Так случается всегда - Эми Хатвани

Я кивнула, понимая, что не могу рассказать ей о таблетках, которые приняла.

— Мне нужно принять душ, — ответила я. — Я чувствую себя отвратительно.

Она поморщилась. Я была уверена, что она очень расстроена из-за мыслей о том, что сделал со мной Тайлер, чтобы заставить меня так себя чувствовать. Я сделала еще один шаг, но она положила руку на мое плечо, останавливая меня.

— Детка, подожди, — сказала она. — Дэниэл здесь.

— Что? — почти прошипела я. — Господи, мама. Это ты вызвала его? Ты рассказала ему, что случилось?

Пульс, медленный и ровный всего несколько секунд назад, снова ускорился. Сердце выпрыгивало из груди. С того момента, как я вернулась домой с вечеринки, я заставляла себя не думать о Дэниэле. Я была слишком поглощена своими переживаниями. И я не представляла, какое место отвести ему во всей этой сумасшедшей ситуации.

— Нет, конечно, — поспешно ответила мама. — Я никогда не сделала бы это. Он просто появился здесь час назад. Он сказал, что вы поссорились, и он ужасно переживает из-за этого. Он просто хочет поговорить с тобой.

— Я не могу его видеть, — сказала я, и слезы снова выступили у меня на глазах. — Я не в том состоянии. Мама, пожалуйста. Заставь его уйти.

— Милая моя, — пробормотала мама, обнимая меня и прижимая к себе. Я стояла неподвижно, боясь, что, если отвечу на ее ласку, я потеряю контроль над собой и никогда уже не смогу вернуть его. — Дэниэл любит тебя. Он должен знать, что сделал Тайлер.

Внезапно мне в голову пришла мысль, и я отшатнулась, уставившись на мать.

— Вы кому-нибудь об этом рассказали? Ты рассказала Лиз?

Мама нахмурилась.

— Нет, — сказала она. Ее голос был напряженным. — Я не рассказывала никому. Но хочу это сделать. Ей следует знать об этом. И Джейсону тоже. Они должны знать, что совершил их сын.

— А чем вы с папой занимались весь день?

Я скрестила руки на груди, готовясь услышать худшее. Что они уже проигнорировали мои пожелания и позвонили в полицию.

— Ничего, — сказала мама, и ее подбородок задрожал. — Мы просто сидели и ждали, когда ты проснешься. Твой отец сходит с ума. Он так зол. Не представляю, что он сделает, если Тайлер снова появится здесь.

— Он ничего не сможет сделать, — сказала я. — Он ведь понимает это? Он только ухудшит дело.

Я отчасти была рада тому, что отец хочет причинить боль Тайлеру за то, что тот причинил боль мне. Но в то же время мне было трудно смириться с мыслью, что человек, который вырастил меня, хочет ответить насилием на насилие. Я ненавидела Тайлера за то, что он сделал, но если отец изобьет его, это ничего не решит.

— Да, он понимает это, — ответила мама. Она собиралась произнести что-то еще, но в это время снизу послышался голос Дэниэла, позвавшего меня по имени. Мы с мамой сразу же повернулись к нему.

— Мама, пожалуйста, — сказала я, и она схватила меня за руку и крепко сжала ее.

— Ты должна сообщить ему. Он заслуживает знать правду.

Мой пульс ускорился еще больше. Как я скажу об этом Дэниэлу? Как скажу ему, что флиртовала с Тайлером все последние недели? Что прошлой ночью нарядилась, как шлюха, ради него? Что танцевала, как стриптизерша, целовала его и позволила увести себя в спальню? А воспоминание о том, что было дальше, вызвало у меня приступ дурноты.

— Привет, детка, — сказал Дэниэл, поднявшись по лестнице. Он выглядел так, будто тоже не спал всю ночь. Он подошел ближе, и мама выпустила мою руку, но перед этим еще раз крепко пожала ее. Она подбадривающе посмотрела на меня, а потом стала спускаться.

— Привет, — уныло сказала я, глядя вслед матери. Я понятия не имела, о чем разговаривать сейчас с моим женихом.

Дэниэл обнял меня, но я не ответила на его ласку.

— Ты все еще злишься на меня? — спросил он.

Я пожала плечами, пошла в спальню и забилась в самый дальний угол кровати, спиной к стене, обложившись подушками со всех сторон. Дэниэл последовал за мной, закрыл дверь и облокотился на нее.

— Я чувствую себя дерьмом из-за нашей ссоры, — сказал он, и я чуть не рассмеялась, думая о том, какой смешной и незначительной была наша размолвка по сравнению с той, которая последует за признанием в том, что его подозрения относительно моего лучшего друга полностью оправдались.

— Это неважно, — сказала я, снова и снова поворачивая обручальное кольцо большим пальцем. Оно казалось тяжелым и неуместным на моей руке. Я его не заслуживала. И я не заслуживала Дэниэла. — Но это заставило меня задуматься, — продолжала я, — и довольно серьезно.

— О чем? — спросил Дэниэл, присаживаясь на уголок кровати. Матрас под его весом просел.

Я сильнее прижалась к стене.

— О нас. О нашей помолвке.

— Эмбер, — начал он, но я прервала его.

— Подожди, — сказала я. — Дай закончить, — я не хотела снова начать плакать. — Я очень привязана к тебе, Дэниэл, но я не думаю, что настроена на семейную жизнь. Тебе нужно найти другую девушку, которая будет готова к этому.

— Ты это серьезно? — спросил он, сдвинув брови к переносице.

— Да, — ответила я, чувствуя, как мое сердце оборвалось. Я не могла рассказать Дэниэлу, что случилось. Это причинит ему слишком большую боль. Мое молчание избавит его от потрясения, которое он испытает, узнав, что я сделала и как предала его. Я теперь была гнилым товаром, а ему нужно было найти себе кого-нибудь получше. И я была уверена, что ему это удастся. — Мне очень жаль, Дэниэл, — произнесла я, снимая с пальца кольцо. — Но между нами все кончено.

Я протянула к нему руку, ладонью вверх, на которой лежало кольцо. Он посмотрел на него, потом снова поднял глаза.

— Нет, — отрезал он. — Я не позволю тебе сделать это, Эмбер. Это была просто глупая ссора. Мы справимся с этим. Мы найдем возможность проводить больше времени вместе. Я взял два дня отпуска, чтобы приехать к тебе, и я хочу провести эти дни с тобой. Нам просто нужно поговорить.

— Ты что, не понял меня? — спросила я, поднимая голос, а по моим щекам скатилось несколько слезинок. — Я не хочу ничего обсуждать. И я не хочу прилагать усилия, чтобы все это сработало. Ты слишком спешил. Ты заставил меня обручиться, когда я еще не была к этому готова. Ты думал только об одном — о своем глупом плане жениться до того, как начнешь зарабатывать большие деньги. Ты не думал обо мне и о том, чего хочу я. Ты даже не спросил меня. И знаешь что, Дэниэл? Я не хочу такой жизни. Я не хочу иметь детей. И я не хочу строить жизнь с тобой.

Он уставился на меня, и в его карих глазах отразилось замешательство и боль.

— Это из-за Тайлера? — медленно выговорил он. — Я был прав? Между вами что-то произошло?

— Нет! — сказала я, возможно, слишком поспешно, потому что Дэниэл только покачал головой.