Два часа до лета - Маша Брежнева

Денис

Я не имел права оставить её одну в таком состоянии. Диана не может нянчиться с Миркой весь день, а одна эта девчонка просто будет валяться в кровати и даже не подумает температуру померить. Думала, скроет всё от меня, а я про её простуду ничего не узнаю? Да как бы не так!

Волнуюсь за нею, искренне волнуюсь. Поэтому первым делом, когда приезжаем ко мне, я даю ей градусник, а она разбирает рюкзак и переодевается. Только сейчас замечаю, что захватил ту самую футболку с мультяшками, которая была на ней в день нашей первой встречи в Белгороде. Странно, что я помню это, обычно такие мелочи вылетают из головы уже через полчаса. А тут прошло уже полтора года, а я с приятными для себя эмоциями узнаю эту футболку.

Заглядываю в свой шкаф, думая, что и мне надо бы что-нибудь домашнее надеть, и первой вытаскиваю одну из своих многочисленных белых футболок. Но когда разворачиваю ее, сразу закипаю. Эти воспоминания в отличии от тех, что были в голове минуту назад, вызывают отторжение. И чуть ли не тошному. Отвратительная картина мгновенно застилает глаза, и хочется убежать от себя самого.

Белую футболку с надписью «Just feeling it» подарила когда-то бывшая. Надпись клёвая, да. Но я не хочу чувствовать ничего. Особенно эти воспоминания. Футболку давно пора превратить в тряпку для пыли, хоть она и не виновата, что её дарительница такая…

Мира замечает, как я мрачнею, правда, не решается заговорить со мной, спросить, в чем дело. Вижу, что она начинает нервничать из-за моего вида. Я злюсь на то, что позволяю ненависти внутри меня брать верх над другими чувствами, но не могу быстро вернуться к позитивному боевому настрою. Захожу на кухню и умываюсь холодной водой из крана, отчаянно растирая щеки. Только это и приводит меня в себя.

Надеюсь, Мирчик не подумает, что этот перепад настроения из-за неё, из-за её болезни. А то ещё успеет нафантазировать, что я из жалости притащил её к себе, а на самом деле, мне не до этого. Я возвращаюсь к девушке в комнату, со второго раза извлекая из шкафа нормальную футболку, затем проверяю градусник Миры – температура не поднялась. Ну хоть что-то хорошее. Но её нос уже успел покраснеть, а глаза слезятся от очередного «приступа» насморка.

Я тянусь к рюкзаку и достаю оттуда пакет, который купил в аптеке. Противовирусное, спрей, витамины. Я не сам выбирал наугад, а позвонил маме – она профи, фармацевт. Так что за свою терапию не опасаюсь. Буду ставить Миру на ноги.

- Ты ела что-нибудь? – спрашиваю без особой надежды на хороший ответ.

Мира отрицательно качает головой.

- Так и знал. Бери ноут, ищи кино какое-нибудь. И приходи ко мне на кухню.

Конечно, шведского стола не обещаю, но соорудить что-нибудь сумею. Через десять минут мы садимся завтракать, и несмотря на обеденное время, за сегодня это первая наша еда. Мира ставит то, что обычно называют «нежнятинкой». Очень музыкальная и ненапряжная история, поэтому я не особо вникаю в смысл, предпочитая смотреть на Миру. Сейчас, после спрея, её нос продышался, ей стало немного полегче. Она больше улыбается и тоже поглядывает на меня. Я благодарен ей за то, что она не спрашивает про мой псих из-за футболки. Уверен, она запомнила, просто не хочет лезть в душу. И сейчас это действительно не нужно.

- Я буду спать на коврике в ванной? – вполне серьёзно спрашивает она.

- Что за ерундовые мысли?

- На всякий случай, чтобы меньше дышать на тебя бациллами.

- Мирчик, я не боюсь твоих миленьких бацилльчиков. Не веришь? Я докажу.

Тянуть к ней и целую. Быстро, но мы оба успеваем почувствовать лёгкое желание продолжить. И я был бы очень рад, конечно. Не отрицаю, что смотрю на неё и хочу. Это особенные ощущения: нет того, что я называю «животной страстью». Того самого грубого желания опрокинуть на диван и без всяких церемоний взять.

С ней так нельзя. С ней так и не хочется. Она – нежная и уютная, и мне самому нужна её нежность. Я и привёз её сюда не ради секс-марафона, ей не до того сейчас. И не надо.

Мы весь день валяемся вместе. Смотрим фильмы, показываем друг другу старые фотки в телефонах, позже готовим ужин. Когда вечером Мирчик выходит из душа, мы решаем наконец улечься спать, потому что сон – лучшее лекарство.

Она ложится рядом, поворачиваясь спиной, а я притягиваю её ещё ближе, обнимая одной рукой. Какое же это кайфовое чувство, когда поверх моей ладони ложится маленькая аккуратная ладошка! Так важно знать, что кому-то ты по-настоящему нужен.

А этот кто-то, кажется, становится по-настоящему нужен тебе.