Мажор по соседству. Сердце на куски - Даша Коэн

Вашу ж маму!

— Пусти, — скрипит подо мной девчонка, но я только жестко обрубаю.

— В мою комнату иди.

— Пусти, сказала! — глаза неожиданно распахиваются в ужасе и наливаются слезами.

— Живо, Ляля. Это всего лишь мой отец. Я сейчас его спроважу, и мы продолжим.

— Пусти иначе я так заору, что ты навсегда распрощаешься со слухом! — шипит угрожающе и я вижу, что по ее щеке ползет слеза.

Недоуменно стираю каплю, растирая влагу между пальцев, а потом получаю ощутимый тычок в грудь. Теряюсь от ее слез. Отпускаю, а потом как в замедленной съемке смотрю, как Зарецкая быстро одергивает свою одежду и несется на выход.

Всего пара секунд полнейшего ступора, а затем я слышу оглушающий хлопок входной двери.

Психанула все-таки...

Ладно, сейчас разберусь с отцом, а потом рвану за ней, а там уж нам никто не помешает.

Встаю с дивана, натягиваю на себя футболку и тру лицо ладонями. Несколько мгновений дышу тяжело, пытаясь собрать мысли в кучу и словить хоть какой-то адекват. Получается откровенно дерьмово, потому что на уме у меня только жаркий марафон с участием моей соседки, а не вот это вот всё.

— Егор! — нетерпеливо зовёт отец с кухни.

Иду на его ор, а затем замираю в проеме, складывая руки на груди и сердито взирая на собственного родителя.

— Чего хмурый такой? — щерится и недовольно поджимает губы.

— Ты какого художника приперся?

— Ну...

— Это моя квартира. Не твоя. Ясно? И ключ я тебе оставил для непредвиденных обстоятельств, а не для того чтобы тут шастал, когда тебя не просят. Ты мне запорол мероприятие, дорогой мой папа, — весь полыхаю от раздражения.

Сорвал мне волшебство с Лялькой! Вот кто он после этого, а? Это же вообще не амнистируется!

— Соседская девчонка?

— Какая разница? — огрызнулся, не задумываясь, откуда мог отец знать Зарецкую. Мозги не варили от слова «совсем».

— И что у тебя с ней? — невозмутимо продолжил допрос отец.

— В смысле что? Мне двадцать лет, пап. Я пока не научился спокойно и невозмутимо мимо красивых девчонок ходить.

— И как это понимать?

— Не волнуйся, я тебя дедулей раньше времени делать не собираюсь, да и на свадьбу пока можешь деньги не откладывать. Я просто развлекаюсь. Как хочу. Как могу. Еще вопросы?

— Развлекаешься? — как-то заторможенно переспросил родитель, а потом нахмурился и припечатал мне. — Оставь девочку в покое.

— Конкретно эту или вообще? — хмыкнул я.

— Не разочаровывай меня. Хорошая ведь девочка, не дури ей голову. Гуляй со своими оторвами, раз у тебя пока одна дурь в голове.

И после этих слов, я отлепился от косяка и прошел к столу, садясь напротив отца. Заглянул в его глаза, но тот оставался совершенно невозмутим.

— Откуда тебе знать, что она хорошая девочка, м-м?

— От ее парня, что до сих пор на лестничной площадке ошивается...

— Твою мать! — заорал я и тут же сорвался с места, ловя ментальный пинок со всей дури в солнечное сплетение.

Задохнулся. Взвился волком, а затем, сам не зная, что делаю побежал в подъезд, но там никого не обнаружил. Забарабанил в соседскую дверь, вот только в ответ мне была одна тишина. Звонил, стучал – без толку.

— Какого черта, Ляля? — ломанулся я домой и, не обращая внимания на отца, начал рыть социальные сети в поисках номера своей ведьмы.

По нулям.

И, знаете, что самое страшное?

Я снова загремел в «черный список». Неожиданно, да? Так меня за оргазмы еще не благодарили.

Ну все, стерва, найду и жопу все-таки надеру! Ремнём!!!

Глава 34 – Дрожи и трепещи, ведьма!

Егор

Я испытывал раздражение, гнев и досаду с легкой примесью негодования. Адовый коктейль и я был сыт им по горло!

Ляля опять сбежала, оставив мою неудовлетворенную персону лишь клокотать и гореть по ней. Чёртова ведьма! Найду – за всё ответит. С двойными процентами! Неделю на своей аппетитной заднице сидеть не сможет. Должна же быть где-то справедливость, правда? Баланс добра и зла, всё такое. Не одному же мне терпеть облом за обломом, верно?

Нет слов, чтобы передать все пятьдесят оттенков моего разочарования. Теперь чувствую себя старухой у разбитого корыта. Почти получил Зарецкую, попробовал на вкус сладость и жар её губ, чуть в астрал не выпал от этого запредельного кайфа. И нате! “Горячо любимый” родитель взял и всё испортил.

А-а-а-а, чёрт!

А это белобрысое чудовище куда-то испарилась, как сквозь землю провалилась. Кровь в венах бурлила, заливая всё моё существо смертельным ядом. Я так прочно подсел на ляльку, что не мог сейчас успокоиться и спустить ситуацию на тормозах.

МНЕ. НУЖНО. ПРОСТО. ПОСТАВИТЬ. ГАЛОЧКУ.

А лучше две.

Потом пусть катится хоть к Феде, хоть к Пете, хоть к Васе. Но только после того, как я первый её распробую. Я! А там хоть трава не расти.

Бомбардировал её социальные сети – без толку. Проклятая Ляля заблокировала меня везде и всюду, чтоб вас! Пробовал открывать странички моей Яги с аккаунта Макса, но тоже бесперспективно. Закрытый профиль, без шансов. Номера телефона её у меня не было, а матушка ляльки вообще наказала мне держаться подальше от своей драгоценной дочки. Зачем я к ней сунулся, спрашивается? Потому что надо! Накрывает!

Раз десять, наверное, уже нажал на гребаный звонок, когда услышал со спины голос Елены Зарецкой:

— Здравствуй, Егор.

Выдыхаю и разворачиваюсь к женщине лицом, а затем припечатываю чистой и незамутненной правдой:

— Здравствуйте. Мне бы Лялю.

Мне сейчас вот вообще не до фальшивых любезностей. Всё в топку! Нужно тупо достать ведьму и получить от неё желаемое. Иначе я просто взорвусь.

— Ляля уехала, — пожала плечами её мать и вставив ключ в замочную скважину, принялась открывать дверь.

Ну это я сам понял. Чай, не дурак.

— Куда? — едва не скриплю зубами от досады.

Ощущение, что, если я вдруг начну нормально дышать, то обязательно примусь извергать адское пламя. Дым скоро прямо из ушей повалит, честное слово. Таким наэлектризованным и напряженным ещё никогда в своей жизни не был. Температура кипения – за пределами дозволенного. Вот, что эта кукла белобрысая со мной сотворила!

Довела. До ручки! До ножки!

— Куда? — повторил я