Дважды соблазненная - Тесса Дэр

Но он никак не мог прийти в себя. Грудь сжимало, а чресла мучительно требовали ее ласк.

— Пойдем же наверх, — повторила Мерри.

Рис тихо выругался и вздохнул. Десять секунд назад, подними она юбки, он не колеблясь вошел бы в нее. Но сейчас при мысли о том, что придется подниматься по длинной лестнице…

Да еще и голова снова разболелась. В общем, препятствий было больше, чем он смог бы пересчитать.

— Подняться наверх — этого недостаточно, Мерри.

— Конечно, — согласилась она. — Между нами слишком много одежды, так что надо раздеться. Идем же наверх.

Она поцеловала его в шею, а его руки легли ей на плечи.

— Нет, — повторил он, отталкивая ее, — этого все равно недостаточно. Тело к телу — это еще не все. Я не хочу… дружбы без одежды. Я должен жениться на тебе.

Она едва заметно нахмурилась:

— Рис, почему ты всегда думаешь о будущем? Подумай о сегодняшней ночи!

Черт подери, какая ирония! Он ведь столько лет не вспоминал о будущем. Ни разу! Собственно говоря, он потратил много усилий и пролил реки крови — своей и чужой, — пытаясь сделать так, чтобы для него это будущее никогда не наступило. А сейчас… Сейчас у него были планы, желания и недостроенный коттедж на склоне. Было будущее. И он просто не мог от него отказаться, не мог разрушить его из-за одной ночи удовольствия.

— Мерри, я думаю о сегодняшней ночи, — тихо проговорил Рис. — Думаю о том, как бы увести тебя наверх, сорвать с тебя одежду и всю ночь напролет делать с тобой… неописуемые вещи. Касаться тебя повсюду. Пробовать на вкус повсюду. И я знаю так же точно, как знаю собственное имя, что завтра вновь захочу тебя. И послезавтра — тоже. А потом снова, снова и снова. Поэтому мне так необходимы брачные обеты. Я должен услышать, как ты скажешь, что навсегда принадлежишь мне. И только после этого я наконец возьму тебя.

Мередит молча смотрела на него, и сотни различных чувств отражались в ее серебристых глазах. Удивление, желание, уязвимость, разочарование… и то, что ему казалось искренней привязанностью.

— Как ты можешь говорить подобные вещи женщине, не укладывая ее при этом в постель? — спросила она. — Это жестоко, скажу я тебе. Жестоко…

— Жестокий, жестокий мир, — пошутил Рис. И уже более серьезно добавил: — Дело не только в постели. Надеюсь, ты это знаешь. Я хочу заботиться о тебе. Не могу видеть, как тяжко ты трудишься.

Он оглядел скромную кухню.

— Как только мы поженимся, я спасу тебя от всего этого.

— Но я не хочу, чтобы меня спасали от всего этого. Это моя жизнь. Мне нравится работать в гостинице точно так же, как тебе нравится строить дом. — Она осторожно коснулась его несчастной головы. — Если кто-то из нас нуждается в спасении, так это ты. Поверь, Рис, здесь тебе грозит большая опасность.

— Мерри, я повторяю…

— Ты все твердишь, что несокрушим. А я вот только что отскребла от пола твое бесчувственное тело. — Она обняла его за шею. — Не возвращайся на пустошь один. Останься со мной сегодня ночью.

— Не могу.

Рис поднялся, одновременно поставив ее на ноги.

— Мне пора, Мерри.

Он просто не мог оставаться с ней под одной крышей без того, чтобы не взять ее. К тому же голова у него и впрямь разрывалась от боли. Так что ему сейчас было не до любви.

— Там нет никакой опасности, — заверил он. — Еще две недели, еще две партии глины, и стены будут достроены. Потом прорезать окна и двери — еще неделя. Останется положить черепицу и побелить дом. Да, еще вставить стекла, двери, ставни. И мебель… Придется сделать несколько поездок в Плимут, чтобы разместить заказы.

Немного успокоившись, Мередит медленно обошла кухню.

— Мне тоже понадобится кое-что для новых гостевых комнат. Можно послать с тобой список?

— Полагаю, что да.

Она принялась загибать пальцы.

— Старый мистер Фаррел сколотит мне мебель. Но понадобятся матрацы, а также тазики для умывания, ночные горшки, ткань для белья и занавесок…

— Погоди-погоди, я ничего не понимаю в тканях.

— А я ничего не знаю о Плимуте. Нигде не бывала дальше Тавистока, и… — Мередит прикусила губу. — И я все равно не знаю, к чему привыкли господа из общества. Я пытаюсь расспрашивать обиняками, когда приезжают путешественники. Но ведь ты лорд. Ты объехал всю Англию и Европу. Ты куда лучше меня умеешь выбирать вещи, подобающие знатным постояльцем.

И тут его осенила такая блестящая идея, что даже голова больше не тревожила. Улыбаясь, Рис заявил:

— Ты должна поехать со мной.

— В Плимут?

— Нет, не в Плимут. Если хочешь, чтобы твои гостевые комнаты удовлетворяли самому изысканному вкусу, нужно поехать туда, где бывают аристократы, и покупать там, где покупают они. Мы отправляемся в Бат.

О, как он прекрасен, этот блеск волнения в ее глазах… Но тут практичная натура Мередит взяла верх, и она уже без всякого восторга осведомилась:

— Ты рехнулся? Я не могу ехать в Бат. Это займет два дня пути туда и столько же обратно.

— Я найму экипаж до самого Бата. Если выехать до рассвета, уложимся в один день.

— А кто останется в гостинице?

Рис пожал плечами:

— А кто сейчас обслуживает посетителей? Сама же сказала, что Кора прекрасно справляется. Она, Деррил, твой отец… Они сумеют несколько дней обойтись без тебя.

— Но мы не можем ехать вдвоем, — заметила Мередит. — Это неприлично.

— Кому у нас тут до этого дело? Но если беспокоишься, то перед посторонними будем представляться мужем и женой. Исключительно ради благопристойности.

— Только ради благопристойности?

Рис с улыбкой кивнул.

— И я буду идеальным джентльменом. Ты ведь хотела романтики?

Так вот как он намерен получить все — и ее тело, и обещание выйти замуж?! Дав почувствовать вкус жизни будущей леди Эшуорт?..

— Идеальным джентльменом? Точно? — Она присела на стол. — И ты действительно рассчитываешь провести со мной день в закрытом экипаже, а потом — ночь в одной комнате с одной кроватью и все-таки воспротивиться искушению?

Рис сделал вид, что размышляет.

— Нет, наверное…

Она рассмеялась, а он спросил:

— Так ты поедешь со мной?

— Да… Хотя это глупо. Но я хоть раз в жизни увижу Бат.

— Это будет только начало, — пообещал Рис. — На свете есть множество мест, где мы сможем побывать. Мы увидим всю страну, Мерри. Нас ждет целый мир.

— Смешно. Нас ждет целый мир, а я мечтаю очутиться лишь в одном месте — в постели с тобой. Под простыней.

— В Бате есть простыни.