(не) Желанная для генерала-дракона - Василиса Лисина

И если Изар может заглянуть ко мне в голову, то проблем быть не должно. Он увидит подтверждение тому, что я попала в это тело случайно.

Щёлкают замки, открывается скрипучая дверь, и в помещение входит Изар. Движением руки он подвешивает шарик света под потолком, подходит ко мне.

Открывает замок решётки, заходит в камеру. Я встаю с лавки, порываясь навстречу. Но останавливаюсь, увидев холод и недоверие в глазах дракона. Сразу не чувствую уверенности, что смогу объясниться.

Мы становимся друг напротив друга и долго молчим. Я стараюсь собраться, а муж изучает долгим внимательным взглядом моё лицо. Наконец, Изар начинает.

— Ты шпионила на клан Нерритов, — скорее утвердительно говорит он.

— Я не знаю, — шепчу я.

К горлу подкатывает солёный комок. Я правда не знаю, я ничего подобного не делала, но сейчас любые оправдания будут звучать так жалко…

— Это как? Шпионила, не зная, на кого? — хмыкает Изар.

— Сложно поверить, но это была не я, — горько улыбаюсь.

— Не ври мне, — рычит Изар, делая шаг ко мне.

Закрывает меня своей огромной тенью, нависает скалой. Чувствую себя маленькой и беззащитной рядом с ним. Но не верю, то в этой скале нет даже маленькой трещинки сомнения.

— Это твой почерк. Твоя печать. И в письмах то, что могла знать только ты, — чеканит он слова.

— Это была не я. Я не Дарина, — твёрдо смотрю ему в глаза.

Глава 34

Произношу, а у самой грудь сжимают тиски. Поймёт ли, поверит ли? Изар хмурится и ждёт дальнейших объяснений. Воздух между нами будто звенит.

Или это у меня в ушах звенит от напряжения. Страшно…

— То, что я сейчас скажу, может показаться бредом. Но ты можешь заглянуть ко мне в мысли и убедиться, что это правда, — убеждаюсь, что Изар внимательно и без скепсиса меня слушает, и продолжаю: — Я жила совсем в другом месте, в другом мире. И в один день очнулась в теле Дарины. В тот день, когда ты обнаружил настойку пустоцвета.

Изар прищуривается, кажется, вспоминает.

Я должна до него достучаться, иначе никак. Сейчас на кону не только моя жизнь, но и жизнь малыша.

— Если ты подумаешь, то поймёшь, что с этого дня характер твоей “жены” поменялся, — я вглядываюсь в его глаза, пытаясь понять, верит он мне или нет.

— Допустим. Ты понимаешь, что я не собираюсь верить тебе на слово? — его лицо непроницаемо. Как с каменным истуканом говорю.

— Конечно. У тебя там есть письма Дарины. С того дня, как я в её теле, я не писала никому и ничего. Я просто хотела…

— Развестись? — хмыкает Изар.

Я киваю, отвожу взгляд и закусываю губу.

— Ты поначалу пугал меня, — признаюсь я.

Но выговорить то, что потом я влюбилась вот в эту его грубоватую манеру проявлять заботу, внутреннюю силу, да даже в эту скалоподобность, я не могу. Признаться в этом страшнее, чем в том, что я попаданка.

Мы молчим пару мгновений.

— Как тебя зовут? — нарушает тишину дракон.

— Не помню. Я не всё помню из своей жизни в том мире. И не всё помню из жизни Дарины, — шепчу я, потому что голос срывается.

— Я хочу тебе верить, Дара, — Изар касается пальцами моей щеки, проводит вниз до шеи. — Но всё это звучит как слишком удобное оправдание. И доказательств нет.

— Я… понимаю… — пытаюсь проглотить горький ком в горле. — Слушай, Изар, а, может, в вашем мире были такие случаи? Когда магия у человека вдруг менялась?

— Дарина, я могу снова постараться проявить твои мысли, — хрипло говорит дракон. — Но это будет больно.

В его глазах чуть светится огонёк сочувствия. Он мягко поднимает мой подбородок и слегка надавливает большим пальцем на губы.

— Я… согласна…

Он заглядывает мне в глаза, я чувствую, как неимоверно сдавливает виски, меня пронзает боль, от которой, кажется, мозг вот-вот взорвётся. Кажется, у меня вырывается крик, и я отключаюсь.

Велира стоит у окна и рыдает. Я понимаю, что всё, я выиграла. Утёрла нос этой задаваке, которая всю жизнь презирала меня за то, что у меня не было магии.

Больше никаких сочувствующих взглядов и будущего с каким-то второсортным аристократишкой. Теперь я, а не Велира, стану женой генерала, претендующего на место Правителя.

А всё благодаря одной счастливой встрече с таинственным брюнетом во время отдыха на море. Он рассказал мне о потрясающих возможностях, о том, как Я, такая красивая и потрясающая, достойна жить. И буду жить, если выполню его просьбу. Всего одну. Может, две.

Неважно! Я готова сделать что угодно!

Остаётся всего ничего — вовремя пить настойку пустоцвета и время от времени зелье, пробуждающее во мне магию полёта. И главное — никому и никогда не позволять проверять свою магию.

Открываю глаза уже на скамейке. Изар стоит надо мной. На его скулах играют желваки, а взгляд ледяной настолько, что по моему телу бегут мурашки.

— Я не смог пробиться сквозь твой блок, Дарина, — говорит он. — Я должен решить, что с тобой делать.

— Изар… — я замолкаю и хмурюсь.

О чём-то ещё я хотела сказать, но в голове каша, шум и сложно сосредоточиться на