Герой моих грез и кошмаров - Лана Ежова

   Оливер, надувшись от гордости, кивнул.

   Наблюдая, как девушка общается с моим ребенком, убедилась, что она кто угодно, но не простая служанка. Слишком свободно себя вела. А, может, сказывалось, что Дарина хороший бытовой маг? Может статься, что она одна держала в порядке целый этаж и получала за это больше, чем я в школе. Хорошие бытовики на вес серебра.

   – Господин Рутшер, обязательно сходите к озеру, на берегу интересные камни попадаются. Вдруг подойдут вам для коллекции?

   – Мама, можно сбегать? - Γлаза сына уже загорелись предвкушением.

   – Можно, но только с Лил, – разрешила я и добавила поспешно: – Не купаться – слишком рано, вода еще не прогрелась.

   Оливер рванул в соседнюю комнату к верной подруге по приключениям.

   – Замечательный у вас ребенок, – мечтательно произнесла Дарина. - Еще и универсал. Вы, наверняка, очень счастливы.

   Я неопределенно пожала плечами.

   Как ни нравилась мне девушка, а говорить на серьезные темы я не хотела. Аламейский посвятил слуг в мою тайну, да, но это была необходимость, и наверняка у придворных, находящихся на службе у короля, нет случайных людей – все дают особые клятвы о неразглашении информации. И все же делиться своими эмоциями с посторонним человеком я не хотела.

   Помогать с вещами Лил не пришлось – она сама разобрала чемоданы.

   – Все мои вещи поместились в углу гардеробной, – весело сообщила она.

   – Позвольте я приведу их в достойный вид после путешествия, - услужливо предложила Дарина.

   – А я уже их выгладила с помощью чар! – довольно сообщила Лил.

   Девчонка, которую я выкрала у бандитов на постоялoм дворе два года назад, была перспективной воздушницей, но обожала бытовые чары. Порой мне казалось, что она играла в них, как маленькие девoчки в куклы.

   Так, многие аристократки никогда не признаются, что могут ставить заплатки, убирать и гладить с помощью магии, будто это принижает их достоинство. Манеры Лил, ее навыки и знания порой убеждали, чтo она из знатной семьи, но потом она как-нибудь чудила – и я убеждалась, что мне все привиделось. Лил – ребенок зажиточных мещан или успешного купца, ее выкрали ради выкупа еще малышкой, но почему-то не вернули родителям. Потрясения серьезно сказались на памяти, и Лил многое забыла, в том числе и своих родных…

   – Кстати, что ты там говорила о нарядах в уголке гардеробной? На днях отправимся в город и купим тебе несколько новых платьев, - невозмутимо заметила я.

   – Джемма, я не хочу, - Лил нахмурилась.

   – Ты скоро станешь студенткой Столичного университета магии, - напомнила я. - Новые наряды необходимы.

   – У меня прекрасные платья, которые пошила портниха из Подгорска!

   Я бросила взгляд на внимательно слушающую нас Дарину и не стала спорить. Потом поговорю с упрямой девчонкой, которая вбила себе в голову, что должна экономить, чтобы не быть мне обузой.

   Когда выходили из комнаты Лил, я попросила служанку:

   – Будьте добры, зайдите ко мне еще на минутку.

   Глаза Дарины напоминали кофейные блюдца, когда вскорe я протянула ей стеклянную баночку.

   – Это подарок. Наносите каждый вечер на кожу лица перед сном – обещаю, вы быстро забудете о веснушках.

   – Госпожа Рутшер, это так неожиданно! – Девушка смутилась. - Не стоит беспокоиться, мне хватает пудры.

   Пудры, которая не подходит по тону и превращает симпатичную девушку в невзрачную мышку.

   – Я настаиваю. Уже после первого применeния веснушки поблекнут.

   – Разве так быстро бывает? – удивилась Дарина искренне.

   – А вы проверьте. - Я подмигнула.

   Любопытство победило,и мой подарок приняли.

   Наделив симпатичную мне девушку самым покупаемым кремом в Подгорске, я отправилась на поиски детей.

   Несколько часов вместе с Оливером и Лил я обходила огромное поместье герцога. На садовый лабиринт лишь посмотрели – управляющий предупредил, чтo на его прохождение могут уйти часы, если свернуть не в том месте. Отложив приключение на другой день, мы немного полюбовались на внешнюю стену из подстриженных тисов и отправились на озеро.

   Белые и черные лебеди плавали бесстрашно у самого берега, не боясь людей. Похоже,их прикармливали. Пообещав Оливеру, что в следующий раз мы придем с угощением, разрешила им с Лил немного поплавать.

   Приготовившись сушить ребят магией, приятно удивилась, когда управляющий лично принес покрывало на землю и пушистые, пахнущие мятой полотенца.

   – Я распорядился, чтобы вам подали обед на затененную террасу, - сообщил Картер.

   – Благодарю.

   Несколькo минут мы наблюдали, как раздетый до трусов мальчишка и предусмотрительно переодетая в купальный костюм девчонка беззаботно визжали, хохотали и брызгали друг на друга водой.

   – Скажите, господин Картер, я ведь могу заменить камеристку?

   – Заменить?.. Но ведь вы ее еще не видели! – поразился управляющий.

   – Верю, что вы подобрали мне замечательного специалиста. Но если это возможно,то я хотела бы чаще видеть Дарину.

   – Дарину?.. - Управляющий закашлялся, пряча удивление и выигрывая время на размышление.

    – Вы простыли летом? Я могу вас подлечить, - любезно предложила я, с азартом ожидая, как он будет выкручиваться из сложившейся ситуации.

   Через несколько секунд живое лицо Картера превратилось в невозмутимую маску – он решил, что нашел выход.

   – Нет-нет, я в порядке. А Дарина… уж простите, но с таким именем прислуги нет. Видимо, вы ошиблись, госпожа Рутшер.

   Я узнала, что хотела,и преспокойно согласилась:

   – Да, слишком много имен, я запуталась,извините.

   Сославшись на срочные дела, Картер поспешно ушел.

   Кто же ты, Дарина? Управляющий понял, о ком я говорила, но предпочел промолчать.

   Фантазия у меня обычно хорошая, но сегодня я слишком устала и достойных вариантов не придумала.

   Обедали мы, как и пообещал управляющий, на террасе. У герцога великолепный повар. Открывающийся с террасы вид усиливал аппетит.

   Оливер и Лил поели быстро и сбежали исследовать земли Аламейского. Я их понимала – имение красиво и чувствуется, что любимо хозяином, но желание присоединиться отсутствовало.

   Ох, Гармония, а ведь все складывается слишком хорошо, чтобы не задумываться над тем, что нас ждет впереди. Не верю я в длинные светлые полосы, они бывают, да, но не у меня. Последние девять лет – это черная лента с