Свекруха.ru - Алина Кускова

– Эля, – шепчет он, сонно приоткрывая темные карие глаза. – Ты мне снишься?

– Да, – шепчу я ответно, переступая через собственную гордость. Пусть отвергнет, но я его все равно поцелую. По крайней мере будет что вспомнить.

– Тогда я не хочу просыпаться, – шепчет Данила.

– И не нужно, – я нежно касаюсь его губ.

Он отвечает, и мы сливаемся в томном поцелуе, останавливая на мгновение сердца, готовые выскочить навстречу друг другу. Когда дыхания не хватает, делаем передышку, чтобы наполнить легкие раскаленным нашей страстью воздухом… И тут Данила все портит.

– Ты зачем пришла?

Ко мне сразу возвращается спутанное сознание, гордость под руку с боязнью и обида.

– Так ты не умираешь! – возмущенно восклицаю я и вскакиваю с его постели.

– Вроде нет, – Данила окончательно просыпается и смотрит на меня ироничным взглядом.

– А Нонна сказала мне, что тебе плохо, – я пытаюсь сохранить хорошую мину при плохой игре. Актриса из меня никакая, Данила это прекрасно знает.

– И ты испугалась за меня? – прищуривается он, откидывая одеяло и намереваясь встать.

– Нисколько! – я отбегаю к двери, чтобы занять удобную позицию и ретироваться в случае непредвиденной ситуации. А какую ситуацию я предвидела? Что муж, как только увидит меня, бросится обнимать и не станет задавать идиотских вопросов! «Зачем ты пришла?». «Квартирой ошиблась!».

– Значит, – он вскакивает и идет к стулу с одеждой, – ты зашла попрощаться с умирающим? Хочется быстрее стать вдовой?

Я отворачиваюсь, чтобы не смотреть на его великолепное тело, к которому до умопомрачения хочется прижаться, и бурчу:

– Вот еще, очень надо…

– Это хорошо, что тебе не надо, – хмыкает Данила, и я вижу краем глаза, как он натягивает джинсы.

Смотря что, хихикаю я тихо, ловя себя на совершенно развратной мысли.

– Я действительно болею, простудился, – говорит Данила, направляясь ко мне. – Так что заразен, и со мной лучше не общаться. Тем более тебе в твоем положении.

Он останавливается так близко, что я слышу, как глухо бьется его сердце. У него стенокардия! Он серьезно болен, но не осознает этого! Искушенное женское сознание подсказывает немыслимые доводы, только чтобы броситься ему на шею. Но я держу себя в руках. Ох, как мне приходится тяжело.

– Ладно, – говорю, отступая на шаг, – все понятно. Тогда я пошла. Выздоравливай.

Поворачиваюсь и медленно, будто цепляясь за каждую половицу, двигаюсь по направлению к двери. Все, если он сейчас даст мне уйти, я больше никогда сюда не приду. И его не пущу. И вообще все разорву! И отношения, и прошлое, и будущее.

– Эль, – доносится его хриплый голос.

Если он сейчас опять спросит меня, зачем я приходила, убегу! И стану его ненавидеть! От любви до ненависти, как говорят, один шаг, вот и проверю на себе.

– Элька, мне без тебя так плохо! – кричит Данила.

Я останавливаюсь, только сейчас понимая, что значат слова «как вкопанная»: ноги делаются ватными, руки опускаются плетями, а мозг отказывается управлять телом. Зато в нем безостановочно крутится последняя фраза мужа.

– Эль, – Данила подходит ко мне и обнимает, поворачивая меня к себе. – Не уходи.

– А кто, – шепчу я, утыкаясь хлюпающим носом ему в шею, – кто такая та рыжуха, с которой ты шел под одним зонтом?!

Черт, черт, черт! Понимаю, что нужно говорить другое, но не могу. Мою голову долго и упорно сверлит этот единственный вопрос. Если Данила мне изменял, если он мне изменял… Я все равно его прощу. Но хочу знать, имею право, ведь я его жена.

– Рыжуха? – удивляется Данила и целует мою макушку, крепко сжимая меня в своих объятиях.

– Да, с которой ты в дождь тогда…

– Элька, это соседка, она учится на моем факультете…

– Я так и знала, – всхлипываю еще громче, – безмозглая студентка!

Данила знает, что я всегда ревновала его к студенткам с эротическим содержанием мозгов.

– Она отличница, – смеется Данила, прикусывая мне мочку уха.

– Мы что, теперь будем говорить о ней? – возмущаюсь и подставляю губы для поцелуя.

– Мы вообще не будем говорить, – шепчет мне Данила, поднимает на руки и несет к постели. – Тебе можно? – вдруг спохватывается он. – Я не разбираюсь в сроках…

– Мне нужно, – я цепляюсь за него как за соломинку.

Меня подхватывает водоворот страсти и переносит в полное блаженство.

Мы не думаем ни о чем, отдаваясь полностью друг другу с той страстью, которую безуспешно пытались сдержать оба. И в целом мире сейчас существуем только мы с нашей любовью, все мелкое и ненужное, казавшееся в суете сует важным и обидным, остается далеко позади и теряется на фоне искренних чувств. И мы оба понимаем, что не можем друг без друга. Все так просто, что не стоило усложнять. Но кто-то ведь придумал эту жизнь, полную интриг и разочарований, возникающих лишь тогда, когда мы сами хотим разочаровываться и интриговать. На последнем аккорде я замираю, прислушиваясь к звукам в квартире. Сейчас забренчат ключи, и войдет свекровь. Откуда у меня это дежавю? Ее ключи у меня. И никто, больше никто не помешает нашему счастью!

Потом мы сидим и пьем чай с медом потому, что Данила переживает из-за того, что может меня заразить. Глупенький, он не понимает, что я уже давно и надолго больна! Им одним. А на кухонном столе сиротливо стоит ноутбук, Данила все еще пишет книгу? Я нечаянно задеваю мышку, и темный экран вспыхивает синим цветом. Изумленная я замираю с глотком горячего чая во рту. Форум «Свекруха. ру». Последняя запись Фионы и моя. Озарение приходит внезапно.

– Дань, ты говорил маме, что я беременна?

Он отрицательно машет головой, все еще продолжая ласкать меня взглядом.

– И Лизавета пообещала не говорить. Значит, Фиона узнала от меня. И Фиона это Нонна. Правильно, – обрадовалась я. – Фиона – Филимонова Нонна. Как все просто! Надо же, она оказалась права, я молодое дерево и прогнулась, и у меня все получилось!

– Ты не дерево, – притягивает меня к себе муж, – ты мое сокровище. А я дурак.

– Очень приятно от тебя это слышать, – смеюсь я.

– Вот ты какая, – игриво прищуривается Данила и выхватывает меня из-за стола.

– Чай прольешь, – неохотно отбиваюсь я.

– Прекрати думать о пустяках, – он тащит меня обратно в свою комнату. – Мы сейчас займемся важным делом! Столько времени потеряно! Нам придется его наверстать.

– Кто только в этом виноват, – вздыхаю я.

– Судьба, – размышляет Данила, – она дала нам второй шанс, теперь мы все поняли и больше не повторим ошибок.

– Не повторим, – вторю ему и иду следом. Я готова идти за ним следом куда угодно.