Окрыляющая - Анастасия Никитина

— Королева! — ахнула Леона, впервые увидев меня при полном параде.

— Мёртвая, — буркнула я, безуспешно пытаясь вдохнуть глубже. — Этот наряд меня удавит вернее всех врагов вместе взятых.

— Не удавит. Раньше всегда так ходили, и ничего. А вам всего пару часов продержаться, — успокоила женщина.

Насчёт «всегда» я сильно сомневалась, но спорить не стала. Стоило поэкономить дыхание: мне ещё предстояло по лестнице спускаться.

— Баронесса Бельфор, Хранительница рубежа, госпожа Беллорна, Рижмы и Артикса, — возвестил дюжий лакей, и передо мной распахнулись двери парадного зала.

Я сделала очередную попытку глубоко вдохнуть, опять потерпела фиаско и шагнула внутрь. Сразу рассмотреть, кто же тут собрался, мне не удалось: спасибо жёсткому воротничку. Задрав нос к потолку, я величественно проследовала к помосту, на котором возвышалось алое кресло, сильно смахивающее на трон.

Слева чуть позади меня шёл начальник стражи, справа — Леона. В таком порядке они и расположились рядом с моим креслом.

— Вы выглядите по — королевски, — шепнула Леона, склонившись ко мне под предлогом расправить мантию. — Такой отрешённый взгляд, такая стать… Кровь сразу видать.

— Замолчи, — уголком рта приказала я.

Женщина послушно отступила. Я незаметно поёрзала, пытаясь устроиться удобнее, и, плюнув на приличия, смяла подбородком проклятый воротничок. Обзор сразу улучшился. «И почему мне это раньше в голову не пришло, — посетовала я. — Не пришлось бы изображать ходячую статую, думая только о том, как бы не наступить на невидимый подол!»

Тут начали распрямляться склонённые в поклонах гости, и лишние мысли резко выветрились у меня из головы. До сих пор я считала, что у меня паршивая армия. Так вот. Я ошиблась. У меня не было паршивой армии. У меня не было вообще никакой армии.

ГЛАВА 26

Собравшимся на вид было от тридцати пяти до пятидесяти. То есть, если сделать поправку на здешнюю продолжительность жизни, в районе девяноста. В принципе вполне нормальный возраст для воина. Я тут как-то случайно узнала, что моему начальнику стражи уже сто тридцать, и ничего. Но вот всё остальное…

Я скользила взглядом по людям, выхватывая всё новые и новые детали. По сути, моё войско можно было бы разделить на две основные группы: павлины расфуфыренные и петухи ощипанные. Первые выделялись обилием разноцветных кружев, торчащих отовсюду, включая ножны и сапоги. Вторые красовались мятыми кирасами, ржавым оружием, а порой и вовсе отсутствием оного.

Впрочем, у этих вояк нашлись и общие черты. У многих кирасы не сходились на талии. Кто-то связал короткие ремешки лентами, кто-то — обрывками верёвок. У большинства лица носили следы застарелого похмелья. И уж точно никто из присутствующих в последние лет десять не утруждал себя физическими упражнениями. Ну, почти никто. Пяток товарищей, относительно похожих на воинов, я всё-таки высмотрела.

— Это что? — я скосила глаза на командира стражи.

— Эм-м… Ваши воины? — неуверенно предположил тот.

— А вы в этом сомневаетесь? — прошипела я. — Какое совпадение. Я тоже!

Высказать всё интересное по этому поводу я не успела. Из беспорядочной толпы, почему-то названной отрядом элитных воинов, выступил один. Судя по обилию кружев и позолоты, дела у него шли очень неплохо.

— Ваша светлость! — с пафосом воскликнул он. — Мы пришли на ваш зов, чтобы подтвердить слово, данное некогда вашему отцу.

— Да? Как интересно. Продолжайте.

Самомнения дядьке хватало, сарказм в моём голосе он даже не заметил.

— Мы пришли, чтобы принести вам вассальную клятву. И в вашем лице вашему будущему мужу…

— Это чтобы два раза не ездить? — хмыкнула я.

— Что?.. Простите, ваша светлость. Я не совсем понял…

— Нет, нет. Продолжайте. Так зачем вы явились?

— Чтобы принести вассальную клятву… — голос болтуна звучал уже не так уверенно. Даже до него стало доходить, что что-то не так.

— А вы так уверены, что я у вас её приму? — приподняла бровь я.

— Но как же… — смешался переговорщик. — Так всегда делали… Это договор… По обычаю… Освящённый временем…

— О, как интересно… — кивнула я. — Продолжайте…

Пока павлин пытался понять, чего от него ждут, я поманила ближе начальника стражи. Тот стоял с перекошенным лицом и явно тоже не больно-то обрадовался уровню своих бывших однополчан, или как тут это называлось.

— Сотник, — вполголоса позвала я, выводя мужика из ступора.

— Да… — очнулся он. — Простите, ваша светлость, задумался.

— Я вот тоже задумалась, — кивнула я. — Поставьте-ка по периметру двора арбалетчиков. Сейчас. И стражу на крыльцо. С алебардами.

— Стражу? — воин покосился на присутствовавший в зале сброд и кивнул. — Понял. Сделаю.

Он отошёл. Я выжидательно посмотрела на павлина:

— Продолжайте же. Не стесняйтесь.

— Что продолжать? — выдавил из себя он.

— О договорах, об обычаях, — подсказала я.

— А… Э…

— Вы подумайте. Сформулируйте. Я подожду, — ободряюще улыбнулась я и поманила к себе Леону.

— Леона, как в нашей стране обстоит дело с наёмниками?

— Войн давно не было. Кто-то уехал, кто-то осел, — отозвалась та. — Но если поискать, найдутся. И недорого станет. Воевать вроде никто не думает. — Тут она смерила меня подозрительным взглядом и добавила. — Пока.

— Молчи уж, провидица, — хмыкнула я и снова посмотрела на павлина. — Как хорошо, что вы вспомнили о вассальных клятвах. Древний обычай. Древний и справедливый, не так ли?

— Да, да… — радостно закричали самые шустрые. Ну, или самые тупые, как посмотреть. Те, кто поумнее, уже нервно дёргали горловины своих одёжек и орать не спешили.

— Сюзерен заботится о своих благородных воинах. Даёт им поместья на своей земле, обязует крестьян на них работать, чтобы обеспечить все нужды… А взамен требует… Что?

— Явиться на зов и пролить свою кровь за господина, если потребуется, — крикнул кто-то из толпы.

— О, как? — с наигранным удивлением воскликнула я. — Как странно. А я думала, вас призывают, чтобы вы проливали чужую кровь. Ошибка, наверное, вкралась в вассальный договор. Я тут на досуге почитала… Очень интересное чтение. И полезное. Всем рекомендую.