Безумная погоня - Элоиза Джеймс

— О! — Эсме вцепилась в его руку, и ее тело сотрясла яростная дрожь.

— Скорее зовите акушерку! — рявкнул Себастьян через плечо, направляясь в одну из свободных спален, где Эсме ждала постель, специально подготовленная для такого случая.

— Постой! — воскликнула она, когда он собирался уложить ее на кровать. — Постой, черт подери!

По ее телу прокатилась вторая волна дрожи. В комнату ворвались Арабелла, Хелен, маркиза Боннингтон и сразу три горничные.

— Вот и хорошо, Боннингтон, — важно сказала Арабелла. — Поскорее уложите мою племянницу на постель, а дальше мы и сами справимся. Акушерка с минуты на минуту будет на месте. А ты, Эсме, постарайся придержать ребенка до ее прибытия.

— Не будь гусыней! — Леди Боннингтон придвинулась ближе к кровати. — Пройдут часы, прежде чем ребенок родится.

— Господи, я надеюсь, все произойдет куда быстрее! — застонала Эсме.

— Что ж, посмотрим. — В голосе маркизы послышались нотки сочувствия.

Наконец Эсме позволила опустить себя на кровать и только после этого отпустила руку Себастьяна. Склонившись над ней, Себастьян поцеловал ее в лоб, а когда он ушел, ей сразу захотелось плакать, и только новый приступ боли, потрясший Эсме с головы до ног, отвлек ее внимание.

— Вот проклятие! — выкрикнула она и схватила руку Арабеллы.

Когда боль отступила, Эсме бессильно откинулась на подушки.

— Богохульство никогда еще не помогало облегчить страдания, — заметила леди Боннингтон. — Еще моя матушка говорила, что разница между леди и простолюдинкой заключается в том, что леди принимает боль без упреков.

Но Эсме словно не слышала ее.

— Сколько еще будет таких приступов? — спросила она у акушерки, как только та вошла в комнату.

Миссис Плак была дамой неохватной комплекции и, конечно же, все знала о «естественном ходе вещей», как она выражалась.

— Понимаю, вам сейчас нелегко, — сказала она, суетясь вокруг с ворохом полотенец. — Но ваши бедра позволяют надеяться, что все пройдет достаточно гладко. — Она хмыкнула и, прищурившись, осмотрела роженицу. — Мы не должны мешать естественному ходу вещей — это все, что я могу вам сказать.

— Моя племянница отлично справится с этим, не сомневайтесь, — объявила Арабелла. — Принеси мне мокрую салфетку! — гаркнула она одной из горничных. — Эсме, дорогая, ты раскраснелась, как свекла, дай я протру твой лоб.

— В свое время у меня это заняло шесть часов, — пробасила леди Боннингтон.

Эсме немедленно решила, что непременно родит ребенка менее чем за шесть часов, поскольку столь длительной пытки она точно не переживет.

— О, — простонала она, — это снова приближается.

Арабелла торопливо отбросила мокрую салфетку в сторону, и Эсме впилась ей в руку. Подкатившая волна подхватила ее и закрутила в стремительном водовороте, заставляя ловить ртом воздух.

— Что-то мне это не нравится, — прохрипела Эсме, улучив момент.

— Я не знала ни одной женщины, которая думала бы наоборот! — усмехнулась маркиза, склоняясь к кровати. — Все, что леди может сделать в подобных обстоятельствах, — это терпеть с достоинством, каждое мгновение демонстрируя свое благородное происхождение.

Однако Эсме вместо ответа лишь излила на нее очередную порцию богохульства — она определенно не имела ни малейшего представления о том, как должна вести себя в состоянии стресса истинная леди.