Измена. Право на обман - Арина Арская

Мужчины эгоисты. Все до единого. В большей или меньшей степени. Все эти уничижительные “женщина с прицепом” и “разведенки” родились из мужских уст. Да, редкие экземпляры могут проникнуться великой любовью и принять чужих детей, однако не в моем случае. Саша этому помешает. Неспециально. Он будет частью жизни своих детей, будет напоминать, что он здесь отец и что в моей жизни был другой муж. Любимый муж, а это будет бить по эго моего нового избранника.

И я вполне могу себя поставить на место мужчины. Допустим, я сошлась с другим, а у него сохранились теплые отношения с бывшей женой и он любит своих детей. Да, мозгами я буду понимать, что я должна с уважением отнестись к бывшей, полюбить его детей, но… они будут отнимать внимание и время моего мужа. И это их полное право. Слишком много сил уйдет на притирку, на очередные компромиссы, разговоры и сохранение хрупкого баланса в семье. И ради чего? Ради любви?

А я из тех женщин, что любит раз и навсегда. И я уже полюбила и люблю. Люблю Сашу, пусть эти чувства разъедают меня изнутри ядом. И любовь не всегда про восторг и окрыленность. Она бывает и про отчаяние и про тупик.

— Настюш, помоги с тарелками, — воркует Клавдия и шепчет мне, — а вы сидите. Мы сейчас десертик принесем.

Сидим с Семеном минуты две в тишине, и он говорит:

— Меня подставили.

— И меня, — вздыхаю я.

— Если честно, я хочу уйти, — Семен недовольно цыкает. — Меня ваш взгляд пугает.

— Иди, — медленно моргаю. — Я вот не могу уйти, мне надо еще маму отвезти домой.

— Сильно вас приложило после развода, — он щурится.

— А вас нет?

— Без обид, но я будто вторую молодость проживаю, — пожимает плечами. — Старший сын в универе, младшая в этом году среднюю школу заканчивает.

— А о жене ни слова, — хмыкаю я. — У тебя, может, после развода молодость, а ее могло и приложить. Ей ведь тоже почти сорок, как и тебе, да?

— Да.

— Женщине в сорок не позволят быть молодой, — слабо улыбаюсь. — Мужчинам постарше даже позволено найти девицу, которая будет годиться им в дочери, чтобы наверняка прочувствовать юность, а женщине — нет.

— С моей женой все в порядке, — в глазах пробегает тень раздражения.

— Почему развелись?

— Не сошлись характерами.

— Это отмазка для тех, кто и года не пробыл в браке, но не для тех, кто почти двадцать лет прожил вместе и воспитывал детей, Семен, — спокойно говорю я. — Можешь не отвечать на мой вопрос.

— Часто люди решают разойтись, — Семен постукивает пальцами по столешнице.

— Но что-то толкает к этому решению.

— Зачем вам знать причину?

— Нам не по восемнадцать лет, чтобы сейчас сидеть и говорить, например, о своих хобби и впечатлять друг друга. Развод - это часть нашей жизни, наших личностей и прошлого, настоящего.

— Наш брак изжил себя, — глаза Семена пустые.

Подпираю лицо ладонью.

— Вторая молодость обманчива, Семен, — слабо улыбаюсь. — Она сладкая, но обманчивая. И эту вторую молодость можно было прожить с женой.

— А что насчет тебя? — откидывается назад и с ожиданием изгибает бровь.

— Муж изменял.

— И выбрал любовницу?

— Нет, — качаю головой. — К большому разочарованию любовницы.

— Выбрал тебя, но случился развод?

— По моей инициативе.

— И ты об этом жалеешь?

— Сожалеть можно лишь в том случае, если мог поступить иначе, — горько усмехаюсь. — А я не могла поступить иначе.

— Я понял кое-что, — Семен неожиданно хмурится. — Я чувствую себя некомфортно, потому что также на меня смотрела жена.

— Тогда у нее все плохо.

— Насколько плохо? — обеспокоенно спрашивает Семен.

— А какое тебе до этого дело? — недобро щурюсь я. — У тебя вторая молодость, а жена загноила в браке. И, возможно, ее тоже потащили знакомить с каким-нибудь одиноким мужчиной, чтобы он развеял ее тоску…

Встает, опершись кулаками о стол, и в лживом изумлении вскидываю бровь:

— Что это? Ревность?

— А вот и десерт, — на веранду выплывает Клавдия с пышными пироженками, а за ней мама с подносом, на котором стоят чайные фарфоровые чашки.

— Мам, извини, но мне пора, — Семен бегло целует ее и торопливо шагает прочь.

— Но…

— Что ты ему сказала? — мама с тревогой смотрит на меня. — Ева… На пару минут оставили.

Перевожу быстрый взгляд с экрана смартфона на маму:

— На шесть минут. И мы с Семеном мило побеседовали. А теперь давайте пить чай.

Глава 45. А если...

— Я просто подумала, что Семен… мужик серьезный, и дети у него уже взрослые… — тихо оправдывается мама.

— Ма, — стискиваю баранку руля, — пожалуйста, прекрати. Не пытайся выдать меня замуж. Такая тактика со мной не сработает.

— Тебе надо отвлечься, — встрепенувшись, заявляет она. — Может, на свидание сбегать?

— Да ты что?

— Одеться красивенько, накраситься, надушиться… Ладно, замуж подождет, но развеяться надо.

— Мам, я в положении. Мне не до свиданок…

— Но живота еще не видно…

Разворачиваюсь к ней и приподнимаю бровь.

— Ты в депрессии, — она хмурится, — а женщине важно мужское внимание. Понимаешь?

— Я обескуражена, мам.

— Не надо ни с кем сразу в койку прыгать, но пообщаться, позаигрывать, — она кокетливо ведет плечиком. — Переключись с Саши.

Нарастает желание схватить маму и потрясти, чтобы она пришла в себя, но я понимаю, что она в панике и очень боится за меня, а спасти меня, по ее мнению, меня может лишь мужчина. Возможно, отчасти она сама переживает со мной развод, и не знает, как быть дальше.

— Ты хочешь вернуться к Саше? — шепчет она, и я замечаю в ее глазах быструю тень осуждения.

— Так ты пытаешься меня под мужиков подложить, чтобы я к Саше не вернулась?

— Я не хочу, чтобы все потом повторилось, — она зло хмурится. — Ева, как отец он, может,