Сети Поднебесья - Софья Вель

Зачарованный выдох выдал явный восторг гостьи, едва они только переступили порог. Как и библиотека замка, кабинет имел два этажа, верней по всему периметру тянулся балкон, подпираемый витыми лестницами. Стены до самого потолка занимали полки с книгами. Потолок был картой звездного неба. Но главным украшением комнаты было окно. Огромное и круглое, оно Оком взирало на небесный простор.

— Нравится? — Уже зная ответ наперед, растеклась в улыбке Фиби. Солео только покивала головой, не сводя глаз с окна, открывающего вид на бесконечное небо и холмы облаков. Фиби продолжила. — Это кабинет Наследника. Раньше он был частью библиотеки, но кронпринц Эндемион буквально отвоевал его у нашего Лорда!

— Кронпринц? — Солео немного растерялась. — Они не ладят, Кронпринц и Лорд?

— Они?! — Фиби рассмеялась так заливисто, что Солео даже покраснела от смущения. Опять она сказала что-то не то? Но горничная пояснила. — Вся семья очень ладит между собой, особенно братья. Лорд Алион растил Эндемиона, они очень близки. Раньше Эндемион и Сигнорин были неразлей вода, но… Но сама знаешь…

— Нет, Фиб, я ничего не знаю! — Несколько резко отозвалась Солео. Она не понимала почему, но странный ноющий укол заставил ее скривиться.

— О, и правда! — Фиби задумалась и тут озарение осенило ее. Девушка подскочила к столу, где за отсутствием владельца уже начала хозяйничать пыль. — Вот, смотри!

Фиби протянула рамку с портретом, на Солео посмотрел изумительно красивый молодой Нелюдь, чем-то схожий с ее Грезой.

— Это кронпринц, Наследник Эндемион. Правда, он ужас, как хорош?!

Солео было сложно не согласиться, незнакомец, такой близкий ей по крови, был не только красив, но и по-царски величественен. Она качнула головой в знак согласия, разглядывая разноцветные глаза дядюшки.

— А это его семья… — Продолжила Фиби, явно довольная произведенным эффектом. Ей, как и всякой молоденькой сплетнице и болтушке, доставляло огромную радость быть первооткрывателем в мир тайн и интриг.

Солео взяла вторую рамку и выронила, Фиби едва успела перехватить

— Ты чего? — Изумилась Фиби. Солео во все глаза смотрела на невероятную красавицу, стоящую рядом с кронпринцем: не она ли была гостем ее чудесных ночных бдений?! Ошибки быть не могло!

— Кто это? — Одними губами произнесла Солео.

— Ты шутишь? Ах, прости! — Спохватилась Фиби. — Это наша Рея. Рея Клио. Сейчас она самая главная, пока не вернется Владыка. Ее слово — Слово всего Поднебесья!

— Клио? — Переспросила Солео, уже выдыхая. Нет, она, должно быть, ошиблась… Ну как Рея могла приходить к Солео?! И к тому же, ее гостью звали Норой.

— Да, Элеонора Перворожденная. Скажи, она изумительная? — Продолжила Фиби. — Но Олейя ничуть не хуже…

Солео даже не взглянула на тёмную эльдарийку. Она чувствовала, что пространство вокруг плывет. Фиби не унималась:

— А это дети Наследника: принц Эль'Алеэль, принц Эль’Алмриэль и… — Фиби запнулась, чем привлекла внимание абсолютно растерявшейся Солео. — И… Эль'Силиэль.

Солео посмотрела на портрет. Девочка, смеющаяся, как и ожившие картинки на страницах здешних книг, на отца походила мало, но черты, совершенные и правильные, узнавались легко.

— Она мало похожа на кронпринца. — Невольно заметила Солео.

— Еще б! — Усмехнулась Фиби. — Она ему и не дочь! Ну…верней… — Одернула себя Фиби.

Взгляд Солео вперился в горничную. Фиби состроила самую заговорщическую гримасу.

— Об этом все знают. Принцесса Эль'Силиэль — дочь Реи и младшего брата Наследника.

Солео недоуменно распахнула глаза еще шире, разум девушки никак не хотел сложить очевидные факты.

Фиби вдруг глубоко и мечтательно выдохнула, направив взгляд куда-то вдаль.

— Ах, Соль… — С этим юная коббальтиха плюхнулась на хозяйское кресло, залезла в корсаж и выудила пригретую у сердца картинку. Солео протянула руку и недоуменно посмотрела в лицо, так хорошо ей знакомое. Удар сердца был глухим и коротким. Руки задрожали.

— Это Эль'Сигнорин, это он отец девочки и тайный возлюбленный нашей Реи, у них роман. И уже много лет… — Продолжила Фиби, не замечая внезапной бледности подруги. — Многие видят законным наследником именно его. Особенно светлые. Он…

Фиби взмахнула рукой, она оттолкнулась ногами от пола, уже качаясь на кресле.

— Я отдала бы полжизни, чтоб хоть разок повстречаться с ним наедине. Да любая девушка Поднебесья: светлая, темная, огненная или даже коббальт, все бы отдала! Говорят, он просто невозможно прекрасен. Каждой своей подруге он дарит по тяжелому золотому браслету, ну или что-то вроде, и обеспечивает им безбедное существование после. Он не только самый красивый, но еще и самый щедрый, добрый и умный. Как бы я хотела…

Солео замерла, словно бы ушат ледяной воды опрокинулся на голову. В памяти смешались мысль о сумке, и о безделушках, о единственном поцелуе, ничего не значащим для самого дарителя, о Норе и ее романе с Сигнорином.

— Солео, что с тобой? — Спохватилась Фиби, глядя на подругу с явной тревогой. От Солео не укрылся жест — Фиби легонько дернула тонкий браслет на запястье.

— Что это? — Прямо спросила Солео. Фиби глупо и виновато улыбнулась.

— Так, ничего… — Солгала горничная и вдруг смертельно побледнела. Теперь она не отрываясь следила за Солео.

— Ты лжешь. — Очень четко услышала Солео чужой рокочущий голос. Сама девушка едва стояла, чувствуя головокружение. Фиби упала на колени и затряслась, рыдая:

— Пощадите…умоляю, это не я, это Лорд Алион! Это он велел, умоляю! Я ничего, я только должна дернуть, если…

— Если что? — Спросил тот же голос.

— Если вы придёте. — Только дыханием пояснила кобальтиха. — Ловушка, она… она захлопнется, а нас смогут спасти… — Сдалась без боя несчастная служанка.

Через секунду незримый удар оглушил Солео.

Последняя встреча.

Вечер уступал место ночи. Ясной и чистой. Усталые гости расходились по отведенным им комнатам.

Княгине не спалось. Сильвия чувствовала тонкую нить, ноющую, тянущую. Она встала, пол показался удивительно теплым.

Было тихо. Аэр’Дун молчал, как воды в рот набрал. Княгиня побрела по теплым камням, она нежно касалась ладонью стен: они тоже были теплые, словно нагретые солнцем. Тонкой тенью Сильвия прошла из одного крыла в другое. Она внимательно вслушивалась в дыхание небесного дома, и оттого забылась и брела без цели. Что-то тянуло ее за нить, ноющую мучительно.

Сумрак ночи расступался тонкими тенями от света звезд, тенями витыми, причудливыми. Галереи Аэр'Дуна и его камни мягко танцевали с ночью, рождая чехарду из тусклого света и прозрачной сумеречной тени. Затем сумрак сгустился, стал тягучим и плотным, ушла прозрачность, танец сменился строгим маршем. Теплый свет, струившийся из-за плохо прикрытой двери, сделал мир контрастным и четким.

Сильвия, ведомая нитью, вошла.

В комнате Алеона горело несколько свечей, одна стояла у старого зеркала, и оно