Настанет день - Дженел Тейлор

— Вот, сейчас тебе будет полегче, — сказал Тай, приблизившись к ней. Раскрыв футлярчик, внутри которого оказалась аптечка, он извлек из неё иголку и вату.

Кэмми испуганно отшатнулась. Но испугалась она не простейшей хирургической манипуляции и даже не возможной и неизбежной боли, а — совсем другого. Опасной близости Тая, который устроился на диване рядом с ней так, что их бедра соприкоснулись.

— Дай руку! — потребовал он.

Сердце Кэмми бешено колотилось, а дыхание почти остановилось.

Тай смочил клочок ваты спиртом, протер иголку, а потом, взяв Кэмми за руку, протер спиртом раздувшийся палец. Кэмми невольно ойкнула.

— Больно?

— Нет, скорее страшно, — признала Кэмми.

— Не смотри.

Кэмми отвернулась и уставилась в окно. Но в следующую секунду её словно током ударило: Тай опустил её ладонь на свое твердое бедро. Еще через мгновение палец её пронзила острая боль — кончик иглы проткнул насквозь её налитый кровью ноготь.

Закусив губу, чтобы не закричать, Кэмми вдруг с изумлением почувствовала, что боль начала потихоньку отступать. Смахнув с глаз слезы, она посмотрела на Тая, и встретилась с его серьезным взглядом.

— Очень больно было? — спросил он.

— Нет, нет, — поспешно помотала головой Кэмми. — Вполне терпимо.

— Но ты плачешь…

— Ничего подобного! — возразила Кэмми. — Просто я отчаянная трусиха. — Потупив взор, она увидела свой окровавленный ноготь, и у неё тут же закружилась голова. Кэмми всегда боялась вида крови.

— Кэмми…

Боже мой, неужели я потеряю сознание? — вихрем пронеслось в её мозгу.

Последнее, что увидела Кэмми, было встревоженное лицо Тая…

Она очнулась от ощущения прохлады на лице, и, поднеся руку ко лбу, поняла, что на нем лежит влажная тряпочка.

— Кэмми…

Из тумана выплыло лицо Тая. И вдруг она осознала, что лежит на его кровати. Кэмми Она поняла, что Тай перенес её в спальню на руках, и тут же от стыда щеки её запылали.

— Прости, Тай, мне очень стыдно, — прошептала она.

— Это я виноват, — сказал он. — Нужно было отвезти тебя к врачу. Господи, как ты меня напугала!

— Со мной такое бывает, — попыталась успокоить его Кэмми. — Не обращай внимания.

— Может, я все-таки вызову врача?

— Нет! — Кэмми попыталась приподняться. — Ни в коем случае! — И вдруг её охватила такая слабость, что она снова без сил откинулась на подушки.

— Я принесу воды, — вызвался Тай и вышел. Оставшись одна, Кэмми вдруг с ужасом обнаружила, что её блузка расстегнута донизу. Левая рука Кэмми метнулась к груди. Слава Богу — лифчик на месте!

И тут же Кэмми устыдилась собственных мыслей. Как она могла заподозрить Тая в подобных намерениях? Ведь как женщина она его, безусловно, не интересовала, а блузку он расстегнул просто для того, чтобы ей было легче дышать.

Успокоившись на этом, Кэмми подняла правую руку, чтобы посмотреть на результаты проведенной Таем операции. Палец казался иссиня-черным, но опухоль спала и боль утихла. Кэмми могла даже сгибать его.

На пороге появился Тай, и Кэмми поспешно запахнула полы блузки. Заметив её судорожное движение, Тай улыбнулся.

— Извини, я просто хотел, чтобы тебе было легче дышать, — пояснил он. — Я уже собирался расстегнуть лифчик, когда ты очнулась.

— Это ты меня извини, — промолвила Кэмми. — И — спасибо, палец уже почти не болит.

— Вот видишь, а ты боялась, — сказал он и поставил на тумбочку стакан воды. Взгляд его упал на неплотно задвинутый ящик — виновник злоключений Кэмми. Тай выдвинул ящик и достал стопку бумаг, которая так заинтересовала Кэмми.

— Ты успела его почитать? — осведомился Тай. Голос его звучал спокойно, без тени гнева или раздражения.

— Нет.

— Ты испугалась, что я тебя застигну на месте преступления и, торопясь задвинуть ящик, впопыхах прищемила палец. Так?

— Да, — призналась Кэмми. — Так что поделом мне.

В ответ Тай только покачал головой, словно выражая несогласие с ней.

— Так ты пишешь сценарий? — спросила Кэмми. — А про что?

— Я же тебе сказал — я занимаюсь торговлей недвижимостью.

— Тогда чей это сценарий? — спросила Кэмми, поглядывая на листы бумаги в его руке. — Отпечатан он, похоже, совсем недавно. Я готова держать пари, что ты его сам сочинил.

— Ну и что, если я? — с вызовом спросил Тай.

— Да ничего, — Кэмми пожала плечами. — Почему бы и нет? Нанетта ведь тоже писала сценарии, так что, наверно, ты по её стопам пошел.

— Не говоря уж о том, что мне некуда девать свободное время, — добавил Тай.

Кэмми кинула на него подозрительный взгляд; не шутит ли он? В глазах Тая плясали веселые огоньки. Кэмми улыбнулась.

— Господи, как я рада, что мы снова встретились! — вдруг, сама того не ожидая, выпалила она.

Возможно, успей они снова возобновить прежние отношения «старшего брата» с «младшей сестренкой», и не будь оба столь одиноки, им и удалось бы избежать того, что случилось несколько минут спустя.

Однако неосторожное восклицание Кэмми, подкрепленное выражением щемящей тоски в её прекрасных изумрудно-голубых глазах, сразило Тая наповал. Черты его лица смягчились, он поднял руку и осторожно, с величайшей нежностью, погладил Кэмми по щеке. От неожиданности и полноты чувств сердце её затрепетало.

— Я даже не представлял, насколько по тебе соскучился, — произнес он внезапно дрогнувшим голосом.

Кэмми, не ожидавшая с его стороны ни таких слов, ни проявления чувств, просто растаяла. Позабыв о том, что она актриса и должна уметь владеть собой, она посмотрела на Тая взглядом, полным такой любви и нежности, что Тай, судя по участившемуся дыханию, безошибочно прочитал его. Однако он все ещё колебался.

— Кэмми… — пробормотал он.

— Ты меня не поцелуешь? — услышала Кэмми, словно со стороны, собственный голос.

Тай, казалось, не поверил своим ушам.

— Да, — прошептал он, встряхнув головой.

И склонился над ней. Кэмми так и обдало жаром от его тела. Разжав пальцы, она отпустила полы блузки и прикоснулась к груди Тая. Ее так и подмывало сорвать с него рубашку и прильнуть к его голой груди губами, прижать её к своим обнаженным грудям.

В следующее мгновение их губы слились в поцелуе, о котором Кэмми мечтала со времени той незабываемой ночи. Однако поцелуй длился недолго. Тай вдруг отклонился и прошептал:

— Господи, что мы делаем? Я просто сам не понимаю, что на меня нашло. Скажи, Кэмми, это ведь сон, да?

— Не знаю, — прошептала она. — Я ничего не знаю. — Обеими руками она обвила его за шею, прижимая к себе. «Я хочу тебя, Тай! — подумала она. — Я хочу тебя, Боже, как я тебя хочу!»