Пленница страсти - Николь Джордан

Не успела Аврора подумать об этом, как вдалеке замаячила знакомая фигура в голубом пальто. Даже на таком расстоянии Аврора узнала его и невольно выпрямилась в седле. Ее сердце учащенно забилось. Прошло уже два дня с тех пор, как Николас покинул ее спальню. Два дня она волновалась о нем и размышляла о том, как поступить. Аврора злилась оттого, что он не давал о себе знать, и еще больше злилась на себя за то, что постоянно о нем думала.

Подъехав к ним, Николас остановился и вежливо поклонился. Он выглядел просто великолепно в идеально подогнанном по фигуре голубом пальто, темно-желтых бриджах и начищенных до блеска сапогах. По его лицу было видно, что ситуация кажется ему забавной.

— Доброе утро, леди. Могу я выразить свой восторг по поводу ваших скачек?

Аврора почувствовала, как ее лицо заливает краска. Ей было стыдно оттого, что кто-то увидел, как она скачет, словно мальчишка, но еще больше она стыдилась из-за того, что этим «кем-то» оказался Николас. Она не только дала ему повод думать, что она не может научить его сестру изысканным манерам, но и вела себя с беспечностью, за которую недавно бранила его самого.

Рейвен же об этом не задумывалась.

— Это было прекрасно, да? У Авроры самые лучшие лошади, и она просто чудо, ведь она позволяет мне ездить на них.

— Просто чудо, это ты верно заметила, — согласился с сестрой Николас, глядя на Аврору.

Когда его взгляд скользнул по ее фигуре в амазонке сливового цвета, Аврора покраснела еще больше. Она была рада, что в этот момент подъехали конюхи.

Ирландец даже виду не подал, что знает Ника, но Рейвен тут же выболтала, что они уже встречались, и предложила обсудить, как лучше убедить всех, что Николас — это Брендон.

Вместе они продолжили прогулку вниз по Роттен-роу. Оба конюха держались немного позади. В соответствии с планом Рейвен спросила «мистера Деверилла», нравится ли ему в Лондоне. И он тут же рассказал им веселую, только что выдуманную историю о том, как в его комнату доставили чужой багаж и ему пришлось жаловаться хозяину отеля на то, что одежда абсолютно не подходит ему по размеру.

Аврора с завистью слушала, как легко и непринужденно разговаривают Николас и Рейвен, ведь сама она не могла заставить себя вымолвить ни слова.

В это время внимание Рейвен привлекли две девушки, ведущие своих лошадей по узкой тропинке.

— Это Сара и Джейн, — сказала она. — Прости, Аврора, но мне нужно поговорить с ними.

Она бросила на Николаса заговорщический взгляд.

— Была рада пообщаться с вами, мистер Деверилл.

Николас вежливо приподнял шляпу.

— И я, мисс Кендрик.

Рейвен поскакала прочь, и О'Мейли последовал за ней, словно тень. Аврора не успела придумать ничего, чтобы задержать ее — не было ничего необычного в том, что Рейвен хотела поговорить с подругами. Аврора осталась наедине с Николасом. Обернувшись, она поняла, что ее конюх был далеко позади.

— Моя сестра предоставила нам возможность поговорить с глазу на глаз, — сказал Николас, словно читая ее мысли.

— Не понимаю, зачем это нужно.

— Не понимаешь? Рейвен считает очень романтичным то, что на пути наших отношений появились препятствия, и хочет помочь исправить ситуацию.

— Рейвен вовсе не романтическая натура.

— Я бы так не сказал. В любом случае, она переживает из-за того, что ты так одинока. Она думает, что нам лучше жить вместе.

— Я вижу, мне нужно серьезно поговорить с ней, — пробормотала Аврора.

— Мне тоже нужно поговорить с ней о ее поведении. Представь себе мое удивление, когда я увидел вас, скачущих, словно парочка индейцев по прерии.

Он неодобрительно покачал головой, но в его голосе слышался смех.

— Я ожидал подобного от Рейвен, но ты, дорогая…

— Не нужно винить Рейвен, — нехотя проговорила Аврора. — Это я виновата. Я предложила ей состязаться.

— Ты?

Ник удивленно поднял брови.

— Хочешь сказать, что ты подаешь моей сестре дурной пример, вместо того чтобы учить ее правилам приличия?

— Я знаю, что мне не нужно было делать этого, но кони хорошо отдохнули и вокруг никого не было… И кроме того, лошадям нужно тренироваться.

Николас с интересом разглядывал ее.

— По-моему, я нашел в тебе скрытый порок.

Верховая езда была ее страстью и грехом. Лошади позволяли ей почувствовать себя свободной, забыть о правилах приличия и строгих рамках, в которые ее, как вдову, загоняло общество.

— Женщине, которая носит траур, и так очень мало позволено, — начала защищаться Аврора.

— Значит, отправляясь в парк, ты позволяешь себе немного расслабиться?

— Это не так уж плохо!

— А я и не говорю, что это плохо. После скачки твои щеки разрумянились, глаза блестят… Ты очень соблазнительна.

Его взгляд скользнул по ее телу, голос стал глухим и чувственным.

— Ты выглядишь так, словно только что встала с постели после ночи, проведенной со мной.

Аврора покраснела, не зная, что ответить.

— Это лишний раз подтверждает то, в чем я и так не сомневался.

— И что же?

— То, что, несмотря на свою сдержанность, ты страстная женщина.

Ее поразило то, как откровенно он говорит об интимных вещах, но она не могла отвести от него взгляд.

— Твои глаза такого необычного ярко-голубого цвета…

Не понимая, как он может сейчас видеть ее глаза, Аврора поднесла руку к траурной вуали, покрывавшей лицо, и поняла, что ее сдуло ветром. Она раздраженно опустила вуаль, скрыв лицо от его взгляда.

— Как жестоко не позволять мне любоваться тобой, — со смехом заметил Николас. — Мне приятно смотреть на тебя.

— Чем ты занимался эти два дня? — спросила Аврора, пытаясь сменить тему.

— Так, значит, ты скучала по мне?

Аврора недовольно взглянула на него и тут же вспомнила, что он не может видеть ее лица.

— Я просто боялась, что ты опять ввяжешься в какую-нибудь историю.

Он усмехнулся.

— Что заставляет тебя думать обо мне так плохо?

— Что?

Аврора чувствовала, что от его обаяния ее холодность начинает таять, и ей это не нравилось.

— Я хотел раздобыть рекомендательное письмо, но из-за того, что Вайклиффа сейчас нет в городе, мне приходится нелегко. Твои соотечественники смотрят свысока на нас, американцев, даже если мы лоялисты.

— Может, они относились бы к тебе немного лучше, если бы ты действительно был лоялистом.

— Или если бы в моих жилах было больше дворянской крови. Думаю, мне нужно найти кого-то, кто сможет представить меня в высшем свете. Пожалуй, мне придется воспользоваться твоей добротой и попросить тебя сделать это.