Искупление - Кей Си Кин

— Все, — выдыхает она в ответ, проводя языком по нижней губе, когда мой член в ответ вдавливается в пояс моих штанов.

— Ii vali tutti. — Она не спрашивает, что это значит. Ты стоишь их всех.

Протягивая руку вперед, мои пальцы скользят по нежной коже ее груди, медленно спускаясь к выпуклостям, прежде чем я наклоняюсь и беру в рот ее прелестную розовую вершинку. В ту секунду, когда мои губы обхватывают чувствительную кожу, спина Рен приподнимается над кроватью, и с ее губ срывается стон, который только заставляет меня усилить хватку, прежде чем я вонзаю зубы в ее плоть.

— Черт, — хнычет она, когда я ослабляю давление и облизываю языком то место, которым только что наслаждался.

Она такая чертовски отзывчивая, я люблю это, жажду этого.

С моим членом, жаждущим вылезти из штанов, я отвлекаю себя, прокладывая дорожку поцелуев вверх по ее груди, пока не начинаю посасывать кожу на ее шее. Довольный тем, что оставляю за собой след, я поворачиваю голову так, что нависаю прямо над ней, глядя сверху вниз на ее расширенные зрачки. Она тяжело дышит с каждым своим вдохом, и это только усиливает мое желание поглотить ее еще сильнее.

— Мне просто нужно кое-что уточнить у тебя, — бормочет она, ее слова едва слышны из-за необходимости, стучащей у меня в ушах, но я киваю, чтобы она продолжала. — Насколько весело тебе было на самом деле с твоей хорошей подругой Текилой? — Мои брови хмурятся, но прежде чем я успеваю сказать хоть слово, она прижимает пальцы к моим губам. — Я просто не хочу, чтобы меня обвинили в том, что я воспользовалась тобой утром. Ты можешь пожалеть об этом.

Ее грудь продолжает вздыматься с каждым вздохом, когда она смотрит мне прямо в глаза. Меня поражает, что она не слишком беспокоится о том, что она пожалеет об этом утром; похоже, она ожидает этого от меня, но ее приоритетом является желание убедиться, что я не безрассуден.

Нужна ли мне была тонна спиртного, чтобы помочь с Торресом? ДА.

Нужна ли мне была смелость от выпивки, чтобы прийти сюда? ДА.

Но я здесь только из-за этого? Черт возьми. Нет.

— Я точно знаю, что делаю, Рен. — Я кладу одну руку рядом с ее головой, чтобы сохранить равновесие, а другой провожу по ее боку. Она вздрагивает от моего прикосновения, и по коже бегут мурашки.

— И что же ты делаешь на самом деле?

Ее вопрос заставляет меня усмехнуться, искушение в ее тоне заставляет мой член кричать, требуя внимания, когда я наклоняюсь, чтобы прошептать ей на ухо. — Я беру именно то, что хочу.

Не говоря больше ни слова, я нащупываю ее сердцевину исследующей рукой и чуть не подпрыгиваю на кровати от неистового возбуждения, когда ее бедра раздвигаются для меня.

Святое. Дерьмо.

Она скользкая от моих прикосновений, ее чувствительные складочки влажные от желания, когда я нахожу большим пальцем ее клитор. Нажимая на волшебную кнопку, я провожу маленькими кругами по нетерпеливому бугорку, когда ее руки поднимаются к моим рукам, ее пальцы впиваются в мою кожу, когда она стонет. Я вспоминаю какой она была, когда она сидела между мной и моими братьями, но сейчас она почему-то кажется еще милее.

Я продолжаю дразнить ее складочки, пока она изо всех сил пытается держать глаза открытыми. Я хочу увидеть ее всю, и это нужно мне больше, чем мой следующий вздох.

Сидя на коленях, я продолжаю скользить пальцами по ее киске, в то время как другой рукой снимаю остатки полотенца, которое скрывало ее от меня. Ее шея и грудь раскраснелись, и она мертвой хваткой вцепилась в простыни вместо моих рук.

Медленно я обхожу ее вход, дразня ее, раз, другой, прежде чем глубоко вонзить в нее два пальца, и она произносит своим ртом такое совершенное "О", что я почти кончаю на месте.

— Ты такая чертовски красивая, Bella, — бормочу я хриплым голосом.

— Это несколько приятных слов, Энцо, но мне нужен твой член, чтобы почувствовать эйфорию, — парирует она, заставляя мое лицо расплыться в улыбке.

Не говоря ни слова, я убираю от нее пальцы и встаю в изножье кровати. Я не упускаю из виду, как она стонет и дуется из-за потери контакта, но это только подстегивает меня.

Стряхивая с себя блейзер, я вслепую откидываю его через плечо, прежде чем расстегнуть оставшиеся пуговицы на рубашке. Рен отслеживает каждое мое движение, наблюдая, как дюйм за дюймом ей открывается моя мускулистая грудь. Когда я бросаю ткань на пол, я чувствую, как ее взгляд задерживается на шрамах у меня на животе, но это не тема для разговора сейчас, или, если быть точным, когда-либо еще, поэтому я продолжаю отвлекать ее, расстегивая брюки.

Расстегивая молнию, я смотрю на нее сквозь ресницы только для того, чтобы обнаружить, что лисица играет со своим естеством, наблюдая за мной.

Черт.

Я должен потребовать, чтобы она остановилась, заявить права на ее киску как на мою, и позволять ей получать удовольствие только от моих прикосновений. Но она так чертовски привлекательна. С расширенными зрачками, влажными волосами, разметавшимися по подушке, и разгоряченной от наших предварительных ласк, я никогда не был так заинтригован, наблюдая за тем, как женщина доставляет себе удовольствие, как сейчас.

Скидывая штаны, я стягиваю с ними и носки, но когда я снова поднимаюсь во весь рост, просовывая руки под пояс своих черных дизайнерских боксеров, Рен шаркающей походкой приближается ко мне и останавливает.

— Позволь мне. — От ее слов я застываю на месте, когда она стягивает ткань с моих бедер, ее взгляд прикован к моему твердому члену, когда она облизывает нижнюю губу.

Она не двигается, когда мои боксеры собираются у моих ног, загипнотизированная медленным движением, которым я снова и снова накачиваю свой член. Она на дюйм ближе, ее дыхание касается кончика моего члена, и мне приходится сжать крепче, чтобы остановить покалывание, пробегающее по позвоночнику.

Как только она начинает открывать рот, я подношу свободную руку к ее подбородку, останавливая ее на месте, и качаю головой. — Я хочу избавиться от всех своих проблем в тебе, Рен, и этого не произойдет, если твой рот коснется меня прямо сейчас, — признаюсь я, наблюдая, как ее зубы впиваются в нижнюю губу.

Она не произносит ни единого слова, откидывается назад, опускается на кровать, широко расставляет ноги, приподнимается на локтях и смотрит на меня снизу вверх. —