Торговец душами - Мария Морозова

– В каком смысле? – искренне растерялась я.

Но волк не ответил. Только улыбнулся, а потом резко притянул меня к себе, целуя. Я была совсем не против, но тем не менее…

– И все-таки что не так? – спросила, когда Тагриан отпустил.

– Все в порядке, – качнул он головой и потянул меня к выходу. – Пойдем. Ты же хочешь успеть на поезд.

Несмотря на то, что билеты я покупала через смарт, пока ехали, заскочить в вагон мы успели за пять минут до отправления. Но даже когда поезд тронулся и набрал скорость, успокоиться не получалось. Я сидела как на иголках. Пыталась отвлечься, то хватая смарт, то просто глядя в окно на стремительно пролетающие мимо поля, и все без толку. У нас наконец-то появилась зацепка, но мне казалось, что по закону подлости что-нибудь обязательно пойдет не так, и мы не успеем. В итоге Риану надоело смотреть на мои метания, он просто сгреб меня в охапку, усадил на колени и принялся целовать. Естественно, все волнения и тревоги быстро вылетели из моей головы.

В Эндерсе мы сразу взяли такси. Еще из поезда Риан созвонился с главврачом психиатрической больницы, поэтому, когда мы приехали, нас уже ждали у самых ворот.

– Доктор Тагервуд, – представился невысокий пухленький мужчина, больше похожий на булочника, чем на психиатра.

– Сола Видар, – кивнула я, пока Риан пожимал ему руку.

– Прошу за мной. Нам нужно в спецкорпус.

Под внимательным взглядом охранника в будке мы прошли на территорию. Сама больница, как ни странно, производила приятное впечатление. Если бы не высоченный забор с активной магической охранкой, можно было бы решить, что мы попали в санаторий. Большая территория, аккуратные корпуса на солидном расстоянии друг от друга, даже клумбы вдоль дорожек, по которым неспешно прогуливались редкие пациенты.

– Это дело рук наших подопечных, – кивнул доктор, видя, что я заинтересовалась цветами. – Мы даем им возможность заниматься тем, что они любят. Садовничать, рисовать, читать книги… Это очень важный элемент терапии. Не для самых тяжелых, конечно же.

– Лилиан Лагерт из таких?

– Увы, – вздохнул лен Тагервуд. – Она поступила к нам уже в весьма… спутанном сознании и несмотря на терапию, болезнь только прогрессирует. Мы приглашали мага-менталиста, но он даже не смог к ней пробиться. Крайне тяжелое расстройство личности. Амнестический синдром… М-да… А ведь такая молодая женщина.

– Как это проявляется? – спросила я.

– Лилиан Лагерт неконтактна и дезориентирована. Иногда проявляет агрессию, бывают эпизоды галлюцинаций или кататонии. По правде говоря, я даже не знаю, чего вы хотите от нее добиться, потому что она почти ни на что не реагирует.

Мы вошли в дальний от ворот корпус. Массивные двери палат и закрытые коридоры говорили о том, что здесь лежат самые тяжелые пациенты.

– Палата лены Лагерт в конце коридора, – пропыхтел доктор, заводя нас на третий этаж. – Нам пришлось поселить ее подальше ото всех. Мне иногда казалось, что она даже на своих соседей умудрилась повлиять.

– Кажется, я знаю, почему, – пробормотала я, чувствуя знакомый запах.

Доктор Тагервуд привел нас к нужной палате. Мы остановились у большого окна, позволяющего увидеть, что находится внутри. Это была небольшая светлая комната, оббитая мягкими панелями. В углу лежал высокий матрас, на котором сидела женщина, запустив пальцы в волосы и равномерно покачиваясь из стороны в сторону. А еще здесь была Гниль. Очень много Гнили. Она стекала с плеч женщины, полностью покрывала пол и взбиралась вверх по стенам.

– А скажите, доктор, – прохрипела я, неотрывно глядя на мерзкую субстанцию, – что находится под этой палатой? На втором этаже?

– Хозблок, – ответил лен Тагервуд.

– То есть пациентов там нет? А здесь? В палатах по соседству?

– Никого, – покачал головой психиатр. – Прошлым летом это крыло пострадало из-за протекшей крыши. Мы привели его в порядок, но палаты на третьем остались незанятыми, у нас не было столько буйных пациентов. Только вот Лилиан сюда поместили, очень уж плохо на нее другие реагировали.

– Если я правильно понял, – негромко сказал Риан, – ты увидела то, что хотела?

– Да, – кивнула я, прикрывая глаза.

Это была очередная жертва Гнили. Не знаю, как бедную Лилиан так угораздило, но эта гадость сидит в ней явно давно. И скорее всего, именно она свела ее с ума и сделала пациенткой сумасшедшего дома. Подумать только, Гниль в психиатрической больнице… Главврачу очень повезло, что интуиция подсказала убрать женщину от других пациентов. Иначе тяжелых больных здесь было бы гораздо, гораздо больше.

– Как давно больницу проверял Чистильщик?

– Как давно… – главврач задумался. – Нас смотрят раз в год, следующая проверка должна быть в июле, значит, последний раз это было примерно десять месяцев назад.

– До поступления Лилиан Лагерт?

– Да, – ответил доктор после небольшой паузы. – Получается так.

– Что будем делать? – внимательно посмотрел на меня Тагриан.

– Что делать… – Я растерянно запустила пальцы в волосы. – Допрашивать ее бесполезно. Она сейчас точно ничего не скажет. Нужно убрать Гниль. И срочно. У меня внутри все переворачивается, когда я это вижу. Ее не должно быть в живом человеке, просто не должно!

– Т-ш-ш, – оборотень сжал мое плечо, успокаивая. – Сможешь сделать это здесь?

– Нет, – ответила не раздумывая. – Даже не возьмусь одна. Мне нужен Лакс… Наверное, нужен кто-то из врачей…

– Значит, перевезем ее в Малейн?

– Перевезете? – вклинился в наш разговор доктор. – Но простите, это невозможно.

– Эта женщина пострадала от Гнили, – выдала я часть правды. – Ей нужна реабилитация в специальном отделении. И нужна очень срочно.

– Правда? – растерялся главврач. – Ну если так… Но.. Даже если бы я и дал разрешение, Лилиан не транспортабельна. На нее и транквилизаторы не действуют, ее просто опасно выпускать из палаты.

– Я все устрою, – только покачал головой оборотень.

И ведь действительно устроил. Через час, который я провела, сидя на лавочке возле отделения и любуясь клумбами, у Тагриана все было готово. Все нужные бумаги