Среди облаков и тумана - Лена Бутусова

А потом их всех ждал сюрприз.

В самый разгар обеда в столовую вошел ректор:

– Господа студенты, – он обвел присутствующих спокойным взглядом, и все разговоры тут же смолкли, ложки замерли возле ртов, а глаза устремились на Горгорона.

Ректор, видя, что необходимый эффект достигнут, продолжал:

– Слухи вещь непобедимая, и многие из вас уже знают, что утром в Академию был доставлен королевский цепеллин. Команды врага на нем больше нет, благодаря… усилиям наших магов, – Гор чуть запнулся на этих словах, но, кроме Вики, никто не обратил на это внимания. – Аппарат вполне сохранен, а это значит, что после его починки полеты в горах будут доступны не только драконам. Это очень хорошая новость, поэтому в честь такого события я хочу устроить небольшой праздник. Все вы упорно работали и заслужили немного радости. Сегодня и завтра все занятия отменяются, а завтра вечером мы организуем… маленькое торжество. Повара приготовят угощение, те из вас, кто умеет петь или играть на музыкальных инструментах – а таких, я знаю, немало среди Звездного народа, – он выразительно посмотрел на кого-то в толпе, и толпа одобрительно зашумела, – покажут свое мастерство. У вас будет целый день, чтобы подготовиться, нарядиться, быть может, – ректор усмехнулся. – Должны же и в жизни повстанцев быть небольшие радости.

И ушел, мерно постукивая посохом, а все оставшиеся в столовой принялись с энтузиазмом обсуждать эту новость.

– Ты умеешь петь, клыкастый? – Мингир выглядел растерянным. Его новость о предстоящем празднике явно не воодушевила.

Лира фыркнула в свойственной ей ехидной манере:

– Вот уж чего точно не хотела бы, так это слушать драконьи песни. Мороз по коже от такого вокала.

Дракон, как водится, пропустил колкость мимо ушей. Он казался немного удивленным:

– Очень-очень давно в это время года на Истросе отмечался праздник Лавантейм [*], день летнего солнцеворота. Горгорон не может об этом не знать, – Антрас задумчиво водил пальцем по губам.

– Что в этом плохого? – Ви засмотрелась на его пальцы, длинные, тонкие, как у музыканта. Если не знать, так ни за что не поверишь, с какой силой эти изящные пальцы могут сжимать рукоять меча и виртуозно направлять его острие.

А потом засмотрелась на его губы, которые он этими пальцами поглаживал. Красиво очерченные и чувственные. И снова Ви, как в том видении на Тэнии, захотелось прикоснуться к ним или даже…

…с запозданием она поняла, что совершенно невежливо разглядывает лицо дракона, а этот его жест откровенно взволновал ее. Девушка поспешила отвести глаза, но Антрас не обратил внимания на вспышку ее женского любопытства. Он вспоминал о чем-то давно ушедшем:

– Было время, когда этот праздник запретили.

– Из-за чего? – полукровок нахмурился, справедливо не ожидая безопасности от запрещенных вещей.

Антрас неопределенно повел плечом. Проговорил с нарочито заговорческой интонацией:

– Говорят, что во время праздника в наш мир проникала совершенно особая магия, – он усмехнулся, презрительно скривив свои красивые губы. – По понятным причинам она мало кому была доступна, поэтому ее боялись, вот и запретили праздник. Думали, что тем самым смогут избавиться от магии. Трусливое дурачье, – он фыркнул. – Это было еще в те времена, когда люди пытались истребить драконов в Истросе, – мужчина вздохнул и с аппетитом принялся доедать свой обед. Словно и не было у него невеселых воспоминаний и колдовской раны.

– И что это за магия? – а вот у Ви аппетит пропал вовсе.

Дракон снова повел плечами, не поднимая головы от тарелки. Проговорил с совершенно не романтично набитым ртом:

– Магия истинной любви.

***

– Мне совершенно не в чем идти на праздник! – Лира металась по комнате, как загнанный зверь, словно от того, как она будет выглядеть на праздничном вечере, зависела ее жизнь, как минимум. – Не в ученической же форме, право слово, мне идти!

Вика следила за терзаниями подруги без особого участия. Подумаешь, нет наряда. Проговорила это вслух:

– Мы же не на бал идем. Просто вечер в кругу друзей и однокашников. Обычная форма вполне сгодится. Отчистишь своими хитрыми заклинаниями и будешь краше всех.

– Конечно, краше всех, – Лира протянула обиженно и посмотрела на Вику с неожиданной завистью. – Ты-то вон какая красотка, тебе и платья не нужно. Фигура, как с картинки. Глазищи синие, что твои блюдца. И волосы… были б только чуть длиннее, а так чистое золото. Мне б такое богатство!

Вика недоуменно захлопала ресницами. Она даже не догадывалась, что Лира может ей завидовать. Сама ведьмочка-полукровка была миловидной, хоть и немного худощавой. Глаза, как два аметиста, и волосы светлые-светлые, длинные, до пояса. Не то, что у Ви… Зеркала в комнате не было, и Виктория встала перед оконным стеклом, пытаясь разглядеть в нем свое отражение и понять, чем же так сильно впечатлилась Лира. И, верно, Антрас тоже впечатлился. Такого взгляда, как у него сегодня, Ви не видела никогда в жизни ни у кого. Даже у мамы. Даже у папы, когда он с любовью и гордостью отправлял единственную дочку учиться в столицу в медицинский институт. Девушка рассеянно провела рукой по отрастающим волосам. Глазищи синие… «У тебя глаза такие же синие…» – в голове прозвучал Маришин голос. Голос той самой девочки, младшей сестренки Мингира, чей подарок согревала Вику на протяжении всего непростого путешествия через горы. А ведь Маришка тогда подарила ей два подарка…

Вика бросилась к своей походной сумке, в обнимку с которой преодолела путь до Облачной Академии. Лишь бы только оно нигде не затерялось, не порвалось, ведь сколько всего им пришлось пережить…

– Ты же сможешь наложить на него несколько своих заклинаний чистоты? – Вика подняла на ведьмочку ошарашенные глаза, осторожно держа на вытянутых руках когда-то снежно-белое платье с яркой вышивкой. Так, словно это была раненая птица, и любое неосторожное движение могло повредить хрупкие крылья.

– Ого, откуда у тебя такое богатство? – Лира аккуратно взяла наряд с Викиных рук. – Красота какая! Его немножко почистить, и в нем можно замуж выходить.

Ведьмочка со знанием дела перебирала пальцами вышивку на ткани.

– Тонкая работа, кто-то на славу постарался, прям не верится, что руками шили. Опять, небось, твой драконий ухажер наколдовал? – ведьмочка хитро сверкнула глазами на соседку. – Для него наряжаешься? И правильно, хватит его гонять от себя. Он красавчик, на него многие заглядываются, смотри не упусти.

Вика вздохнула и промолчала, справедливо решив не говорить Лире, что это платье когда-то принадлежало сестре Мингира. Вдруг еще вздумает ревновать и откажется чистить?

– Значит, почистишь, да?

– Почищу… – ведьмочка с завистью смотрела на наряд. – Все-таки это