Поцелуй над пропастью - Айрис Джоансен

— Что за черт! Я ничего не смог от него добиться. Этот Доннелли — твердый орешек.

Ева кивнула.

— К сожалению. Мне повезло не больше, я тоже ничего не узнала. Надеялась, что с тобой он будет откровеннее, учитывая, что ты Даннеру не чужой человек, но… — Ева поморщилась. — Думаю, применять к нему средства физического воздействия также бесполезно. Человек делает то, что считает правильным. Его долг — хранить молчание.

— При условии, что он по крайней мере не больший преступник, чем мой дядя. А если, пока он исполняет этот свой чертов долг, кто-то погибнет? Это будет правильно?

Ева наклонила голову и пристально посмотрела на него.

— Ты так отчаянно доказывал, что твой дядя невиновен, а теперь вдруг беспокоишься из-за того, что он может кого-то убить?

— Я по-прежнему не верю в то, что он виновен. Отец Барнабас сказал, что у дяди Теда были годы, когда он жил нормальной деятельной жизнью. Этот сукин сын Джейкобс… Может быть, у моего дяди были причины убить его.

— А сторож на крокодильей ферме?

— Там была борьба. Самозащита…

— Он едва не убил Кэтрин.

— Чего ты от меня хочешь? — вспыхнул Галло. — Чтобы я признал, что он не в себе? Я не могу винить Теда, пока не найду его и не узнаю все сам.

— Твой дядя рассказывал священнику о маленькой девочке.

— Тед не поднял бы руку на невинное дитя. Он не стал бы убивать Бонни.

— Уверен? А вот я ни в чем не уверена. Я надеялась, что мы сумеем разговорить Доннелли, но он отгородился этой тайной исповеди, как непробиваемой стеной. Но ведь эти правила соблюдения конфиденциальности могут быть нарушены, если на то существует очень важная причина, — сухо добавила Ева.

— Ничего, мы его расколем.

— Может, стоит позвонить Кэтрин, — криво усмехнулась Ева. — Вдруг у нее есть какое-нибудь подходящее снадобье от ее приятеля Ху Чанга. По-моему, мысль неплохая.

Галло вскинул голову.

— А и впрямь неплохая.

Ева поспешила охладить его пыл:

— Я же только пошутила.

— А вот я не шучу. Достать можно все. Если отец Барнабас и впрямь искренен, когда говорит об обете молчания, то и совесть его будет чиста. Он ни в чем не сможет себя винить.

— Откуда ты знаешь? А если он посчитает, что должен был сопротивляться этому так же, как приему наркотиков?

— Доннелли — священник, а не святой.

— Нет, Галло, — отрезала Ева.

— А вот Кэтрин согласилась бы со мной.

Наверно, согласилась бы, подумала Ева.

— Так почему бы тебе не спросить у нее?

Некоторое время Галло задумчиво молчал.

— А ведь это действительно самый эффективный способ решения нашей проблемы.

— Нет.

— Я подумаю. — Он посмотрел на нее. — Может быть, ты предложишь лучший вариант?

— Доннелли считает, что сумеет найти Даннера. Все, что нам нужно, это проследить за ним.

— Но он сказал, что не знает наверняка, где искать Теда.

— Значит, ждет, что Даннер придет сам. На исповедь. Нужно всего лишь запастись терпением и немного подождать.

— Немного — вот ключевое слово. Ладно, пока играем по твоим правилам, а если ожидание ничего нам не даст, я позвоню Кэтрин и спрошу, не снабдил ли ее Ху Чанг чем-то таким…

— Нет.

Он усмехнулся.

— Может, и звонить никуда не придется. Когда мы разговаривали по телефону, Кэтрин сказала, что они с Квинном направляются сюда. Она проанализирует ситуацию и примет решение.

Этого и следовало ожидать.

— Ты сказал ей, что у нас наводка на Доннелли.

Галло кивнул.

— Они уже выяснили, что Доннелли учился в колледже во Владосте и принял по окончании имя отца Барнабаса. Сопоставили информацию, вышли на эту церковь и условились встретиться здесь. Квинну, конечно, это все не очень понравится. Думаю, неуступчивость священника придется ему не больше по вкусу, чем мне.

«Эти трое одинаковы, — подумала Ева. — Три бойца с менталитетом, заточенным на достижение практического результата». Нет, это ее бой, и она будет сражаться в одиночку. Конечно, некоторая логика в их рассуждениях присутствует, и принять ее было бы соблазнительно, но…

Но она пообещала Бонни, что будет осторожна с отцом Барнабасом. А значит, и постарается не потревожить его совесть.

— Что ж, тогда мне придется объяснить свою точку зрения. — Ева посмотрела Галло в глаза. — Будем действовать иначе. Невинные не должны больше страдать. Я не меньше тебя хочу найти Даннера, и мы его найдем. Как нам установить слежку за Доннелли? Знаешь надежный способ?

— Мне это не нравится и… — Он не договорил. Нахмурился. — Самый надежный способ — вести наблюдение. Может быть, поставить «жучок» на машину…

— Как это сделать? Где взять оборудование?

— Можно позвонить Квинну и попросить его связаться с местной полицией. — Галло покачал головой. — Нет, не пойдет. С их бюрократией только время потеряем. Лучше купить все необходимое в каком-нибудь специализированном магазинчике.

— Не думаю, что они так уж популярны в здешних местах. По-твоему, в Роме такой найдется?

— Сомневаюсь. Посмотрю по Интернету, но в маленьких городках люди вряд ли шпионят за нянями и проверяют, не балуются ли детишки наркотиками. Где они точно есть, так в Чаттануге, а это совсем близко, рукой подать.

— Так съезди и купи, что надо.

— Думаешь, наш добрый священник лжет, когда говорит, что не знает, где сейчас мой дядя?

— Нет. Судить, конечно, трудно, но не думаю, что он лгал. А вот догадываться все-таки может, так что лучше не рисковать. Как считаешь?

Галло согласно кивнул.

— Мы подобрались слишком близко. Поехали.

Ева покачала головой.

— Нет, поезжай один, а я останусь. — Он открыл было рот, чтобы возразить, но она подняла руку. — Наблюдение, не забыл? Кому-то надо присматривать за отцом Барнабасом.

— А кто присмотрит за тобой?

— Ты же не думаешь, что святой отец нападет на меня в церкви? Вряд ли. У него встреча с какой-то молодой парой, так что к тому времени, как он закончит, ты уже успеешь вернуться.

Какие-то сомнения у Галло, похоже, еще оставались.

— Если он уедет, ты же за ним не последуешь?

— В любом случае позвоню тебе.

— А если вдруг мой дядя явится на исповедь?

— Буду действовать по обстоятельствам. — Она постаралась улыбкой успокоить его. — Так что не беспокойся, поезжай и возвращайся поскорее.