Развод под новый год - Алина Савельева

Сергей схватился за голову и забегал по сараю, ругаясь на Настю и на себя, за то что с нами связался.

— Сережа, — решила я немного его успокоить, — вернется он, это же пёс! Они верные!

— Да знаю что вернется! Только каждый его загул — скандалы с соседями! То кур придушит, то забор прогрызет, то … алименты с меня требуют спустя время. Как бы не было жалко Сергея и Мелкого, мы с Настей расхохотались, представив себе эти разборки соседей с двумя виновато опущенными головами, одна из них пушистая и довольная.

— Так, пойдем по соседям пройдемся. Поздравишь с наступающими, отвлечёшь, а мы по сараям пробежимся, поищем Мелкого.

— Правда? Поможете? Если он опять у Светки, мне конец! — обрадовался Сергей, снаряжая нас на дело и инструктируя как его пса заманивать, когда найдем.

— Жалко следы заметает быстро, нашли бы сразу, если не метель. Ладно, мы Димку берём, ты гостинцы соседям, — решила Настя, примеряя еще пару валенок и тулуп. Даже для Димы нашла экипировку. Заботливая Чума.

***************************************

ОТ Алексея

По дороге мело так, что видимость была практически нулевая. «Ничего, Родная, я по приборам до тебя доберусь» — мысленно пообещал я Иришке.

Я уже видел немногочисленные огни поселка впереди, появляющихся в белом кружащем полотне, когда меня занесло. Вроде и не резкий поворот и пока еще не сильно засыпало дорогу, но видимо поймал ямку и машину потащило в сугроб на обочине, который сдержал немного, не дав мне, свалится в кювет кверху задом.

Минут десять безрезультатно пытался дозвониться хоть до кого-нибудь. Даже рыбаку этому скрипя зубами набрал, но то никто не ответил. Связь есть, гудки идут, но меня наглым образом все игнорят.

Откинувшись в кресле, пытался прикинуть смогу ли пройти в такую погоду пешком, судя по навигатору, осталось немного. Жаль, в моей машине ничего лишнего нет, только зарядка, перчатки да солнцезащитные очки. Не самый удачный набор для экстремального марш-броска.

Включив аварийку и закрыв машину, побрел в сторону деревни. Кутаясь в тонкое пальто и задрав воротник, вспоминал, как Иринка меня всегда ругала, что хожу нараспашку и без шапки. Любит, значит, обиделась, конечно, на меня за все мои косяки, но раз любит, не отдам и не отпущу.

Перекрутив раз сто предстоящий разговор с женой в голове, уже практически был в ста метрах от первых домов. Вот только телефон сел или просто от холода вырубился, и куда идти дальше я не знаю.

Решил дойти до первого дома, где будет гореть свет в окнах и спросить где живет этот браконьер, рыбачащий в чужом пруду. Неожиданно на меня выскочил огромный белый пес, если бы бежал на задних лапах, я бы его за Ети принял.

— Я не вкусный! — на всякий случай предупредил я зверину, как оказалось совсем голос пропал.

Так что он наверняка и не слышал, что я там просипел. Собакен оказался дружелюбным, и весело прыгая около меня, виляя хвостом, всячески призывал меня поиграть с ним.

— Не видал ли где на свете ты царевны молодой? — проскулил я, выбивая из себя последние.

Пес меня понял, конечно же, но ответил на своем. Завыв мне в ответ и задрав нос к небу.

— Да, старик, такая же тоска на душе. Тоже готов выть на луну, только задницу бы в тепло определить. Видишь подошва какая тонкая на ботинках?

Повертев окоченелой конечностью, на пятке, пожалел, что стильную обувь не делают еще и теплой. Комфортно, красиво, но холодно. Не для прогулок про сугробам такие штиблеты.

— Дом твой где?

Услышав слово «дом», пес радостно закружил и помчал в деревню, так что пришлось за ним бежать. По пути пытаясь объяснить самому себе, зачем мне идти именно к этому блохастому в гости. А вдруг он потерялся? Глядишь, верну балбеса, хозяева, из благодарности, разрешат отогреться и помогут Иришку найти.

Воодушевленный таким планом, даже второе дыхание открылось, с хрипами в бронхах, но все же открылось! Бежал за виляющим белым хвостом, уже из последних сил. Добравшись до своей, видимо будки, пес жалобно заскулил, принявшись отрывать занесенный снегом вход. Я нашел его цепь и минут десять пытался застегнуть ему ошейник. Мало того руки замерзли, так он еще и не давался мне, прыгая и заваливая меня в сугроб.

В доме горел свет, но сколько бы я не стучал по всем окнам и дверям, никто не открывал. Решив, что даже если меня сдадут в полицию за то что вломлюсь к ним в хату, т я все равно успею согреться пока за мной приедут. Или даже объясниться позволят. Дверь оказалась не заперта и я, большим снежным комом, как снеговик, вкатился в сени.

Докричаться до хозяев я конечно не мог и кое как извлек себя из примерзших ко мне ботинок и пальто, завалился без приглашения.

В комнате был разгром, как после бомбежки. Или тут скандалили и били посуду, или тут была Настя. Судя по перьям на диване, я попал по адресу. Спасибо белый Бим, такое же ухо.

И где все? По койкам разбрелись? Злость и ревность закипели во мне, молниеносно разносясь по венам вулканической лавой. Разогревая мои обледеневшие конечности. Кстати о них, где в этом домишке горшок? Надеюсь не во дворе.

Воевать, не удовлетворив физиологические потребности будет неловко, поэтому первым делом я отправился искать удобства. Разглядывая интерьер туалета, который на мое счастье оказался в доме, приметил на батарее женские трусики. Ну как трусики… нормальные такие парашюты. Зацепив их двумя пальцами, повернулся к двери, собираясь показать Иришке, что у нее весьма внушительной комплекции конкурентка. Но едва я открыл дверь как нос к носу столкнулся с грозной старушкой, вооруженной топором.

— Ты зачем мои трусы схватил, ворюга? — прищурив глаза и поджав губы, бабушка воинственно продемонстрировала мне свое оружие, — выходи и выкладывай из карманов все, что своровал! Весь дом разгромил, паразит!