал свою истинную сущность только после развода. А так жила бы с подлецом и знать не знала. Кстати, и художницей бы не стала, и денег бы не было, и вообще… давайте меня жалеть, утешать и советовать.

– Давайте! – обрадовалась Маришка. – Только я не знаю, что тебе советовать. Наливай!

Яна задумчиво скосила глаза к носу, словно рассматривая какую-то умную мысль, сосредоточившуюся в районе переносицы, после чего заключила:

– По-моему, надо срочно асфальтировать запасной аэродром. И здесь у вас не семейное гнездышко, а съемная хата для встреч. Не более того. Твой Игорь хорошо устроился, а ты время теряешь. Что у тебя в запасе? Ты говорила, новый шеф красавчик?

– Ай, да ну, – сморщила носик Лариса. – Я еще когда на собеседование к ним шепелявая пришла, уже тогда поняла, что ничего не получится. И как чувствовала. Он, конечно, бабник, но у него такая жена, что я бы не рискнула ей дорогу перебегать. Во-первых, она офигительная красавица. Во-вторых, у нее когти, как у медведя гризли. А в-третьих, характер под стать когтям. Поэтому Андрей Александрович авансы-то девушкам раздает, но ходить налево боится. Короче – вычеркиваем. И вообще мне не нужен абы кто!

– Я помню, – хихикнула Маришка. – Надо чтобы екнуло, щелкнуло и бахнуло во внутренностях.

– Нужно ее перед следующим свиданием горохом накормить, – предложила Яна. – Тогда все симптомы точно будут присутствовать.

– Я вас сейчас поить перестану и начну обижаться, – предупредила Лара. – Нечего шутить. Все серьезно. Проверено временем.

– Ой, не знаю, – мечтательно закатила глазки Маришка. – Когда я Петечку первый раз увидела, ничего у меня не щелкнуло и не бахнуло.

– Надо думать, – развеселилась Лариса. – Столько выпить-то! Ты своего Петечку и не разглядела толком.

– Вот именно. Но время показало, что это не помешало нам распознать друг друга.

– Ага. Гусак гусака видит издалека. Твой Петя ревнивый.

– Ну и что? Мне нравится.

– Ладно. Я за вас рада. Но у меня своя теория. – Лара строго взглянула на Маришку. – Не сбивай меня. У меня еще есть Романтик с сайта знакомств.

– Чикатило, – пессимистично предположила Яна. – Мне эти анонимные воздыхатели доверия не внушают. Америка какая-то. Тьфу!

– Не какая-то, а я могу даже на карте ее показать.

– И там твой аноним отмечен крестиком, как клад! Это все сомнительно. Я не одобряю. – Яна нахмурилась и покосилась на Маришку. Та металась между двух огней и тревожно поглядывала то на одну, то на другую подругу.

– Зато у меня, прям, что-то такое внутри замирает, когда я его письма получаю. От них такая энергетика прет! – раскраснелась Лариса.

– Это излучение, – прагматично заявила Яна. – Сиди за компьютером реже или монитор поменяй.

– В тебе романтики нет, тебе не понять! – Лара прижала руки к груди и терпеливо попыталась объяснить непонятливой подруге, почему Романтик имел право называться запасным аэродромом. – А я летаю от его писем.

– Кувырком? – уточнила Яна. – Я тебя не узнаю. Это же надо, чтобы так капитально крышу снесло. А тебя не смущает, что у тебя уже от двоих сердце екнуло?

– Не смущает. Тем более что Игорь из фаворитов перешел в разряд аутсайдеров.

В этот вечер, когда девчонки ушли, она впервые написала Романтику длинное и прочувствованное письмо. А он в ответ прислал музыкальный файл с песней «До скорой встречи». Вот и пойми этих мужиков. Если это намек, то очень невнятный. Лариса вдоль и поперек изучила текст песни, понаделав гораздо больше выводов, чем мог представить этот Романтик.

«Охотник, опасен, мухоморы, в прошлом…»

Сплошные намеки, пугающие и непонятные. Почему опасен? Что у них в прошлом? Неужели Стас? А она смогла бы снова…

– А вот смогла бы! – неожиданно страшным шепотом призналась себе Лариса. – А что такого?

Человек – бумажный кораблик в реке судьбы. Куда волна плеснет – туда его и вынесет. К полуночи Лара твердо решила порвать с Игорем и вернуться к себе. В конце концов, жить на съемной квартире в роли то ли любовницы, то ли сожительницы унизительно.